шлюхи Екатеринбурга

Всё будет хорошо

Все персонажи данного повествования старше 18 лет.

Наступил мой последний учебный год в школе. Учился я довольно неплохо и решил, что буду поступать на экономический факультет в областном центре, что находился в сотне километров от нашего городка, и стал усиленно готовиться к ЕГЭ и вступительным экзаменам. Времени на мое любимое занятие последних лет, просмотр порно, стало катастрофически не хватать. Да и времяпрепровождение с друзьями на улице стремилось к нулю. Учебники, тесты… Силы оставались разве что на ужин и сон. И так изо дня в день.

В один из погожих сентябрьских вечеров мы с моими одноклассниками, Антохой и Славиком, сидели, курили сигареты и пили пиво на школьном дворе. Пиво и сигареты кончались, а за добавкой выпало идти мне, благо, магазин был в 5 минутах ходьбы от школы.

Я зашёл в уже пустой по случаю скорого закрытия магазин и увидел за прилавком теть Люду, Людмилу Ивановну, мамку Славика. Она была довольно высокой, с меня ростом, 43-летней длинноволосой брюнеткой в теле, с шикарным бюстом и объёмной кормой. В тот день её шикарные волосы были забраны в хвост, а под синим передником на ней была надета чёрная юбка, открывшая вид на весьма соблазнительные коленки, затянутые в тонкий чёрный капрон колготок, и лёгкая белая кофта. Довершал этот соблазнительный образ весьма вульгарный макияж и красная помада.

— Здрасьте, теть Люд! Дайте пожалуйста 6 бутылок «Балтики-девятки» и пачку синего «Винстона».

— С моим что ли бухаете? — весело спросила она, доставая из холодильника пиво.

Пиво стояло на нижней полке, мамка Славика наклонилась, чтобы достать его, и мой взгляд невольно упал ее огромную задницу, скрытую юбкой. На ней четко прорисовался контур её трусов…

***

Я вспомнил, как несколько лет назад мы со Славиком, будучи у него дома, занимались одним весьма постыдным, но очень приятным делом. Его родители были на работе, а мы сидели и играли за компом, забив на домашнее задание.

— Смотри, что у меня есть! — сказал Славик, вернувшись из ванной и держа в руках скомканную белую тряпку.

Он развернул её, и я понял, что это были женские трусы. Огромные женские трусы, которые, без сомнения, принадлежали его матери.

— На, понюхай пока, дай мне миссию пройти! — и протянул их мне.

Я стал с интересом рассматривать женские трусы, с тонкой полоской кружев на ягодицах, и небольшим соблазнительным бантиком сверху спереди. Поднес их ближе к лицу.

— Да не так! — Славик вырвал у меня трусы и вывернул их наизнанку — Смотри, как надо. — и он, забив на игру, стал жадно нюхать трусы своей матери, в том месте, которое соприкасалось с её пиздой.

При этом его рука уже вовсю теребила член, и через некоторое время он кончил прямо на пол.

— На, я пока приберусь, — сказал Славик, уйдя за тряпкой.

Я стал внимательно рассматривать белые трусы мамки друга, их промежность была в желтоватых пятнах. Вдохнул аромат. Они пахли женским потом, мочой и ещё чем-то, тогда неизведанным, но возбуждающим. Они пахли ПИЗДОЙ! Новые ощущения завели меня настолько, что я, почувствовав шевеление у себя в штанах, убежал в ванную, прижимая к лицу кусок материи. Вдыхая запах промежности матери своего друга, я кончил в умывальник…

***

— Эээй, о чем задумался? — вернул меня в реальность голос теть Люды. — С моим оболтусом бухаете?

— Да, и с Антохой, собрались, а то только на уроках и видимся, — ответил я, зная, что мать Славика спокойно относится к тому, что ее сын курит и выпивает, чего не скажешь о наших с Антохой родителях, — и пакет, пожалуйста.

— 360 рублей, — ответила она обыденно.

Я протянул ей деньги и забрал сдачу. Уходить не хотелось, и я жадно рассматривал её фигуру.

— Как работа, теть Люд?

— Ой, не спрашивай, Макс, тяжко… Тут ещё такое дело — грузчик в запой ушёл, скоро должна подъехать машина с водярой, а разгружать некому!

— А Али в курсе? — спросил я, вспомнив, что в городке ходили слухи, о том, что хозяин магазина, азер лет 30, иногда потрахивает тетю Люду, что называется, не отходя от кассы, да и после работы он частенько подвозил ее домой на своём уже довольно потрепанном тонированном наглухо глазастом Мерине.

— Он укатил к себе на родину на неделю, а меня за старшую оставил тут, все не слава Богу, — с сожалением ответила она, — Может, вы с пацанами поможете? С меня выпивка, — сказала она и подмигнула.

— Я узнаю у них, а когда машина приедет?

— Да вот к закрытию обещал, — она посмотрела на часы, — к 9, так что жду вас через полчаса, помощнички.

— Хорошо, мы тогда по пивку бахнем и придём, — сказал я, взял пакет, в котором звенели бутылки, и, закурив на пороге магазина, пошёл к пацанам.

Вскоре я был уже на школьном дворе, где сидели и скучали Славик с Антохой.

— Тебя только за смертью посылать, — недовольно пробурчал Антона, доставая из пакета бутылки.

— Да там такое дело, пацаны, твоя, Слав, мамка просила нас помочь… — не успел договорить я.

— Ууу, опять Газель с водкой разгружать? Да ну на хер, я в прошлый раз надорвался, потом два дня еле ходил — перебил меня Славик.

— А ты что предлагаешь, ей одной всё перетаскать? Мать бы пожалел! — вступился я за теть Люду.

— Я точно пас, да и какой из меня, нахер, грузчик? — сказал самый щуплый из нас Антоха.

— Короче, давайте придумаем, как соскочить, — начал Славик, — типа я набухался в говно, а вы меня домой отвели спать, и сами по домам разошлись, типа поздно уже и все такое.

— Придумывайте, что хотите, а я пойду и помогу, — со злостью сказал я.

— Ну и иди, помощничек нашёлся, она вон третий день недотраханная ходит, как ее хозяин домой свалил, может, ещё и с этим делом ей предложишь помощь? — хохотнул Славик.

Отец его постоянно бухал и наверняка давно уже не трахал свою жену, вот она и изменяла законному мужу с хозяином магазина, в котором работала, женщинам ведь нужен секс. И вообще по городу ходили слухи, что теть Люда с молодости была слаба на передок.

Допив пиво, мы с пацанами попрощались и разбрелись в разные стороны. Я в гордом одиночестве подошёл к магазину. Входная дверь была уже закрыта. Вскоре я заметил заезжающую на задний двор Газель, и пошел за ней. Тётя Люда стояла на заднем крыльце и курила.

— О, а чего это ты один?

— Да Славик нажрался, Антон его домой провожать пошёл, ну а я к вам на помощь — отмазал я друзей.

— Молодец, Максик, ты настоящий мужчина, — сказала она улыбаясь, кинула окурок на землю и растоптала.

Водитель поздоровался с нами, вручил тете Люде накладные, и мы с ним вдвоём стали таскать ящики в подсобку. Минут через 40 я почувствовал дикую усталость, благо, перетащить нам осталось всего пару ящиков. Затащив последний ящик в подсобку, я сел на заднем крыльце и закурил. Вскоре из магазина вышел водитель, сел в свою Газель и укатил. Из магазина вышла тётя Люда:

— А чего это ты тут сидишь? У меня уже все готово! — сказала она и пошла обратно в подсобку.

Я докурил и вошёл вслед за ней.

— Давай только дверь закроем, чтоб нам никто не мешал, — сказала она, — поверни там замок на 2 оборота.

Я закрыл дверь и увидел обещанную накрытую тётей Людой поляну на низком столике, стоявшем около дивана. «Наверное, именно на нем тебя и дерёт хозяин, — подумалось мне, — а иначе, зачем нужен диван в подсобке магазина?». Тётя Люда сняла передник и жестом пригласила меня присесть и угощаться. На столе стояла запотевшая бутылка недорогой водки, два пластиковых стаканчика и нехитрая закуска — банка консервированных магазинных огурцов и мясная нарезка.

Мать Славика села рядом:

— Ну наливай, мужчина, хорошо потрудился, теперь настало время хорошо отдохнуть.

Я плеснул нам водки на дно стаканов, попеременно бросая взгляды то на соблазнительные коленки, то на грудь мамки друга.

— Да давай по полному, чего мелочиться, — предложила она.

Я послушно наполнил стаканы до краев. Мы чокнулись, отпили, закусили.

— Славка мой такой обормот, весь в отца… Учиться не хочет, в голове одни игрушки эти ваши компьютерные, да пьянки. Так и не поступит никуда, загребут в армию, вернётся и снова забухает, работы то тут нет, — сказала тётя Люда, — А ты как, куда поступать собираешься?

Я рассказал о своих планах, тётя Люда меня похвалила и мы выпили ещё по одной. Я стал всё наглее смотреть на ее ножки, её юбка чуть задралась, позволяя увидеть чуть больше, чем следует, а сама Людмила Ивановна слегка захмелела, и казалось, не обращала на это никакого внимания.

— Ну а что, не поступит Славик — и ладно, отслужит, найдёт себе работу тут, вы же нашли, — попытался я заплетающимся языком успокоить мамашу друга.

— Да разве ж это работа? — возразила она, — пашешь тут за копейки по 12 часов, все калдыри вон постоянно водяру в долг просят, да и условий никаких — хорошо, хоть ещё тепло, а зимой? Ни поссать не сходишь нормально, да и абрек этот все норовит юбку задр.. Ой, — осеклась она, — Что-то, Макс, я захмелела, лишнего тебе ещё наговорю, пошли лучше покурим?

Я согласился, накинул ветровку и помог одеть куртку Людмиле Ивановне:

— Ой, ну прям джентльмен, — расплылась она в улыбке.

Признаться, выпитая водка, сладкий аромат духов, исходивший от женщины, а также ее формы возымели на меня должное действие, и я уже был на грани, чтобы не впиться в её ярко-красные губы, прижавшись к телу мамки друга своим стояком. Мы вышли и молча закурили.

Я всё-таки решился проявить инициативу и легонько приобнял эту соблазнительную женщину за талию:

— Все будет хорошо, теть Люд.

— Ты правда так считаешь? — повернулась она в мою сторону.

— Ну конечно.

Докурив, мы растоптали бычки, и тётя Люда сказала:

— Ты иди, налей нам пока, а я щас.

— Что такое, вам нехорошо?

— Да нет, иди же, — смущенно сказала она.

— Но…

— Пожурчать мне надо — сказала она, я понимающе кивнул и вошёл внутрь, но не стал плотно закрывать дверь и украдкой наблюдал за женщиной в щель.

Мать Славика оглядела пустынный двор магазина, встала задом к стене, буквально в полуметре от двери, привычным движением задрала юбку, спустила колготки вместе с большими белыми трусами, оттопырила жопу назад и наклонилась, не присаживаясь на корточки и, раздвинув ноги пошире, пустила мощную струю, которая у неё лилась немного назад, тысячей брызг орошала нижнюю часть стены магазина и растекалась пенящейся змейкой по асфальту. Ее жопа была поистине огромного размера, и мой хуй встал колом. Я выглянул из-за двери, желая рассмотреть процесс подробнее, но дверь предательски скрипнула, и тётя Люда, до этого сосредоточенно смотревшая к себе под ноги, дабы не забрызгать мочой туфли, тут же это заметила, повернулась в мою сторону и улыбнувшись, выдала:

— И не стыдно тебе, Макс, за ссущей бабой подглядывать? Да ещё и за мамкой друга. Я ж тебя ещё совсем малым помню.

Я растерялся, не зная, что на это ответить, до того меня возбудила стоящая раком со спущенными трусами и поливающая асфальт в метре от меня взрослая женщина… Но в её голосе я не почувствовал ни угрозы, ни гнева, поэтому как ни в чем не бывало стоял и смотрел, как она со свистом опорожняет свой мочевой пузырь. Процесс уже подходил к концу, и ее струйка ослабевала. Когда она, закончив ссать, выпрямилась, засветив во всей красе свой волосатый лобок и стала подтягивать трусы, я зашёл обратно в магазин, налил себе водки и выпил.

Тетя Люда подошла к нашему столу, жестом показала мне плеснуть ей, и, выпив залпом полстакана, спросила:

— Ты что, никогда не видел ссущих баб? Может, ты и пизду никогда не видел?

— Вашу — нет — нагло заявил я (всё же алкоголь очень раскрепощает). — И вы очень необычно пописали, почти что стоя. Девки-то наши на корточках ссут, и ничего у них толком не видать.

— Так ведь я целый день на ногах. Устаю. И если сяду, как ваши девки, то потом уже не встану, — засмеялась она в ответ.

— И что ж вы, постоянно на работе туда ходите? Я б каждый день приходил посмотреть и насладиться такой красотой!

— Да прям, днём народ везде шастает, не буду же я на глазах у людей ссать бегать, у меня для таких случаев вон ёмкость есть, — кивнула теть Люда на стоявшее в дальнем углу ведро, — но я его уже ополоснула сегодня, а до завтра оставишь — так тут всё ссаками провоняет… Так что ж ты, хочешь посмотреть на мою пизду?

— Да, — честно признался я, — А вы мне правда покажете?

— Налей нам ещё по стакану, — сказала она.

Мы выпили, и тётя Люда игриво продолжила:

— Значит, говоришь, хочешь увидеть, что у меня в трусах?

И, не дожидаясь моего ответа, встала с дивана, задрала юбку, спустила колготки с трусами до колен, наклонилась и опёрлась локтями на стол.

— Любуйся! — и она стала покачиваться из стороны в сторону, слегка расставив свои полные ноги.

А посмотреть было на что! Огромные полушария её жопы, довольно большая круглая дырка ануса и пизда, нет — ПИЗДИЩА! Два огромных валика больших половых губ, густо покрытые курчавыми темными волосами и щель между ними. Тётя Люда развела пальцами эту самую щель, обнажив коричневатое нутро своей пизды — лепестки малых губ, крупный клитор и довольно широкую дырку.

— А потрогать можно? — робко спросил я.

— Не наглейте, юноша, — сказала она, но меня уже было не остановить, и я засунул палец в её горячую и мокрую пиздень. Там было очень просторно, и вскоре в теть Людиной вагине уже было три моих пальца. Я мгновенно вспомнил свои познания из порнухи и статеек из Интернета на тему «как удовлетворить женщину», и стал водить ими по передней стенке ее дырки, нащупав там, не очень глубоко, еле заметную шероховатость. Мать друга стала активно двигаться в такт моей руке и постанывать. Её пизда сочилась смазкой.

— Да! Да! Быстрее! Ещё чуть-чуть! Аааааа! — вскрикнула она, и тут же из её пизды с толчками стала выходить какая-то жидкость, забрызгивая мою руку, диван и пол.

Я подумал, что тёть Люда обоссалась, но мне не было ни капельки противно. Она обмякла и откинулась на диван. Мой член разрывал штаны, требуя разрядки, а мать Славика некоторое время находилась как будто в прострации. Откинувшись на спинку дивана, она молча мечтательно смотрела невидящим взглядом в какую-то точку на потолке.

Я решил воспользоваться ситуацией и снял с неё полностью колготки и трусы, попутно раздвигая шире ноги женщины. Её пизда была вся мокрая, волосы слиплись и казалось, что она всё ещё продолжает течь. Я расстегнул штаны и достал член.

Она, наконец, пришла в себя и обратила на него внимание:

— Вот это агрегат ты себе отрастил! Я хочу почувствовать его в себе! — и прилегла на диван, раздвинув ноги, — Ложись на меня сверху!

Я послушно лег на тётю Люду, мне было приятно чувствовать под собой ее пухлое мягкое тело, животик и сисечки, она прильнула ко мне своими ярко накрашенными губами, и мы стали жадно целоваться. Правой рукой она нежно взяла мой член и направила его в свою мокрую дырку. Он вошёл легко — пизда у мамы друга была огромной и сильно текла, я стал двигаться в ней вперёд-назад, и бурно оросил ее влагалище своей молодой спермой всего на пятом качке. Я чуть не потерял сознание от первого в жизни оргазма, полученного не при дрочке, а с женщиной. Член опал, и вывалился из ее пизды, тут же на диван из неё потекла моя сперма вперемешку с выделениями, я отстранялся и встал, а тётя Люда быстрыми движениями руки теребила свой клитор и, спустя буквально пару минут, вскрикнула и обмякла.

Она села на диван и взяла стакан, я тоже сел рядом:

— Ну, за твой первый раз! — сказала она, мы чокнулись и выпили.

— Простите, что так быстро, — начал я, Понимаете, всё так…

— Всё хорошо, Макс! — перебила она меня, — Ты перед этим своими волшебными пальчиками доставил женщине наивысшее наслаждение. Это был струйный оргазм, или сквирт. Не каждый мужчина так умеет. Далеко пойдёшь! — и чмокнула меня в щеку. — Ох, ну и наспускал ты! — сказала она, проведя рукой по своей дырке, затем встала, достала из сумки пачку влажных салфеток, тщательно подтерлась, подобрала с пола свои трусы с колготками и стала их натягивать.

Я засобирался домой, внезапно обнаружив, что времени уже половина двенадцатого, мать Славика убирала со стола и пошла меня провожать.

На пороге Людмила Ивановна сказала:

— Надеюсь, ты умеешь держать язык за зубами?

— Конечно, даже не сомневайтесь, — ответил я.

— А мы до сих пор на "вы"? — засмеялась она, — это после того, что ты сделал с бедной женщиной? Можешь называть меня просто Люсей, когда мы будем наедине. Ну забегай, если захочешь повторить, — подмигнула она.

Я вышел из магазина, закурил и направился домой. В тот день я стал мужчиной.

После этого случая я стал частенько захаживать к тёте Люде в магазин по вечерам, трахал ее в разных позах, больше всего мне нравилось пристраиваться к ней сзади и стоя трахать мамку друга. Она готовилась к моему приходу и каждый раз надевала чулки и всякие сексуальные трусы.

Когда Славик бухал со старшими пацанами, а муж ее тоже где-то пропадал с собутыльниками, я приходил к ней домой, где она встречала меня без белья под халатом, и я драл ее повсюду — на кровати, в ванной, на кухне раком. Она научила меня доставлять ей удовольствие языком, и я с радостью лизал ее неподмытую промежность, доводя тем самым мать друга до оргазма.

Однажды я зашёл к ней вечером, за полчаса до закрытия магазина, член дымился, Люся была в расклешенном свободном синем платье и блядских чёрных чулках в сетку.

В магазине не было покупателей, и я зашёл за прилавок, по-хозяйски залез рукой к ней под платье, и стал гладить жопу и промежность мамки друга. Она не сопротивлялась. Я почувствовал, как намокают ее трусы в районе промежности и пытался уговорить ее закрыться пораньше, но она ни в какую не соглашалась. Однако природа и жажда молодого члена брали своё, и тётя Люда придумала выход:

— Лезь сюда, — скомандовала она, и я послушно залез под прилавок.

Тётя Люда повозилась под платьем, снимая трусы и отдала их мне:

— Спрячь.

Я не удержался и понюхал пахнущие мочой и мокрые от выделений большие трусы мамы друга, и убрал их в карман брюк. Тем временем тётя Люда встала, придвинувшись вплотную к прилавку и широко раздвинула ноги в своих секскуальных сетчатых чулках, приглашая меня поработать язычком между ее ног. Я стоял на коленях, вдыхал знакомый запах ее неподмытой пизды и уже привычно стал лизать ее. Кудряшки ее волос, как обычно, лезли в рот, но я продолжал своё дело. Её дырка обильно текла. Она опускалась всё ниже, чуть присаживаясь, и начала постанывать от моих ласк под платьем, как вдруг я услышал знакомый голос:

— Теть Люд!

Сомнений быть не могло, это был мой одноклассник и приятель, этот дрищ Антоха, но что он мог тут делать?

Люся резко встала, отстраняя меня от своей дырки и поправила задравшееся платье.

Антон показался из подсобки.

— А я мимо шёл, смотрю у вас задняя дверь откр.. — Он осекся, заметив меня, сидящего под прилавком.

— Ну я пойду, — сказал он, наверняка догадываясь, чем мы там с тетей Людой занимались.

— Антош, подожди, я кое-чего маме твоей собрала, она просила, — сказала ему тётя Люда.

— Люсь, привет! — услышал я с другой стороны знакомый голос. Беда не приходит одна — голос принадлежал моей маме, — Сахар внезапно кончился, дай пару кило.

— Здрасьте, Светлана Геннадиевна, — пробормотал, улыбаясь, Антоха, стоявший в дверях подсобки.

Мама ответила на приветствие.

Тётя Люда дала ей сахар, рассчитала, но мама, как назло, и не думала уходить:

— Как твои дела? Давно не виделись. Твой Слава двоек нахватал, может, я позанимаюсь с ним?

— Да денег нет за твои занятия платить. А так все как всегда. Муж бухает, сына не пойми где черти носят… — с досадой ответила Люся.

— Да я бы и так с ним позанималась, какие деньги! Не чужие люди ведь, — обиженно сказала мама.

— Поговори с ним сама, но думаю, что у него другие интересы сейчас… У них у всех сейчас другие интересы, взрослеют мальчики. Да, Антон?

Антоха глупо улыбнулся и кинул взгляд на меня — мол, вон как «повезло», мать почти застукала с бабой, да ещё и с мамкой друга!

Мама с тетей Людой скомканно попрощались, и Люся пошла закрывать дверь в магазин.

— Выходи уже оттуда, — сказала она мне.

Я вышел из-за прилавка и, размяв затёкшее тело, пошёл в сторону подсобки.

— А чего вы мне хотели передать-то? — подал голос Антоха.

— Чтоб язык за зубами держал, — резко ответила ему Люся.

— А что мне за это будет? — спросил он, наглея.

Ну ничего себе — подумал я, не ожидая от обычно скоромного и застенчивого, даже, скорее, забитого, друга такой непосредственности.

— Проси что хочешь, я сегодня твоя золотая рыбка, — сказала Люся, закрывая за нами дверь.

Антоха молчал и глупо улыбался.

— Думай пока, — сказала она, направляясь к стоявшему в углу ведру для ссак, на ходу задирая платье.

Присев над ведром, Люся, совершенно нас не стесняясь, быстро ссыкнула туда мощной струей, тряхнула жопой и оправила платье.

Антоха всё ещё стоял, как вкопанный.

— Хочешь подмыть меня после туалета? — сказала она, задриая платье и оголяя перед моим другом волосатый лобок. — Вижу, что хочешь. Пойдём! — и она села на край дивана, широко расставив ноги, — Иди сюда, Антошка, сделай тёте Люде приятно!

Долго просить моего друга не пришлось и он, встав перед ней на колени, языком стал неумело лизать волосатую пиздень Люськи. В это время я вовсю надрачивал свой член, но в какой-то момент отстранил друга, поставил женщину раком и пристроился спереди. Люся полностью взяла мой хуй в рот, в то время как Антоха, так же стоя на коленях, лизал ее промежность, но теперь уже сзади.

Людмила Ивановна уже плохо соображала, что мы втроём вытворяем, и Антоха, осмелев, встал, расстегнул штаны и стал неумело тыкать хуем в ее огромную дырку, но видимо, безуспешно. Люся, не отвлекаясь от минета, взяла в руку его член и направила в свою пиздень. Антоха довольно быстро кончил, а мать Славика всё также увлечённо сосала мой хуй.

Антоха, понимая, что тут он третий лишний, засобирался.

Люся отвлеклась:

— Куда ты?

— Домой, а то мамка волноваться будет.

— Помнишь про уговор?

— Да, я никому, вы что! — и ушёл.

Я закрыл за ним дверь подсобки. Люся задумчиво сидела на диване:

— Как думаешь, не разболтает? Вот позор будет…

— Да не, он зассыт.

— Уверен?

— Сто пудов. Ему счастья на год вперёд — бабу выебал. Вон мы со Славиком его подкалывали постоянно, что ему, убогому не даст никто… Да чего мы тут болтаем! Я хочу тебя по-настоящему!

Люда легла на диван и раздвинула ноги. Я лёг сверху и закинул ее ноги к себе на плечи, стал вводить в ее пиздень свой хуй… Она даже не подтерлась после того, как Антоха в неё спустил, и мне стало немного неприятно.

— Люсь, а давай попробуем в попу! — предложил я.

— Может, не сегодня? У меня и смазки то нет, — попыталась она возразить, но я уже вовсю пристраивался к ее задней дырке.

— Не так, ты сначала в киску вставь, пусть он соками как следует смажется, и потом уже туда.

Я послушался ее совета и, вынув мокрый хуй из ее пизды, стал потихоньку проталкивать его в жопу. Тут было намного теснее и приятнее, и я сначала медленно, а потом все ускоряя темп, драконил ее заднюю дырку. Люся при этом надрачивала пальцем свой клитор. Издав крик, она сжалась, кончая, и я тут же спустил порцию спермы в ее очко.

— Тебе понравилось? — спросила она.

— Ещё как, пизда у тебя большая, в очко тебя трахать гораздо приятнее!

— Меня Али к аналу приучил, он прям вообще с ума сходит, когда я ему позволяю себя туда ебать.

— А теперь и я буду!

И я засобирался домой.

Шли годы.

Я, как и планировал, после школы поступил в универ, окончил его, затем поступил в магистратуру в Питере, да так там и осел, изредка навещая родителей на родине. Наши встречи с Люсей прекратились, как только я уехал из родного города.

Антоха, вроде как, уехал поступать в столицу, его семья перебралась в область, и пропал с радаров. Больше я о нем ничего не слышал.

Отец Славика что-то не поделил со своими собутыльниками, и был убит в пьяной драке с поножовщиной.

Сам же Славик после этой трагедии взялся за ум, подсел на ЗОЖ, ушёл в армию, а затем окончил военное училище и поныне продолжает служить на благо страны где-то вдали от родного городка.

Люся стала жить с Али через год после описываемых событий, вскоре родила ему дочь, они достроили красивый дом и открыли ещё 3 точки в нашем городке. Она больше не стояла за прилавком, а занималась закупками. Такой вот интернациональный семейный бизнес.

Как-то раз, гостив у родителей, я решил пойти прогуляться по нашему городку, вспомнить детство. Конечно же, я вспоминал и о наших встречах с Людой. Захотелось выпить пивка, день был жарким. Я зашёл в один из недавно открывшихся магазинов и увидел её. Люся смотрела какие-то бумаги и что-то уточняла у молоденькой продавщицы.

— Простите, что отвлекаю — решил я обратить на себя внимание, — Мне два Туборга, пожалуйста, и пакет.

— Минутку! — отозвалась продавщица и засеменила к холодильнику.

— Макс, ты? — радостно вскрикнула тетя Люда, выбежав из-за прилавка, и мы обнялись, как родственники. — И не узнать тебя! Богатым будешь! Ну как ты там? Рассказывай. А лучше заходи к нам, я тебе дом покажу! А Славик сейчас в Забайкалье служит…

— С Вас 250 рублей — отозвалась продавщица.

— За счёт заведения! — сказала ей мать Славика.

Она изменилась с тех пор. Я бы даже сказал — расцвела, несмотря на то, что ей было под 50. Казалось, даже животик стал меньше, но сиськи и жопа — остались при ней. Вместо броского макияжа — скромный и элегантный, пластиковые побрякушки сменили пусть и не очень большие, но бриллианты.

— Теть Люд, я бы с радостью, но завтра с утра уже уеду. Дела не ждут — ответил я.

— Ну тогда в другой раз, — с сожалением сказала она, провожая меня к выходу.

Мы вышли на крыльцо и она вдруг тихонько спросила:

— Ты хоть иногда вспоминаешь меня?

— Конечно! — не солгал я. — Вы ведь стали для меня первой женщиной, а такое не забывается…

— Верю. И мне приятно, — прервала она меня. — Но время идёт. Всё меняется. А помнишь, ты в первый раз сказал мне, что всё будет хорошо? Я тогда ещё не передала этому значения, думала, что ты просто меня утешить хочешь… А оно вон как случилось. У меня сейчас действительно всё хорошо… Ладно, мне ещё поработать надо, заходи в следующий раз — сказала она, обняв меня на прощанье.

Я закурил и пошёл в сторону родительского дома.