шлюхи Екатеринбурга

Преданный (перевод с английского). Часть 1

7 сентября 2007 г.

Роб приехал домой раньше, чем когда сказал своей молодой жене, что вернется из поездки по продажам. Они встречались четыре года, прежде чем он предложил ей выйти за него замуж. Это было три месяца назад, и он очень хотел провести свой заслуженный отпуск с женой. Затем Роб услышал странные звуки, доносящиеся из их спальни. Осторожно положил свои сумки на пол, чтобы удивить жену, подумав, а что она делала, пока его не было. Затем что-то, сказанное его женой, остановило его.

— Трахни меня, детка! Трахни меня сильно! — застонала из спальни его жена Триша. В доме, который он купил для нее на свои проклятые деньги, она трахалась с кем-то еще на его проклятой кровати! — Вот так, я хочу чувствовать тебя несколько дней, пока Робби будет дома!

Кулак Роба сжался; его гнев обжег лицо, когда он услышал слова жены. Как долго она трахалась у него за спиной?! Как часто он трахал ее пизду после того, как в ней побывал другой член?! Он знал, что ему нужно сдать анализ крови. Он не хотел словить что-либо определенное от своей блудной жены.

Гнев загорелся в его глазах, когда он обнаружил, что его собственный брат толкается в его жену сзади. Брат, которого он прикрывал в этой блядской поездке, потому что по какой-то чертовой причине тот не мог выехать в нее. Теперь он знал, что причиной было желание трахнуть его жену! Пока он делал его долбанную работу! Грохот разбившейся при ударе о голову брата вазы прогремел в его спальне.

— Робби! — ахнула от ужаса Триша, в то время как Роб с безумным взглядом в глазах возвышался над ними. — Детка, я могу…

— Заткнись, черт побери! Объясни! Объясни! Как долго ты трахаешься с моим братом?! Месяц, год, все четыре гребаных года, которые мы встречались?! А? Как долго ты… Знаешь что, бля, а я не хочу знать. Я здесь работал изо всех сил, чтобы у нас была хорошая жизнь, а чем занимаешься ты? Трахала за моей спиной этот кусок дерьма и всякого Тома, Дика и Гарри насколько я знаю, черт возьми!

— Робби, я знаю, я…

— Ты ни хрена не знаешь! Убирайся из моего дома и забери с собой этот кусок дерьма! — закричал Роб, выбегая из комнаты, чтобы его гнев не взял верх.

— Роберт…

— Убирайся отсюда, — прорычал Роб своему брату, заметив пропитанное кровью полотенце, которое он прижимал к голове. — Мы можем быть связаны кровными узами, но ты мне не брат. Я не хочу больше видеть тебя здесь. А ты получишь извещение от моего адвоката, — сказал он, глядя на свою вероломную жену.

— Мне жаль…

— Бери это дерьмо и засунь его себе в задницу! Триш, если ты меня не любила, какого хрена ты вышла за меня замуж?! На самом деле ты любила тратить мои деньги, это чертовски точно. Твое дерьмо будет на лужайке, я предлагаю тебе забрать его до вывоза мусора, потому что этот гребаный псих не может заключить даже простую сделку, без того чтобы кто-то держал его за руку, — сказал Роб, прежде чем хлопнуть дверью перед лицом своей бывшей жены.

***

23 октября 2008 г.

Роб лежал лицом вниз на своем диване. На кофейном столике стояли бутылки Джека Дэниэла. С тех пор как он расторгнул брак, Роб находился в состоянии алкогольного опьянения, когда не работал или ему не приходилось куда-то выезжать. Его жизнь могла погрузиться в темную яму отчаяния, но он не был идиотом. Он, было, подумал, что хоть кто-нибудь из его семьи встанет на его сторону, когда все стало известно. Но никто, ни один проклятый родственник его не поддержал. Все они пытались убедить его, что Триша с Брэдом счастливы, и что он должен быть счастлив за них. И все они, казалось, забыли, что их счастье как раз и стало причиной его гибели. Но нет, они выбрали их, и, по его мнению, выбрали неудачно.

Когда кто-то постучал в его входную дверь, Роб застонал от головной боли с похмелья. Его рука слепо блуждала, пытаясь найти что-нибудь и бросить в дверь, дабы сказать кому бы то ни было, чтобы тот оставил его в покое. Охнул, поскольку звон от падающих бутылок только усилил его головную боль. Он повернул голову, когда услышал, как открылась входная дверь.

— Здесь пахнет винокурней, — сказала, входя, Джанет, его сестра, бывшая на два года старше него. Входя в дом, в который не имела права входить без его согласия, поскольку он не хотел, чтобы кто-либо из них находился в его домовладении. Ее шаль прижималась к середине верхней части ее спины, поскольку локти удерживали ее на месте, в то время как она держала в руке ключи и сумочку.

— Боже, Робби, ты даже не одет, — простонала Джанет, стоя у левого подлокотника дивана в платье подружки невесты.

— Какого хрена я должен быть одетым?! Сегодня у меня чертов выходной день, и какого хрена ты делаешь в моем доме? — спросил Роб, стараясь говорить потише, чтобы не усугублять грохот в голове. Украдкой глянув на ее одежду, Роб не мог понять, почему она была одета настолько официально, тем более что и платье было ужасным.

— Ну… — Ее щеки вспыхнули от его слов. За последний год она видела, как Роб отдалился от семьи. Он больше не приходил в офис, за исключением обязательных встреч и запланированных встреч с клиентами, вместо этого он решил работать из дома и отправлять отчеты по электронной почте. Их родители, похоже, не возражали, пока его работа не буксовала, а этого не было, и от клиентов не было жалоб, поэтому она знала, что он прекрасно справляется со своей рабочей нагрузкой. Даже если ей и казалось, что больше он не тратит те часы, что когда-то проводил в пользу их компании. Джанет не могла об этом говорить, так как он всегда выполнял свою ежемесячную норму. Тем не менее… она скучала по своему брату, скучала по его смеху, заполнявшему офис, когда у нее был тяжелый день. Ее дети, его племянник и племянница, тоже скучали по нему, тем более что он не пришел на День Благодарения и Рождество, как делал это с тех пор, как все они покинули родовое гнездо.

— Разве ты не помнишь, какой сегодня день? Разве Брэд не прислал тебе приглашение?

— О, так вот что это было? — холодно спросил Роб, садясь и почесывая подбородок, слыша скрип своей трехдневной щетины, когда его ногти скользили по ней. — Я бросил его в огонь.

— Робби, — вздохнула Джанет. — Я понимаю, но…

— Угу. Это все? Я лучше вернусь ко сну, спасибо, — равнодушно сказал Роб.

— По крайней мере, пойдем со мной, Мэтт и Дебби скучают по тебе, понимаешь? — умоляла Джанет своего брата.

— Тогда привози их, в противном случае я не встану с этого дивана еще несколько часов, — сказал Роб, поскольку не собирался идти на эту свадьбу.

— Робби, ты не можешь…

— Не надо, — холодно сказал Роб, его глаза метнулись к сестре.

— Прекрасно, Робби, если ты не предпочтешь остаться дома и напиться до смерти, то пойдем ко мне в гости, — сказала Джанет, вскидывая руки. — Я и правда хочу, чтобы ты прекратил пить, — сказала она, глядя на многочисленные бутылки.

— Ну, когда ты обнаружишь, что Марк трахает какую-то женщину на твоей кровати, в то время как ты его прикрываешь, тогда сможешь судить, достаточно ли я выпил, — сказал Роб, имея в виду ее мужа и наливая себе рюмку. — В противном случае выйди из моего дома.

— Очень хорошо, — произнесла Джанет, прежде чем повернуться на каблуках и, уходя, захлопнуть за собой дверь.

Кстати говоря, никто не знал, но Роб искал новую работу. Работу, которая уведет его подальше от этого города, этого штата и его семьи. Тем не менее, при нынешней ситуации в экономике было трудно найти работу, а в той области, где подвизался он, тем более. Конечно, он мог продавать что угодно, но все свои годы он провел в робототехнике, а сколько из таких вакансий вам когда-либо встречалось? Итак, он должен был подождать, выждать свое время, а затем, когда представится возможность, и если размер компенсации будет соответствовать тому, что он зарабатывал, он уйдет, и за его спиной не останется ничего, что могло бы его вернуть.

***

Выходя из ванной Роб вытирал лицо. Он знал, что не может вести машину, поскольку все еще чувствовал в своем организме алкоголь, но в голове больше не грохотало, и его это утешало. Бросив мокрое полотенце в ванной, он прошел сквозь главную спальню, которой больше не пользовался, так как она казалась… грязной — если не сказать иного слова — после того что произошло, и он мог лишь предполагать, что это случалось много раз.

Поэтому, на следующий же день после случившегося он, в приступе ярости, не заботясь о том, насколько дорогим был матрас, позаимствовал грузовик своего друга, к счастью, не имевшего никакого отношения к его семье, и выехал в поле. Там он смотрел, как огонь смывает заразу с его дома, а пепел поднимается к небу. Так что, теперь спальня использовалась в качестве складского помещения.

Тем не менее, он по-прежнему пользовался хозяйской ванной, в противном случае было бы слишком расточительно пустить на ветер все деньги, что он потратил на дом. Роб просто не проводил много времени в соседней комнате. Сидя в нижнем белье на кровати, которую он купил, после того как выгнал из своего дома Тришу, он размышлял, чем бы заняться остаток дня. Очевидно, не выпивкой, потому что на следующий день ему требовалось работать. Ему нужно было быть лучшим в своем деле, чтобы превзойти своего брата в продажах. Злая улыбка озарила его губы, и в этот момент его внимание привлек мигающий сигнал на телефоне.

Свет экрана падал на его только что выбритое лицо. Нахмурившись, он увидел три голосовых сообщения, ожидающих его: от его матери, отца и бывшей жены, а также около полудюжины СМС. Он не отвечал на звонки родителей, если те шли не с их служебных телефонов, и определенно не собирался слушать то, что говорила его бывшая жена. Ему было все равно, разочарованы ли родители в том, что он не появился, поэтому он удалил также и их сообщения. Почти снова положив телефон на тумбочку рядом с кроватью, он застонал, когда снова позвонила его мать.

— Что?

— Просто «Что», а не «Привет, мама, как прошла свадьба? Что я пропустил, не потрудившись прийти на нее?!»

— Знаешь, я слишком устал для этого дерьма. Если ты хочешь ссориться, делай это с отцом, — сказал Роб, заканчивая разговор и бросая телефон за себя. Как ни странно, от этого ему стало немного легче. Когда его синие джинсы уже ползли вверх по его ногам, он наклонил голову и смотрел, как его телефон ползет по кровати, вибрируя. Взял его, не узнав номера.

— Алло?

— Робби, не вешай трубку… — он тут же отключился. А что она думала, он должен был делать, услышав ее голос?

— Черт возьми, чего еще?! — рявкнул в телефон Роб, когда сразу после бывшей жены позвонила его сестра.

— Не смей говорить со мной в таком тоне, Роберт! — зарычала Джанет на другом конце линии.

— Тогда какого хрена ты мне звонишь? Мои отчеты должны быть сданы только к концу следующей недели, моя квота на месяц выполнена, о чем еще можно говорить? — раздраженно спросил Роб в телефон.

— Брэд и Триша хотят у тебя кое-что спросить. Это очень важно. Ты должен их выслушать, — сказала Джанет, призывая своего брата осознать причину.

— Чего бы они ни хотели, я не хочу иметь с ними ничего общего. — Роб посмотрел на свой телефон, так как ему показалось, что трубку передали кому-то еще.

— Робби, тебе не нужно ничего говорить, просто выслушай, ладно? Я беременна, и мы — я имею в виду твоего брата и меня — хотим, чтобы ты был крестным отцом, — сказала Триша, надеясь, что это залечит разрыв между ним и Брэдом.

— Я отказываюсь.

— Подумай об этом, Робби, подумай о том, что ты говоришь, — раздался в трубке голос Джанет. Роб постоял некоторое время, прислушиваясь к фоновым звукам, точно понимая, что именно он говорит. Услышав вдали болтовню своих матери и отца, а также, как он мог только предполагать, остальных его родственников и Триши.

— Я уже ответил. Я не собираюсь нести ответственность за их внебрачного ребенка, — сказал Роб, злобная ухмылка подняла уголки его губ в ответ на вздох, раздавшийся по линии. — Пусть с этой рутиной справляется какой-нибудь другой глупец, черт возьми, а не я!

— Роберт, черт побери, ты — бесчувственный человек, — сказал Брэд, когда Триша заплакала.

— Не больше, чем ты, трахая мою жену, когда меня не было в городе, прикрывая твою задницу, — сказал Роб, задаваясь вопросом, сколько членов семьи Триши знают правду. С другой стороны, ему было все равно, он вставил свои пять копеек и усмехнулся, закончив разговор. Бросив телефон опять на кровать, он закончил одеваться. Схватив ключи и надев обувь, он оставил телефон дома, так как не хотел иметь с ними дело, и поехал в свое убежище, найденное несколько месяцев назад.

***

Опускались сумерки, а он сидел на крыльце своего дома, положив ноги на перила, и наблюдал за повседневными делами своих соседей. Он вернулся чуть больше часа назад и не удивился тому, что его ожидало. Похоже, его телефон практически разрывался за время его отсутствия. Его веселье вскоре испарилось, когда он увидел, как перед его домом с визгом остановились две машины.

— Черт, что еще? — пробормотал Роб, увидев, как из машин выходит его семья. Двери громко хлопали от гнева.

— Где ты был?! — с рычанием спросил его отец, идя по подъездной дорожке.

— Ты знаешь, как мы волновались?! — вмешалась его мать, поспешая за шагами мужа.

— Ну, вот он, я, а теперь ты не скажешь мне, по какой причине топчешь мою траву? — отстраненно спросил Роб. Интересно, почему с его сестрой находилась сестра Триши, Кейт?

— Привет, Роберт, — любезно сказала Кейт, заправляя за уши свои темно-каштановые волосы. Ее нежные голубые глаза смотрели на него через линзы очков.

Когда Роб впервые встретился с ней пять лет назад, ей было всего семнадцать. В то время некоторые назвали бы ее худощавое тело болезненным, а грудь была всего второго размера. Когда они с Тришей только начинали встречаться, он часто видел ее где-то в доме одну, пытавшуюся скрыть красные опухшие глаза. Он старается поднимать ей настроение, говоря, что не все парни — придурки. Что кто-нибудь сочтет ее привлекательной, как определенно находил ее он, даже если она все еще была худой как оглобля. И все же, для него это не имело значения, она все равно была красивой женщиной, и, судя по тому что он мог видеть поверх голов своих родителей, за последние пять лет Кейт превратилась во взрослую девушку.

— Привет, Кейт, давно не виделись, — сказал Роб с теплой улыбкой, игнорируя вопрос отца.

— Я надеялась увидеть тебя на свадьбе, — сказала Кейт, ее щеки вспыхнули, когда она застенчиво посмотрела на него.

— Ты обвиняешь меня, за то что я не пошел? — спросил Роб, увидев, как она отрицательно покачала головой.

— Не игнорируй нас, Роберт! — рявкнул его отец.

— Почему бы и нет, ты, кажется, все время игнорируешь мои чувства. Видишь, что происходит, когда ты отталкиваешь тех, кто не сделал ничего плохого, но хвалишь тех, кто сделал? — спросил Роб, глядя на отца.

— А что бы ты хотел, что бы мы сделали, Роберт, выкинули Брэда из семьи? Из-за того, что случилось… — слова отца застыли в его горле, увидев выражение глаз своего сына, в то время как тот сделал глоток пива.

— Мы понимаем твою злость, сын, и ты имеешь на нее полное право, — сказала его мать, пытаясь быть нейтральной стороной. То, в чем у них был большой опыт за последний год, — но прошло уже больше года; тебе не кажется, что пора простить брата?

— Еб твою, нет.

— Роберт! Следи за своими словами!

— Это мой дом, моя собственность, и вы пришли сюда без приглашения. Если вам не нравится то, как я, черт побери, разговариваю на своей земле, то вон — ваша машина, — сказал Роб, указывая на дорогой седан своего отца. — Никто вас здесь не держит.

— Роберт, пожалуйста, — умоляла его мать, — просто подумай об этом. Мы скучаем по тебе, мы вовсе не хотим, чтобы ты полностью ушел из нашей жизни.

— Что ж, ты сама выбрала сторону. Если тебе не нравятся последствия этого выбора, то они лежат на тебе, а не на мне. Это я потерял четыре чертовых года из-за женщины, которая меня никогда не любила. Четыре года! Четыре года она трахалась, черт знает с кем! В моем собственном гребаном доме! И все же, со мной обращаются так, будто это я нарушил все правила! В то время как вы все бросаетесь в ноги к ней и Брэду, просто ради сохранения мира! Ну, так, знаете что? К черту мир!

— Ладно, Роберт, я надеюсь, ты передумаешь, — сказала его мать, кладя руку на плечо мужа.

— Сейчас у тебя отпуск на месяц. Делай что хочешь, иди куда хочешь, оставайся здесь и дуйся в этом доме, мне все равно. Но когда месяц закончится, я хочу, чтобы ты сидел за нашим столом в День Благодарения, — сказал его отец, думая, что сможет запугать сына, чтобы он забыл о своей боли.

— А если нет? — спросил Роб, распознав его блеф.

— Тогда не приходи на рождественский ужин, — сказал отец, поворачиваясь на каблуках, и направился к своей машине, бормоча себе под нос, что он не может победить своего младшего сына, как раньше.

— Я и не планировал, — сказал Роб в спину отцу.

— Пожалуйста, не говори этого, сын, езжай куда-нибудь, расслабься и возвращайся домой. Я буду очень рада, если ты придешь на ужин в День Благодарения, — сказала его мать, протягивая руку и нежно пожав его правую руку, прежде чем уйти, чтобы присоединиться в машине к своему мужу.

— Полагаю, что я не сумею заставить тебя передумать, что бы ни сказала, да? — спросила Джанет, глядя на брата.

— Ни за что, — сказал Роб, делая еще один глоток пива.

— Хорошо, но, Робби, ты же знаешь, что мы тебя любим. Не заставляй нас выбирать между тобой и Брэдом. Ты можешь подумать, что мы сделали выбор, но на самом деле мы ни на чьей стороне. Мы так же расстроены тем, что с тобой сделали Триша и Брэд. Но не обвиняй нас в том, что мы хотим сохранить семью, — сказала Джанет, прежде чем обернуться. — Я подожду в машине, — сказала она, ее рука слегка коснулась предплечья Кейт.

— Итак… — Кейт заложила руки за спину, робко подходя к его крыльцу, — как твои дела?

— Бывало лучше, а что? — спросил Роб, выходя, наконец, на крыльцо и глядя ей в глаза.

— Ну… — сердце Кейт затрепетало, ее щеки сильно покраснели, когда Роб встал перед ней. С тех пор как он постоянно подбадривал ее, когда мальчики ее возраста ежедневно приставали к ней, она издалека наблюдала, как ее сестра бросила хорошего человека. Мужчину, который о ней заботился, в то время как она была слишком корыстной, чтобы это увидеть. Теперь настала ее очередь. Черт возьми, она не собиралась упускать эту возможность. Она собиралась показать ему, что не похожа на сестру. Что она всегда будет ему верна. Она не заводила серьезных отношений только ради этого шанса. Конечно, она ходила на свидания, заводила интрижки то тут, то там, но хотела, чтобы только он касался тех ее частей, которые действительно имели значение. Был единственным, кто когда-либо коснется ее тела таким образом.

— Я подумала…

Хотя она и руководила самой популярной компанией по производству женского белья (не Victоriа s Sеcrеt), стильной и более доступной компанией по производству женского нижнего белья, где материал был бы таким же прекрасным, как у Victоriа s Sеcrеt, только не по той цене, где за один из их вышитых бюстгальтеров можно купить один из ее комплектов бюстгальтера и трусиков вместе с соответствующим плюшевым мишкой. Но близость к нему по-прежнему заставляла ее чувствовать себя больным любовью подростком, что тосковала по тем дням, когда он приезжал. Просто чтобы слышать его голос, чтобы быть рядом с ним, чтобы чувствовать себя рядом с ним.

— Поскольку какое-то время я буду здесь, в городе, возможно, ты захочешь провести со мной немного времени, — сказала Кейт, легкий вечерний ветерок нежно поднял ее волосы, в то время как она смотрела, как огни окружающих домов отсверкивают в его глазах..

— Типа свидание? — спросил Роб, его интерес был неподдельным. Конечно, у него и раньше бывали предложения, когда он освободился от бывшей жены, но те дамы были далеко не такими активными и красивыми, как Кейт, по крайней мере, так думал он.

— Е-если х-хочешь, — сказала Кейт, чувствуя, как ее лицо пылает, в то время как она чувствовала себя такой глупой из-за того, что он произнес слово «свидание». «Держи себя в руках, Кейт. Ты и раньше бывала на свиданиях!» — ругала она себя в уме.

— Конечно, когда бы ты хотела выйти? — спросил Роб, чувствуя себя так, будто ему снова исполнилось четырнадцать, и он пригласил на свидание свою первую девушку.

— Я слышала, что завтра вечером будет оркестр, — сказала она, подойдя к нему ближе, чтобы он почувствовал тепло ее тела, запах ее легких духов. — Как насчет того, чтобы забрать меня в семь? — спросила Кейт, медленно протягивая левую руку. Ее пальцы слегка коснулись его, после чего ее рука скользнула в его.

— Естественно. Где ты остановилась?

— Ты помнишь, где жили мои родители? — спросила Кейт, рискнув и сокращая оставшуюся часть расстояния между ними.

— Конечно, — кивнул Роб.

— Хорошо, — сказала Кейт, и на ее лице появилась улыбка. — Я буду ждать, — прошептала она, коснувшись своей щекой его щеки. Ее губы слегка коснулись его уха, когда она называла ему номер своего личного телефона, который знали очень немногие.

***

Сорок минут спустя…

Кейт хихикнула, когда ее спина отскочила от старой кровати, когда она упала на нее. Ее правая рука лежала на сердце, чувствуя, как быстро оно колотится. Она не могла поверить, что все прошло так хорошо. Она была уверена, что Роб скажет «нет». Ее ноги брыкались вверху, отчего джинсы натягивались вдоль спины, демонстрируя упругую задницу, над которой она так долго работала.

— Кейт? Что тебя так взволновало? — спросила ее мать, стоя в дверях старой спальни дочери.

— У меня свидание! — возбужденно сказала Кейт, танцуя по дому.

— О? — Улыбка коснулась ее губ, будучи рада видеть свою дочь такой счастливой. Она знала, как тяжелы были для нее последние годы, и, как все матери, хотела, чтобы ее дочь была счастлива. — И кто этот везунчик?

— Робби, — мечтательно сказала Кейт, не заметив взгляда матери.

— Я хочу, чтобы ты держалась подальше от этого мужчины. Он — бракованный товар, — строго сказала ее мать.

— Как ты думаешь, кому ты это ты говоришь? — холодно сказала Кейт. Возможно, она и ее мать, но никому не позволено указывать ей, что делать. — На кого и на что я трачу свое время, это мое дело, мама, а не твое.

— Кейт, не говори со мной в таком тоне. Этот мужчина только что вытащил на всеобщее обозрение всей нашей семьи грязное белье твоей сестры.

— И что? Триша сама навлекла это на себя! Что, по твоему мнению, должно было происходить, мама, когда его об этом спрашивали?! Тебе все равно, что она лгала, использовала его, изменяла ему в той жизни, которую, как он думал, они собирались жить? После всего этого ты на самом деле думала, что он подпрыгнет и будет радоваться?! — спросила Кейт, выпуская из себя генерального директора.

— Он мог бы быть более тактичным, — фыркнула ее мать, скрестив руки на груди, и ее седеющие темно-каштановые волосы упали на грудь. — Ты знаешь, как пострадала твоя сестра?

— Какую бы боль она ни почувствовала, я уверена, что это — ничто по сравнению с четырьмя годами, которые она ему лгала, и, в конце концов, она получила то, что заслужила, — сказала Кейт, скрестив руки, стоя напротив матери.

— Я не одобряю.

— Это не тебе решать.

— Хорошо. Если ты хочешь тратить свое время на него… — Она вскинула руки вверх, выходя из спальни дочери.

На заднем фоне тихо играла музыка ее юных лет. Ее бедра покачивались, в то время как кончики пальцев танцевали по поверхности верхней части швейной машины, с которой началось ее дело. Она смотрела в окно своей комнаты, позволив разуму блуждать по пути неизвестного будущего. Она и правда надеялась, что у них есть совместное будущее. Кейт была готова заставить его появиться у них, чего никогда не было у ее сестры. Она знала Тришу достаточно хорошо, чтобы понимать, что ее интересовали лишь деньги, а не мужчина, зарабатывающий их. Глядя на свою грудь, ее губы украсила легкая улыбка, в то время как ее руки лежали на животе, представляя, каково это — вынашивать своего ребенка. Слышать топот крошечных ножек, пробегающих по ее пентхаусу в кондоминиуме. Наблюдать за тем, как Роб бегает за их ребенком, в то время как его или ее заразительный смех наполняет их дом. Вздыхая, обнимая себя, она не могла дождаться завтрашнего вечера.

***

Роб проснулся около семи тридцати, ударив ладонью по будильнику. Ложась спать прошлой ночью, он забыл его выключить. Он перевернулся, и натянул простыню на свое тело, поскольку теперь ему не приходится иметь дело со звонками и тому подобным. По крайней мере, таков был его план, пока в дверь не постучали. Он вскочил, в тот момент когда к его двери кто-то подошел, сбросив одеяло и гадая, кто мог прийти в такой ранний час? Сорвав халат с крючка на задней части двери, он натянул его на обнаженную грудь и завязал на поясе свободный узел, чтобы скрыть боксеры. Он не собирался полностью одеваться, желая лишь отругать пришедшего и вернуться в постель.

— Кт… — голос Роба замер в его горле, когда он резко открыл входную дверь. Он не ожидал ни увидеть стоящую у его двери Кейт, ни быть смущенным, увидев такую красивую женщину на своем крыльце. Ее волосы темно-орехового цвета были собраны вверху и стянуты в хвост. Лишь челка опускалась на ее лицо, а легкий локон нежно целовал ее в щеку. Ее светло-голубые глаза заблестели, когда она тепло посмотрела на него. Кейт слегка накрасилась, не то чтобы ей это было нужно, а по его сбитому с толку лицу было видно, что и вовсе не нужно.

Его глаза инстинктивно пробежались по бирюзовому с оборками, без спинки, грубой вязки с V-образным вырезом зимнему свитеру. Заметив, как тот плотно прилегает к ее груди, позволяя V-образному вырезу показывать внутреннюю и верхнюю части ее груди второго размера и увлекая его взгляд путешествовать по этой сочной долине между ее упругими твердыми шарами. Сглотнул и почувствовал, как дернулось его адамово яблоко, когда его карие глаза скользнули на ее стройные бедра, плотно обтянутые выцветшими синими джинсами. Прикрыв дверь, обнаружив, что джинсовая ткань казалась нарисованной на ее стройных бедрах, и скрывая таким образом от ее взгляда свою пробуждающуюся змею, его мозг, наконец, заметил пакет, который она держала рядом с собой. Он терялся, находясь рядом с такой великолепной женщиной перед ним.

— Доброе утро, Робби, — сладко сказала Кейт, чувствуя, как сердце колотится в груди. Она не думала, что он откроет дверь в халате! Ее кровь запульсировала в ушах, когда она заметила промельк его обнаженной груди. «Уж не голый ли он там?» — мысленно простонала она.

Она ощутила, как ее соски начинают твердеть при мысли о том, что на самом деле скрывается под мягкой тканью его халата. Ее язык дернулся во рту, пытаясь собрать некое подобие влаги. Ее холмик стал нагреваться, когда она подумала, не прячется ли он за дверью потому, что ему понравилось то, что он увидел.

— Доброе утро… ммм… не то чтобы я не рад тебя видеть, но почему ты здесь так рано? — спросил Роб, пряча свою нижнюю половину за дверью. Чувствуя, что его возбужденный член выскользнул через ширинку его боксеров, он не хотел дать ей увидеть это… по крайней мере, пока.

— Я подумала, что мы могли бы вместе позавтракать, — сказала Кейт, поднимая пакет из местной пекарни. — Но если… ты не хочешь… — В ее словах отразилась легкая грусть, когда она подумала, что движется слишком быстро.

— Конечно, хочу. Просто позволь мне одеться, — сказал Роб, сверкнув ей улыбкой.

— В самом деле?! — Кейт вскинула голову; от его слов в ее потрясающих глазах промелькнула радость. — У меня здесь все уже готовое, так что мы можем насладиться едой на утреннем солнце, — сказала она, ее улыбка расплылась от уха до уха.

— Я обернусь как можно быстрее, — сказал Роб, чувствуя, как его сердце бьется со скоростью миллион миль в час. Давно уже никто не заставлял его так себя чувствовать. Этот трепет, это волнение, которое испытываешь, чувствуя некую связь с другим, но не зная, что это такое. Тем не менее, любопытно узнать, к чему все приведет, как далеко это чувство заведет в эту темную кроличью нору. Какие изгибы и повороты заставит пройти, ведя в это странное и, хочется надеяться, счастливое путешествие в то, о чем можно сказать только: это судьба.

Едва он забежал в свою комнату, как его одежда начала вылетать из ящиков, пока он искал, что надеть. Хотя это был всего лишь завтрак, по какой-то причине он хотел выглядеть прилично, а не растрепанным, изможденным, каким являлся сейчас, только что встав с постели. Он провел расческой по волосам и слегка обрызгал себя лучшим одеколоном. Роб хотел, чтобы Кейт наслаждалась этим утром, в конце концов, она ведь приехала сюда, чтобы увидеть его.

***

Кейт взволнованно села в кресло. Она поставила стол на крыльце так, чтобы он чувствовался максимально интимным с круассанами, свежими фруктами, небольшим количеством сливочного сыра и двумя бутылками апельсинового сока. Ее кровь запульсировала в ушах, когда она услышала, как повернулась дверная ручка. Ее ноздри раздулись, когда она уловила запах его одеколона, что донес до нее ветер. Когда Роб вышел на крыльцо, она почувствовала, как ее мозг пустеет. Кейт почувствовала, как ее бедра мгновенно сомкнулись, когда лучи утреннего солнца, выглядывавшего из-за крыш домов через улицу, залили его тело. Она ощутила пульсацию своего холмика, наблюдая, как двигаются под рубашкой его мышцы, и как на его губах появляется теплая улыбка, в то время как он медленно вытаскивает садовый стульчик.

— Надеюсь, я не заставил тебя ждать, Кейт, — сказал Роб, садясь на сиденье. — Ты — это та компания, что делает еду еще слаще, — сказал Роб, видя, как щеки Кейт быстро разгораются.

— О, боже… — прошептала Кейт, прикрывая рукой дрожащие губы.

— Приступим? — спросил Роб, он забеспокоился о том, что его тонкий флирт не будет правильно воспринят, но, похоже, Кейт встретила его с добрением. — Итак, Кейт, чем ты занималась последние несколько лет? В последний раз я слышал, что ты уехала в Нью-Йорк через год своей студенческой жизни, — сказал он, разрезая круассан.

— О?! — Уши Кейт активировались, ее разум и глаза были слишком сосредоточены на его руках, наблюдая, как он нежно держит это слоеное тесто, и она задавалась вопросом, будет ли он обнимать ее так же нежно, если или когда ее тело будет прижато к его. — Я, вроде как, веду линию женской одежды, — пробормотала Кейт, ее единственная челка раскачивалась перед ней, в то время как она возилась со своим круассаном, задрожав, когда почувствовала и увидела его руку, накрывшую ее.

— Это восхитительно! — сказал он. Тело Кейт нагрелось, ее грудь сжалась, ее матка задрожала, когда его большой палец провел по тыльной стороне ее руки. Ее собственные родители никогда не хвалили ее заслуги. Для них она всегда была той странной, тихой девушкой, которую они вырастили, а не сильной, могущественной владелицей своей собственной многомиллионной компании, женщиной, в которую она превратилась. Не то чтобы она могла винить их, все родители были одинаковы, или она так думала. Слышать же как ее хвалит Роб, значило для нее весь мир; успокаивающее тепло разлилось по ее телу, в то время как его рука осталась на ее руке.

— Спасибо, — прошептала Кейт. Перевернув руку, ее пальцы легонько ласкали его запястье. Чувствуя, как учащается его пульс, она втайне радовалась тому, что оказала на него такое же влияние, что и он на нее. — Итак, чем занимался ты, с тех пор как бросил мою сестру? Какие-нибудь дамы, которых я должна опасаться? — спросила она с коварной улыбкой.

— Были ли предложения? Конечно. Принимал ли я их. Нет.

— Я понимаю, преодолеть нечто вроде того, что сделала Триша, нелегко, как бы все ни толкали тебя, чтобы ты это отпустил, — сказала Кейт, проведя большим пальцем по его костяшкам. — Кто знает, если я правильно разыграю свои карты, то может, смогу уговорить тебя приехать в Нью-Йорк повидаться со мной, — робко сказала она, заправляя челку за ухо.

— Может быть, — кивнул Роб. Он понятия не имел, к чему это приведет, однако ему не терпелось досмотреть все до конца.

Смех наполнил воздух во время болтовни Кейт и Роба за завтраком. Ей нравилось, что его глаза никогда не покидали ее, в то время как она рассказывала ему о своих годах в Нью-Йорке. Наблюдая за изгибом его губ, когда они касались края бутылки апельсинового сока. За тем, как он держит вилку, протыкая кубик дыни. Наслаждаясь их тихой трапезой. Чувствуя, что они — пара. Как она всегда хотнла, если бы ее сестра не держала его при себе. Но что она могла поделать? Триша всегда была эгоцентричной, когда они росли вместе. Тем не менее, ее ошибка стала ее шансом: теперь Кейт могла показать ему, как женщина должна относиться к мужчине, в которого влюблена.

Однако всему хорошему всегда наступает конец. С последней каплей апельсинового сока, сыра и фруктов, как же она хотела просто провести с ним день. Вздохнув, она поняла, что это будет выглядеть слегка чересчур навязчивым. В данный момент Робу это было не нужно. Ему нужно было знать, что она совсем не похожа на свою сестру. Что она никогда не сделает с ним то, что сделала Триша.

Ее глаза посмотрели направо, увидев машину Джанет, подъезжающую к обочине, и понимая, что сейчас самое подходящее время уйти. К тому же, по крайней мере, таким образом она надеялась, что Роб захочет ее еще больше.

— Ну, кажется, теперь у тебя есть компания, — тепло сказала Кейт, наблюдая, как его глаза ожесточились, глядя на машину своей сестры.

— Ты не?..

— Я бы хотела остаться, Робби, но девушка должна оставаться загадочной, — сказала Кейт, одарив его соблазнительной улыбкой. Как эта искренняя улыбка растопила ее сердце. — К тому же, у меня назначена процедура в спа-салоне, а сегодня я хочу выглядеть как можно лучше, — сказала она, отодвигая свой стул, в то время как Джанет выходила из машины.

— Кейт, даже если это будет всего лишь полотенце, я знаю, ты будешь выглядеть… потрясающе, — сказал Роб, тоже поднимаясь на ноги, чтобы проводить ее до машины.

Кейт не могла подобрать слов. Редко кто-нибудь мог лишить ее дара речи. написано для bеstwеаpоn.ru Она почувствовала, как ее грудь покраснела, когда его рука слегка коснулась ее руки. Она молилась, чтобы Роб не смог увидеть, как ее соски прижимаются к блузке, поскольку на ней не было бюстгальтера. Однако, когда его пальцы переплелись с ее пальцами, ее глаза задержались на его губах, гадая, как будут себя чувствовать ее соски, когда его губы будут обхватывать их. Чувствовать на своих розовых ареолах тепло его губ, касающихся ее твердых бутонов. Чувствовать, как его язык будет обводить их, катать, игриво щелкать своим кончиком. Ощущать, как мягкий кружевной материал ее трусиков будет обнимать ее бугорок, становящийся влажным, когда на ее половых губах начнет собираться роса. Ее разум был так взволнован, что она не заметила, что они уже стоят у дверцы ее арендованной машины. Отмечая, как Джанет стоит в паре метров от них, пытаясь не встать между ними.

— Спасибо, что позавтракал со мной, — робко сказала Кейт.

— А тебе спасибо, что принесла завтрак, — тепло сказал Роб, — ты можешь приходить в любое время.

— Я думаю… — притянув его к себе, надеясь, что Робу понравится, как ее груди прижимаются к его груди. Закусив губу, его рука лежала на ее левом бедре. — Мне бы это действительно понравилось, — прошептала Кейт, прежде чем наклониться. Ее мягкие бархатные губы обняли его, когда она, наконец-то, попробовала на вкус мужчину, в которого была влюблена последние пять лет.

Ее руки пробежались по его талии, обвившись вокруг его тела, ощущая, как его язык скользит ей в рот, а ее собственный встречается с ним, в момент, когда они пробуют вкус друг друга. Ее руки пробежались по его спине, ее ногти царапали его рубашку, в то время как она потерялась в этом поцелуе…

Когда она отстранилась, ее грудь бурно вздымалась, дыхание было тяжелым. Не было сомнений, что сейчас он не мог различить форму ее сосков, а она не собиралась скрывать тот факт, что их поцелуй заставил ее тяжело дышать.

— У-у-увидимся сегодня вечером, — пробормотала Кейт, в то время как ее рука возилась в поисках ручки двери.

— Не могу дождаться, — сказал Роб с застенчивой улыбкой. Он помахал ей, когда она выезжала с его подъездной дорожки, наблюдая, как ее машина исчезает вдалеке и гадая, как пройдет сегодняшний вечер.

— Робби, мы можем поговорить? — спросила Джанет позади него.

— О чем? — вздохнул Роб. Он думал, что вчера вечером они сказали все что им нужно было сказать.

— Пожалуйста, Робби, посмотри на меня, — сказала Джанет, ее ноги скользили по мягким травинкам.

— Разве ты не должна быть на работе? — спросил Роб, повернувшись к сестре.

— Папа позволил мне сделать перерыв на несколько часов, чтобы мы смогли поговорить. Только мы, наедине, — сказала Джанет. Она скучала по тем часам, что они проводили за ее столом, когда он был не занят, отвлекая ее от рутины ведения бухгалтерского учета компании. Гарантируя, что их сотрудники вовремя получат зарплату, а поставщики оплату, и что каждый цент из их контрактов будет находиться на их счетах.

— Если ты хочешь спокойно поговорить, не жди, что я отвечу взаимностью, — сказал Роб, возвращаясь к своему дому. Зная, что ему понадобится серьезная приборка, прежде чем он сможет привести Кейт. Он очень не хотел, чтобы сестру увидела, какой там беспорядок, но чувствовал ее за спиной, входя в свой дом.

— Я нормально разговариваю, пока ты меня слушаешь, младший брат, — строго сказала Джанет.

Она знала, как тяжело стерпеть измену супруга. Несколько лет назад они с Марком пережили тяжелый период. Некоторое время у них не было интимных отношений, в то время как воспитание Мэтта и Дебби сильно отнимало у них время. Однажды Марк оставил дома свой телефон, а будучи хорошей наблюдательной женой, она знала его пароль, даже если он и не думал, что она его знает.

Итак, убираясь в доме, она услышала сигнал его телефона о поступлении СМС. Ее любопытство взяло верх. Как же после ей было жаль, что она никогда раньше не трогала его телефон. Как она плакала в подушку, читая сообщения, которые он отправлял какой-то женщине. Хотя он признался в тот же момент, когда она позвала его, что дальше СМС дело не пошло, она все еще чувствовала себя преданной им. Прошло много времени и много часов консультирования семейных пар, прежде чем она смогла снова довериться ему. Тем не менее, они работали над этим, но она все еще сомневалась. И все равно это было ничто по сравнению с тем, на что наткнулся ее брат. Она была поражена его самообладанием, которое он продемонстрировал в тот день. Джанет не знала, смогла ли бы она быть такой же сдержанной, если бы это она вошла в дом и увидела Марка, находящегося глубоко в какой-то женщине на их кровати.

— Да-да, — пробормотал Роб, заходя на кухню за мешками для мусора.

— Ты никогда не проветриваешь это помещение? — спросила Джанет, открывая окно в гостиной.

— Нет.

— Что ж, я вижу, что ты поладил с Кейт. Я рада, что кто-то может снова заставить тебя улыбнуться, — сказала Джанет, обернувшись, когда услышала, как в комнату входит ее брат.

— Да, и что из того? — равнодушно спросил Роб. Зашуршал мешок, когда он начал наполнять его бутылками, стоявшими на его кофейном столике.

— Ничего, Робби, я просто рада снова увидеть твою улыбку, — сказала Джанет, помогая ему привести в порядок гостиную. Приятно видеть, как ее брат выходит из той темной дыры, в которой находился последний год. Она знала, что все сказанное ею никогда не избавит его от такой боли. Это могло исцелить только время. Она просто хотела убедиться, что он знает, что они — рядом с ним. Что бы ни потребовалось, они будут рядом. Джанет просто хотела иметь возможность не быть исключенной из его жизни, как он это сделал в прошлом году.

— Итак… не послышалось ли мне что-то о свидании? — лукаво спросила Джанет, слегка хихикнув, когда увидела, что ее брат покраснел. Она не видела, чтобы он так сильно краснел, с тех пор как ему было тринадцать, когда соседская девочка, жившая в доме слева от них, впервые его поцеловала. — Я рада, что ты, наконец, выбираешься из этого дома, — сказала она, кивая головой, когда его гостиная снова стала презентабельной.

— Робби, а почему эта комната так загромождена хламом?! — растерянно спросила Джанет, стоя в дверном проеме, ведущем в главную спальню.

— После того дня я превратил ее в складское помещение, — сказал Роб, выходя за дверь с полным мешком в руках.

— А почему ты не пользуешься ей?… — она остановилась, когда возвращаясь, он бросил на нее взгляд. — Ах, да, верно. Я бы, наверное, тоже не захотела спать в той же комнате, если бы это сделал Марк, — сказала она, закрывая дверь. — Тогда почему ты не переехал, если не можешь здесь жить?

— Ты видела рынок в последнее время? Я, вероятно, не получил бы и половины того, что заплатил за этот дом, если бы продал его прямо сейчас, а так, я не являюсь арендодателем, — сказал Роб, проходя мимо своей сестры, энергично занявшись кухней.

— Ну… а как насчет того, чтобы у нас было двойное свидание? — спросила Джанет, входя в комнату.

— Что? — спросил Роб, глядя на сестру, как будто у нее выросла вторая голова.

— А что?! — фыркнула Джанет; ее руки уперлись в бедра, заставляя грудь подпрыгивать под блузкой. — Я хотела бы знать намерения этой женщины по отношению к моему очаровательному младшему брату. Я не собираюсь позволить другому члену той же семьи причинить тебе боль. Плюс… мы с Марком могли бы провести вечер вне дома.

Она немного ревновала к Кейт. Прошло уже много лет, с тех пор как Марк целовал ее так, как делал это ее брат с Кейт. Она надеялась, что это вернет жизнь Марку, а то все опять начало чувствоваться примерно так, как за несколько месяцев до того, как она нашла эти СМС.

— Ага, как же.

— Пожалуйста, Робби, я не о многом прошу. Вечер вне дома вчетвером, — взмолилась Джанет.

— Для меня это много, — проворчал Роб, загружая посудомоечную машину.

— Пожалуйста! — умоляла Джанет, хлопая ресницами.

— Посмотрим.

***

Дверь машины Роба захлопнулась, когда он добрался до дома родителей Кейт около без десяти семь вечера. Оглядываясь назад, он наделся, что Кейт понравится и она одобрит то, что он взял с собой плед и корзину для пикника. Хотя он прихватил с собой бутылку вина, но собирался выпить не больше пары бокалов, потому что был за рулем. Он надеялся, что им удастся занять лучшее место на лужайке, чтобы насладиться музыкой и компанией друг друга… или Роб только надеялся, что вечер пройдет именно так.

Одергивая лацканы своего черного пиджака, он пошел к входной двери. Его темно-синяя классическая рубашка плотно прилегала к груди. Его классические брюки были красивыми и опрятными, в то время как модельные туфли блестели в свете, падающем с крыльца. Роб хотел, чтобы этот вечер запомнился Кейт. Он не знал, пойдет ли дело дальше этого, потому что она жила в Нью-Йорке. И все же, он мог сделать этот вечер незабываемым.

Выдохнув, он постучал костяшками пальцев в дверь.

— Да… о, это ты, — сказал отец Кейт, открывая дверь. — У тебя стальные нервы, — усмехнулся он.

— Я понятия не имею, о чем ты говоришь, Рик, — равнодушно сказал Роб.

— Ты прекрасно знаешь, что сделал, — прорычал Рик.

— Брось, папа, — донесся до него откуда-то из глубины дома ее детства голос Кейт. — Не сердись на Роба только из-за того, что Триша не может держать ноги вместе.

— Кейт! Я не допущу, чтобы ты так разговаривала в моем доме! — рявкнул Рик.

— Тогда, думаю, я остановлюсь где-нибудь в другом месте, — сказала Кейт, ее волосы темно-орехового цвета падали на плечи, когда она вынырнула из-за угла коридора. Ее голубые глаза заблестели, когда Роб взглянул на нее через плечо ее отца. Контактные линзы она носила нечасто. Сегодняшний вечер был одним из таких случаев. Бриллианты и рубины ее серег и ожерелья сверкали в свете, падающем на поверхность драгоценных камней.

— Хорошо! Если ты хочешь потратить свою жизнь на этого… мужчину, — Рик скривил губы, взглянув на Роба, — это твое дело, — сказал Рик, выходя из дверного проема.

Роб не мог подобрать слов, в то время как Кейт стояла перед ним. На ней было серое вязаное платье выше колен с U-образным вырезом, правильно подчеркивающее все линии и демонстрируя форму груди второго размера, соблазнительные стройные бедра, открытые до середины. Ее ухоженные пальцы ног в черных зашнурованных босоножках на шпильках Лелия, покачивались, в то время как его взгляд скользил по ее шелковистым гладким ногам. Ее легкий манящий аромат наполнил его ноздри, унося его в бурные воды.

— Вау, — сорвалось с его губ, в тот момент, когда его разум был одурманен ее красотой.

— Тебе нравится? — спросила Кейт, чувственная улыбка коснулась ее губ, когда она слегка повернулась для него.

— Кейт… ты выглядишь фантастически! — сказал Роб, стараясь не дать напрячься в паху, когда платье подчеркнуло ее упругую попу. Он не мог не представить себе, как будут чувствовать себя его руки, сжимая эти ягодицы, когда она будет скакать на нем.

— А ты выглядишь… — чувствуя, как ее тело нагревается, а сердце трепещет, грудь краснеет, в то время как ее глаза бегают по его телу, — … восхитительно, — произнесла Кейт, наполненным чувственностью мурлыканьем.

— Идем? — спросил Роб, отступая влево и протягивая ей правую руку.

— Да, — ее пальцы затанцевали вдоль его локтя. — Думаю, нам пора, — сказала Кейт, сладко улыбаясь ему, в то время как ее рука легко лежала на его руке.

Закрыв за собой дверь, они пошли к его машине, и ее бедра сладострастно покачивались. Она не могла поверить, что это происходит. Она всегда мечтала, чтобы это случилось, но чтобы это произошло на самом деле… Кейт была на небесах. Ее губы в ярко-красной помаде улыбнулись ему, когда она скользнула на пассажирское сиденье. Ее глаза с голодным взглядом наблюдали за тем, как он обходит свою машину спереди. Хотя ей хотелось почувствовать его между ног, о чем она постоянно думала последние пять лет, она знала, что им нужно двигаться медленно. Она не хотела, чтобы Роб подумал, будто она хочет от него лишь секса, она хотела, чтобы он понял, что она хочет, чтобы эти многообещающие отношения расцвели. Чтобы они были рядом, когда оба состарятся и поседеют.

Вытащив телефон и зная, что ее рейс будет уже через несколько дней, она не могла слишком долго не вмешиваться, поэтому, так как ее родители были упрямыми, она забронировала в отеле номер на следующий свой приезд сюда, потому что это было лишь начало.

***

Кейт стояла в стороне, пока Роб расстилал для них одеяло, а оркестр начал готовиться к сегодняшнему шоу.

— Вот уж спасибо, — сказала Кейт знойным голосом, в то время как ее рука скользнула в его руку, опускаясь на одеяло и оттягивая край платья вниз, чтобы никто не мог взглянуть на ее черные кружевные трусики. Она хотела, чтобы их увидел только Роб. Ее киску начало покалывать, когда она наблюдала за его губами при разговоре, гадая, как они будут чувствоваться на ее горячем маленьком бугорке. Как отреагирует ее тело, когда его губы нежно коснутся ее половых губ, как его язык будет двигаться по ее вульве. Глядя в сторону, ее щеки приобрели темно-рубиновый оттенок,

в то время как ее разум атаковал ее всем, что, как она представляла, будет у нее с Робом.

Слегка хихикая, ловя сложенной ладонью крошки от крекеров, которые она ела с небольшим количеством плавленого сыра, наблюдая за тем, как заходящее солнце играет на его лице, а на заднем плане играет музыка, она почти забыла о других людях, пришедших насладиться шоу. Для нее, когда ветер мягко катился по этому травянистому холму, казалось, что они в тот момент были единственными людьми в мире.

Она положила голову на правое плечо Роба, когда на черном бархатном пологе начали появляться первые звезды ночи. Сильнее прижавшись к нему, в то время как они смотрели, как играет оркестр, посасывая свою нижнюю губу, она смотрела вниз, отмечая, как его правая рука лежит чуть выше ее колена. По ее коже пробежали мурашки, когда его большой палец провел по ее гладкому бедру. Ее правая рука медленно двинулась вниз по его предплечью. Она могла не торопиться с сексом, но не было ничего постыдного в том, чтобы позволить ему слегка почувствовать ее женственность, что она сейчас и делала? Ее глаза смотрели на него, в ответ на его взгляд, когда она, хитро улыбнувшись, провела его рукой по своему бедру.

Он наклонился, когда его рука скользнула под подол ее платья. Ее рука направила его к холмику. Почувствовав, наконец, его руку на своем половом органе, она застонала ему в рот сквозь страстный целуй, кивнув ему, направляя своим средним пальцем его, дразнящий ее женственность, пробегающий по ее половым губам. Учащенно дыша, когда ее губы оторвались от его губ, она хотела, чтобы он почувствовал жар, который он вызывал в ней. Ее пальцы крепко держались за его бицепс, а подушечка его пальца слегка прокатилась по ее клитору.

Ее бедра задрожали, когда Роб уделил особое внимание левой стороне твердого бутона. Ее соски прижимались к ткани платья; она не носила бюстгальтера, если этого не требовалось. Ее грудь была не настолько большой, чтобы беспокоиться об этом. По взгляду Роба она поняла, что ему тоже нравится идея без бюстгальтера.

— Заставь меня кончить, Робби, — тихо простонала Кейт, чтобы окружающие не могли услышать ее шальную потребность.

Когда его пальцы скользнули под ее трусики, она задохнулась и раздвинула ноги настолько, чтобы оставалось пространство для пальцев, исследующих ее. Ее ногти впились в его руку, когда он скользнул двумя пальцами в ее горячий канал. Ее рука все еще накрывала его руку, слегка надавливая на нее, побуждая его глубже погрузиться в ее увлажняющуюся половую щель. Ее глаза блестели, тело жаждало этого, в то время как его пальцы скользили по ее складкам…

Прикусив нижнюю губу, в то время как ее спина выгнулась, кончики ее волос дразнили одеяло, когда она хныкала. Ее груди раздулись от эйфории, захлестнувшей ее тело. Она ощутила, как ее по ее каналу текут горячие соки, покачивая бедрами, но не выдавая того, что пальцы Роба находятся глубоко в ее киске. Как же ей нравилось это чувство! Нравилось, как ее наружные половые органы покрывают его кожу, когда она медленно вытащила его пальцы из своей киски. Дрожа, когда кончики его пальцев коснулись ее перегретых половых губ. Поднесла эти покрытые половым соком пальцы к своим губам, заставив его наблюдать, как она делает это. Ее язык вертелся вокруг них, в то время как она облизывала его кожу. Взглянув вниз, когда ее губы медленно покинули его пальцы, она увидела холмик, образовавшийся в его штанах.

— Это для меня, Робби? — мурлыкнула Кейт, в то время как ее пальцы пробежались по его члену.

— Д-да, — пробормотал Роб, пытаясь не выстрелить груз после года, как его не касалась женщина.

— Снимай куртку, Робби, — горячо прошептала Кейт ему на ухо. — Мы же не хотим, чтобы все видели, что я собираюсь сделать с этим твоим членом, — промурлыкала она, прежде чем ее губы слегка коснулись мочки его уха.

— Ты не обязана… — начал говорить Роб, но ее палец остановился у него на губах.

— Но я хочу, Робби. Я хочу, чтобы ты был со мной счастлив. Я хочу, чтобы ты почувствовал любовь, которую Триша никогда не дарила тебе, и которую, знаю, могу дать тебе я. Я хочу быть единственной женщиной, которая тебе когда-либо понадобится, — сказала Кейт, ее голубые глаза пристально смотрели в глаза ему.

Она могла бы сказать, что все идет хорошо, но в глубине души чертовски нервничала, когда Роб положил куртку себе на колени. Ее глаза скользили по его лицу, в то время как его правый глаз смотрел на нее, когда она расстегивала молнию его штанов. Соблазнительно улыбаясь его приглушенному стону, когда ее рука обхватила его член.

«Боже мой! Я действительно прикасаюсь к нему!» — закричала про себя Кейт. — «Он чертовски твердый и горячий!» — У Кейт практически текли слюни, в то время как ее рука медленно поглаживала его член.

— Тебе это нравится, Робби? — спросила Кейт, не уверенная, что делает все правильно, поскольку это был ее первый опыт такого рода. Она хотела, чтобы ему это понравилось.

— Мммммм, — тихо промычал Роб. Он не мог поверить, что все это происходит на самом деле. Он думал, что они будут просто наслаждаться оркестром, а не тем, чтобы трахать пальцами Кейт и дрочить его. Но он не жаловался.

— Когда захочешь кончить, скажи мне, потому что я хочу тебя попробовать, — прошептала Кейт, горячо дыша ему в ухо, наслаждаясь тем, как жар его члена впитывается в ее ладонь.

Ощущение того, как с каждым движением вверх и вниз ее руку покрывает его преэякулят, было тем, что она надеялась испытывать еще многие годы.

Она коварно улыбнулась, когда Роб смог лишь кивнуть, дабы не выдать того, что они так непристойно делают. Голова Кейт быстро метнулась под куртку Роба. У нее перехватило дыхание при виде ее самого первого живого члена, уставившегося на нее, когда она увидела набухание его головки, предсказывающее надвигающееся извержение. Ее губы быстро обхватили верхушку гриба. Она не хотела, чтобы он растрачивал ту сперму, которая была предназначена для нее.

Ее глаз дрогнул от странного вкуса его спермы, попавшей на ее язык. Однако она была убеждена, что Робу не понадобится больше никого, чтобы делать это для него. Поэтому она заставила себя все проглотить, ухмыляясь вокруг его члена, когда слышала, как Роб пробормотал: «Вот дерьмо!» в тот момент, когда она насадилась на его ствол… Хотя у нее и не было опыта отсоса мужчине, Кейт все же надеялась, что Роб даст ей время, чтобы научиться правильно доставлять ему удовольствие.

***

Когда Роб поставил машину на стоянку. Кейт вскинула руки, схватив его лицо и притягивая к себе. Их губы встретились. Ее язык вторгся в его рот, поскольку страсть к этому мужчине сводила ее с ума. Кейт просто не могла насытиться его губами, это было почти так, как если бы они были тем самым воздухом, которым она дышала, и каждая секунда, когда ее губы не касались их, была равносильна удушению.

— Ммм… это то, что мне нравится видеть, — задумчиво сказала Кейт, когда глаза Роба остекленели. — Через два дня мне требуется лететь обратно в Нью-Йорк. Я хочу, чтобы это сработало, Робби. Я хочу показать тебе, что я — единственная, кто тебе когда-либо понадобится, — говорила она, в то время как ее рука скользнула в его руку. — Я надеюсь, что ты тоже этого хочешь, но знаю, что тебе понадобится время, учитывая то, что сделала моя сестра. Так… что ты скажешь?

— Ты меня приглашаешь?! — с легкой улыбкой на губах спросил Роб.

— Мммм, — промурлыкала Кейт, рьяно кивнув головой.

— Хм… встретиться с красивой женщиной… — Роб внутренне улыбнулся взволнованному и застенчивому взгляду Кейт, пока та ждала его ответа. — Я был бы глупцом, если бы отказался.

— О, Робби! — взвизгнула Кейт, обняв его. — Ты не представляешь, как долго я ждала, чтобы услышать эти слова, — счастливо вздохнула она, прижимая его к себе. — Роберт! — ахнула Кейт, когда почувствовала его руку на своей попе.

— Что?! Ты не можешь винить меня за попытку, — усмехнулся Роб, отстраняясь.

— Т-тебе понравилось? — спросила Кейт, робко заправляя волосы за ухо.

— Мммммм, — кивнул Роб. — Она насмехалась надо мной всю ночь, умоляя протянуть руку и коснуться ее, твоей тугой маленькой попы.

— Ну, тогда… — Кейт взяла его за руку и провела по спине, прежде чем позволить ей коснуться ее левой ягодички. Ее щеки вспыхнули от жара, когда Роб нежно сжал ее. — Я не могу отказывать своему парню всякий раз, когда он захочет прикоснуться к моему телу, — промурлыкала Кейт, прежде чем ее губы снова слились с его губами. Произнося это слово, «парень», у нее в животе запорхали бабочки. Она не могла поверить, что действительно сказала его. Это просто показалось правильным. Она почувствовала, что мир исправился, когда с ее губ сорвалось это простое слово.

— Ты же не против, если мы снова позавтракаем? — спросила она, когда Роб открыл перед ней пассажирскую дверь.

— Я не против, — сказал Роб, улыбаясь и протягивая ей руку.

— Я надеялась, что ты это скажешь, — сказала Кейт, обнимая его за руку, в то время как он вел ее к входной двери дома ее родителей.

— Мне очень понравился сегодняшний вечер, Робби, — блаженно вздохнула она.

— Мне тоже.

— Я надеюсь, что ты готов к этому, потому что теперь, когда у меня есть…

— Досюда, конечно, будет достаточно! — прервал ее голос с крыльца.

— Мама! — застонала Кейт, увидев, что в дверях стоит ее мать.

— Ты хоть представляешь, который сейчас час?! Я очень волновалась!

— Мне двадцать два года, я — не маленький ребенок! — фыркнула Кейт, когда мать затащила ее в дом. — Я буду называть тебя Робби! — крикнула она, в то время как отец затащил ее глубже в дом.

— Я думаю, тебе пора домой. — Суровые глаза матери Кейт сузились, глядя на Роба, в то время как она закрывала дверь перед его лицом.