шлюхи Екатеринбурга

Татьяна. часть 4

Когда Татьяна, по своему обыкновению осторожно постучала в его дверь, то внутри парня все сжалось. Ему показалось, что сердце вот-вот остановится, а яйца и член лопнут от напряжения.

— Лешенька, пора вставать! – Чуть повысив голос, произнесла его мама.

Женщина осторожно открыла дверь и, бросив взгляд на сына звонко ойкнула. Он лежал на спине и равномерно дышал, что удавалось ему делать с огромным трудом. Переборов первоначальное состояние ступора, Татьяна встала на носочки и также аккуратно, как и вчера вечером прошлась по комнате, но на этот раз в сторону сына, а не от него. Её почему-то сильно трусило…

Для нее было очевидно, что в теплую майскую ночь Лёше стало жарко и он неосознанно раскрылся, а сейчас его член говорил только о том, что половое созревание у парня было в самом разгаре. Подойдя к сыну на расстояние полуметра, как завороженная, Татьяна смотрела только на его половой орган. А посмотреть там было на что: от крупных подтянутых к члену яиц ровно вверх возвышалась покрытая вздувшимися венами дубинка, увенчанная большой налитой кровью головкой как набалдашником. Головка была предварительно оголена Лешей, чтобы показаться матери во всей красе. В его понимании, это было высшей степенью некого эксгибиционизма…

Вот и сейчас, войдя к сыну, чтобы разбудить его, она снова растерялась. Член был так же тверд и стоек как вчера, поэтому он был снова удостоен пристального внимания женщины. «Мужика мне надо, раз на сына засматриваться стала» — произнесла она про себя и растерялась еще больше, увидев, что одеяло из-под сына ей никак не достать.

Хоть Татьяна и не понимала, что она с сыном просто играет в какую-то нелепую игру, но она все равно оказалась хитрее. Следующим утром парень решил не лежать в позе Ленина в мавзолее, а сразу встретить ее якобы только что проснувшимся. Но судьба в этот раз не была к нему столь благосклонна: женщине нужно было приехать на работу на час раньше обычного, поэтому она решила разбудить сына телефонным звонком.

Дома вечером они сторонились друг друга. Таня очень хотела вновь почувствоватьего член в ротике, а Леша спрятался в ванной. Как легче всего можно решить проблему или отложить ее решение? Правильно – сбежать от нее. Вскоре он приоткрыл дверь и осторожно выставил ногу из ванной. Увидев это, Татьяна, сидевшая на кухонном диване, взволнованно встала, готовая заключить сына в объятья и пожалеть его. Но мальчик, пользуясь тем, что он все еще одет и обут по-уличному, распахнул дверь и рванул прочь из квартиры.

— Леша, стой! – Взволнованно прокричала женщина и ринулась за ним.

У парня было преимущество в стартовой скорости и молодости, поэтому, когда он побежал вниз по лестнице, Татьяна затормозила только у лифта, осознав бессмысленность собственных попыток догнать его. Прокричав ему вслед, чтобы тот вернулся и что она очень любит его, женщина, наконец, пришла в себя и осознала, что стоит босиком на холодном грязном бетоне, после чего поспешила вернуться в квартиру.

Время подходило к полуночи и Татьяна уже была полностью одета, чтобы направляться на поиски сына, как вдруг в дверь постучали.

Это насторожило женщину, ведь у Леши был его ключ, да и вообще рядом с дверью висел звонок и стук выглядел очень подозрительным. Настороженно распахнув дверь, женщина все поняла в первые же секунда. На площадке, покачиваясь стоял однокурсник ее сына, а самого Лешу он с трудом поддерживал за плечо. Оба паренька были сильно пьяны. Оттащив его в комнату, она умудрилась растормошить сына, заставила заглотить пачку активированного угля, после чего оставила в покое. Походив по квартире, она нервно ухмыльнулась: «совсем взрослый сын стал: один секс на уме, бухать стал, как не знаю кто. Хотя нет, знаю, точно весь в отца!». Татьяна вернулась к сыну и решила раздеть его. После испачканной кофты она сняла с него носки и штаны, которые стянулись вместе с трусами.

Снова сработали природные рефлексы: почувствовав свободу, член Леши опять воспрял во всю свою немалую длину. Женщина тяжело вздохнула, удивляясь такой реакции организма, но как и в прошлый раз, долго не могла оторвать взгляд от полового органа своего сына. Оценив, что его сознание далеко от его тела, она осторожно коснулась пальчиками кончика головки, после чего, немного осмелев, провела по всему члену ладонью, а затем и вовсе обхватила его. Сделав несколько возвратно-поступательных движений рукой, она не уставала поражаться его размеру и мощи. Но, чтобы успокоить его, она ловко взяла головку в ротик. Вскоре он, не приходя в себя, кончил ей на язычок, но Татьяне этого было мало. Наконец, помотав головой, отгоняя свои извращенные мысли, она встала и ушла на кухню.

Лёша должен был как следует пропотеть, поэтому Татьяна накрыла его толстым теплым одеялом. После получасового дежурства ей показалось, что сыну стало лучше и женщину саму стало неумолимо клонить ко сну. Бросать сына и ложиться спать в его комнате она не решилась, поэтому она улеглась рядом с ним на своей огромной двуспальной кровати, оставшейся у нее от неверного мужа. Ей стало постоянно казаться, что мальчика продолжает трясти и бросает то в жар, то в холод, поэтому она приподняла одеяло и прижалась к сыну, чтобы согреть сына своим материнским теплом, да и просто почувствовать любое изменение в самочувствии сына.

Почувствовав прижавшееся к нему женское тело. Леша инстинктивно повернулся на другой бок лицом к матери и обнял ее одной рукой. Проделав это в бессознательном состоянии, он действительно ничего не соображал и не смог бы вспомнил об этом на утро. Татьяна вздрогнула, но побоялась беспокоить сына, не став убирать его руку. Через пару минут, продолжая крепко спать, Леша прижался к маме еще сильнее, уткнувшись стоячим членом ей в живот.

Сон Татьяны как рукой сняло, она постаралась осторожно отвести член в сторону, потому что лежать так было банально неудобно. Не говоря уже о моральном аспекте сложившейся ситуации. Все же она смирилась с таким положением дел, немного отодвинув попку от сына, но и на этом ее переживания и волнения не закончились: внезапно рука сына переместилась с ее талии на грудь, буквально обхватив ее по окружности ладонью. Затвердевший от жары под одеялом сосок почувствовал давно забытое приятное ощущение. Ощущение того, когда чужая рука ласкает эту нежную плоть, а кожа отвечает ей мурашками.

Это было первое самое настоящее похмелье в жизни молодого парня.

Способность мыслить постепенно возвращалась к нему и, наконец, он осознал где он находиться, с кем и в каком положении. Леша продолжал обнимать маму лежа на боку, держа руку на ее груди. Теперь уже уткнувшись своим совсем неутомимым членом в обтянутую шортиками попку, а носом в макушку собственной матери, он дышал перегаром в густую копну волос.

Парень чувствовал себя ужасно, но все равно решил не упускать такой момент. «Раз уж все свершилось, то почему бы и не продолжить!» — подумал Леша, до сих пор не понимая, что именно «свершилось» и как ему «продолжить». Решив не рисковать, он аккуратно лег в ту же самую позу и снова осторожно просунул руку под майку мамы. Она не проснулась и, осмелев, рука продолжила исследование спортивного и подтянутого тела, уделяя особое внимание твердым соскам и упругим полушариями груди. Вскоре, рука вылезла из-под майки и продолжила исследование столь желанного тела чуть ниже. Подрагивающие пальцы отогнули резинку на шортах и постепенно проникли под нее. Добравшись до коротких ухоженных волосиков Леша задрожал уже всем телом.

Физически парень чувствовал себя ужасно, а вот морально – он просто парил в небе. Сбывались его самые сокровенные мечты. Голова болела и не соображала, поэтому его вторая рука обхватила член, который и так простоял полночи, а сейчас и вовсе был раздут до неимоверных размеров.

Рука в шортиках так и не добралась до заветной дырочки, дрожащим пальцам помешали скрещенные ноги матери. А вот от непривычных ощущений на собственном лобке уже стала приходить в себя и Татьяна. Сразу оценив то, что происходит, она вздрогнула, но не подала вида, что проснулась. Наглая рука не захотела довольствоваться лобком и вернулась под футболку, снова напав на возбужденный сосок.

Она пыталась понять, как вести себя дальше и ничего не могла придумать. В конце концов, она прежде всего решила привести сына в чувство, поэтому, поднявшись, пошла на кухню и, после порции лекарств выданной Леше, она принялась варить для него куриный бульон.

Парень все это время пролежал в кровати, боясь пошевелиться, страдая от похмелья и моральных терзаний. Он все еще был одет в одну футболку и прикрывался частью тёплого одеяла.

После куриного бульона ему явно стало лучше, от чего он искренне поблагодарил маму. Татьяна тут же расчувствовалась и со слезами на глазах разоткровенничалась, затараторив, о том, как же Леша ее напугал вчера. В своем монологе ей удалось никак не коснуться интимной темы, что постепенно сглаживало повисшее в воздухе напряжение. Поругав сына для проформы, она поняла, что ему сейчас и так плохо, поэтому не стоит так долго мучать его нотациями. Наконец, она решила выйти в магазин, чтобы развеяться, да и прикупить продуктов на ужин. Но Лёша предложил сходить в кино, чтобы подышатьвоздухом и развеяться — в кинотеатре шёл интересный боевик.

Во время просмотра фильма, на страшных моментах, мать с сыном инстинктивно прижимались друг к другу. И даже подлокотник не помешал Леше в один момент времени приобнять маму за талию. Он сделал это безо всякой задней мысли. Порядком опьянев неопытные в алкогольных возлияниях родственники были всецело поглощены просмотром фильма и их стаканы уже давно опустели.

После фильма, делясь впечатлениями, Леша предложил маме выпить еще. Чуть-чуть. Пива, конечно. Здравый смысл еще не до конца покинул сознание женщины, поэтому она сторговалась на один стакан пива на двоих.

Купив его в буфете кинотеатра, они направились домой через парк. Окончательно забыв об утреннем инциденте, Леша снова приобнял маму, а она, чувствуя знакомую руку на талии, тоже не подумала ничего лишнего. Они весело общались, смеялись и чувствовали, что уже давно не общались так легко и непринужденно.

Периодически им попадались различные компании на лавочках. Все поголовно квасили, наслаждаясь теплым субботним вечером. Живя всю жизнь в этом районе, Татьяна с Лешей привыкли к такому окружению, тем более, что неприятные инциденты с «культурно пьющими» людьми почти не случались.

Однако, в один прекрасный момент, пара парней все же попросила у них лишнюю сигаретку. Возможно, им действительно требовалось курево, и они не искали предлога, чтобы докопаться до субтильных прохожих, просто они явно были пьяны и выглядели не очень дружелюбно. Некурящее семейство вежливо ответило, что порадовать парней ничем не могут, как вдруг, от ближайшей лавочки отделился еще один парень мощного телосложения.

Им оказался Михан – постоянный посетитель тренажерного зала, который совсем недавно возмущался, что Татьяна практически не обращает внимания на него с друзьями, таких "Аполлонов", а трахается в подсобке с каким-то молодым дрищем.

— О, какие люди! Секси-герл и ее стройный хахаль!

— Ребята, не мешайте, мы спешим… — Придумала нелепую отговорку женщина.

— Да ладно Вам, вижу я как вы спешите! И чего ты нашла в этом дистрофике!? Посмотри на нормальных мужиков! – Он показушно поднял руки, демонстрируя впечатляющих рельеф мышц.

— Чего тебе надо!? – Внезапно подал голос осмелевший Леша.

— Да ничего мне не надо! Просто не верю я, что ты ее трахаешь!

Перепуганная женщина даже не подумала о том, чтобы оскорбиться, наоборот, она судорожно соображала, как им уйти, и можно ли уже звать на помощь. Останавливало то, что им ничем и не угрожали, а просто перегородили дорогу.

— Не веришь!? Смотри! – Леша был явно пьян, а поэтому непривычно смел и настойчив. Он неумело обнял маму свободной рукой и резко поцеловал ее в губы.

Татьяна опешила, хотя и понимала, что Леша, как и она, пытается сгладить конфликт и выбрал для этого несколько необычный способ.

— Тю! Да меня мама так до сих пор целует! И даже бабушка! – Очень не поверил в достоверность увиденного качок. — Поцелуй его сама, только нормально, с языком! – Настаивал он, и не догадываясь что он подстрекает мать с сыном.

Татьяна вздохнула и, не видя иного выхода, обхватила голову Леши руками и впилась своими пухлыми губами в пересохшие от волнения губы сына. Через несколько секунд он ответил взаимностью, неумело подключив язык. Переволновавшаяся женщина перестаралась с артистичностью и продолжала жадно целоваться с собственным сыном. Почувствовав дополнительный напор матери, Лёша потерял голову и грубо схватил ее за упругую полную попу, облаченную в узкую юбку, которая явно подчеркивала все прелести под ней.

Этот публичный поцелуй продолжался чуть меньше минуты. Впечатленные мужики были посрамлены и расстроены, осознав, что эта сексуальная девушка все же занята, да еще и таким худым высоким парнем. Они быстро потеряли интерес и ушли, оставив пару наедине друг с другом.

А вот интерес Татьяны и Леши только возрастал. Это был первый совместный поцелуй в жизни, да еще и такой страстный. Женщина же просто соскучилась по ласке и интиму. Сейчас она даже на какие-то мгновения забыла с кем целуется, всецело отдаваясь процессу. Она снова почувствовала себя не ведущей, а ведомой. Столько лет она притворялась быть сильной и воевала с сыном за пазухой против всего окружающего мира. И вот сейчас ее труды были вознаграждены, ее сын мужал на глазах. Правда стимулом к этому был не его характер, а алкоголь, доводящий порой до крайности все желания и фантазии.

Женщина нехотя отстранилась от парня и в ее глазах читался не гнев, а любовь. Конечно, через пару секунд оба смутились и отвели взгляды в сторону. Тут же оглядевшись по сторонам, они удивленно заметили, что остались одни.

— П-пойдем? – Неуверенно спросила Татьяна, смотря на сына снизу вверх.

— Пойдем. – Согласился он, впервые за восемнадцать лет почувствовав себя мужчиной.

И не просто мужчиной, а мужчиной, который ведет свою женщину, который является лидером в их паре. «И почему я раньше не пил» — прокрутил он в своей голове глупую мысль, чувствуя, как обретает уверенность с каждым глотком алкогольного напитка. Парень дерзко положил руку на поясницу собственной мамочки и первым сделал шаг вперед. Они медленно шли домой, сознавая, что наступает новый период их жизни