шлюхи Екатеринбурга

После эпидемии. Часть девятнадцатая: Прелести первой любви

Когда вечером мы вернулись домой, голова у меня шла кругом, а все произошедшее казалось каким-то невероятным, фантастическим сном. Мир кино оказался настолько захватывающим, что возвращаться в привычную реальность совсем не хотелось.

— Классно, да? – засмеялась Дашка, прыгая по прихожей. – Мы будем сниматься в фильме!

— Не мы, а я, — привычно поправил я ее. – И то, еще не факт. Может, я еще психану, и откажусь от всего этого.

— А тебе откажусь! – погрозила она мне кулаком. – Вот только попробуй мне! Придушу!

— Кхм! – Марина негромко кашлянула. – Даш, ты не поставишь чайник?

— Ага, сейчас.

— Спасибо, — дождавшись, пока вторая любовница уйдет в кухню, моя девушка обняла меня, и прижала к себе. – Саш, не переживай, все получится, мы в тебя верим. А даже если не получится, то и что с того? Главное, что ты не побоялся попробовать.

— Спасибо, — не удержавшись, я поцеловал ее в приоткрытые губки. Хотел легкий поцелуй, но Марина тут же обхватила меня руками за шею, и наши губы слились вместе, а язычки начали шутливо ласкать друг друга дерзкими прикосновениями. Подавшись вперед, она прижалась ко мне низом живота, а я запоздало вспомнил, что сегодня мы еще не занимались любовью. И тут же, несмотря на прошедшую бурную ночь, мне вдруг страшно захотелось сгрести ее в охапку, и отнести в спальню – все полученные за день впечатления вылились в сексуальное возбуждение и мгновенный каменный стояк, возникший от простого поцелуя. Кажется, теперь я начал понимать смысл выражения «трахаться, как кролики».

Наверное, я бы сделал так, как хотел, но спас меня звонок мобильного телефона. Мои руки уже вовсю шарили у Марины под блузкой, а ее пальчики нетерпеливо нащупывали ширинку, когда мобильник вдруг забренчал громкую мелодию входящего вызова. Со вздохом мы оторвались друг от друга, словно застигнутые на месте преступления школьники.

— Я пойду, переоденусь, — поправив одежду, Марина направилась в комнату. Я с раздражением схватил телефон – звонили с незнакомого номера.

— Алло?

— Саш, привет, — раздался в трубке радостный голос Софии.

— Э-э-э… привет, — немного странно было здороваться после того, как попрощались всего пару часов назад. – Что-то случилось?

— Нет, ничего. Я просто подумала… я тут хотела… но постеснялась говорить при твоих девушках… в общем, ты не хочешь поужинать со мной сегодня? Сходим в какой-нибудь ресторан, пообщаемся. А то в тот раз мы не сильно много разговаривали, да и сегодня толком не удалось. А мне бы очень хотелось встретиться с тобой… на нейтральной территории, что ли. Заодно бы про кино поговорили, я бы на вопросы ответила, если они у тебя есть.

— Про кино? – мысль, конечно, дельная. Хорошо бы узнать все заранее – терпеть не могу быть неподготовленным к серьезным переменам в своей жизни. – Ладно, я не против. Где и когда?

— Я пришлю за тобой машину… скажем, минут через сорок. Ресторан называется «Олимп», это на Смоленской площади. Устраивает?

— Вполне, — название ресторана мне ни о чем не говорило, но на всякий случай я напустил на себя солидный вид разбирающегося в таких делах человека. – До встречи.

— До встречи, — откликнулась София.

— И куда это ты опять собрался? – подозрительно поинтересовалась Дашка. Оказывается, все это время она стояла рядом, и внимательно слушала мой разговор.

— София пригласила поужинать, — честно ответил я. – Неудобно как-то отказываться.

— Мог бы и отказаться! У тебя, между прочим, дома две девушки, которым ты пообещал уделять много времени!

— А вы пообещали со мной не спорить, забыла? А если ты ревнуешь, то успокойся – я погуляю до вечера, потом вернусь, и уделю вам время, сколько пожелаете.

Из спальни выглянула Марина, уже облаченная в свою любимую домашнюю одежду – обтягивающую футболку и соблазнительные узкие трусики.

— София – это та, которая дочка миллионера? – уточнила она.

— Она самая, вы ее сегодня видели.

— Ого! – с лица Дашки мигом слетело недовольное выражение. – Я видела, как она на тебя сегодня смотрела. Похоже, ты ей понравился.

— Вряд ли, — не согласился я. – Она не такая, как вы двое. Скромная и застенчивая, и до сих пор девственница, если верить ее словам. Такая на шею первого попавшегося бросаться не будет.

— Думаю, что тут совсем наоборот, — заметила Марина. – Скромные и застенчивые чаще других мечтают о большой и светлой любви. А из-за неопытности влюбляются с первого взгляда в тех, кто напоминает им прекрасного принца, хотя им и не является.

— А круто будет, если она в тебя встрескалась, — встряла Дашка. – У нее же денег – как, извиняюсь, у дуры фантиков! Вот она, наша дорога в богатое и сытое будущее! Сашка, молодец, подцепил рыбку, да еще какую!

— Обалдела? – буркнул я. – Не собираюсь я с ней спать, и денег просить тоже не собираюсь. Мы просто друзья, и все.

— Как сказал великий классик, — Дашка подняла вверх указательный палец, — Дружба между мужчиной и женщиной возможна только в одном случае – если кто-то из них уже мысленно оттрахал другого во всех позах. Ты с ней спать не собираешься, следовательно, какой напрашивается вывод?

— Даш, перестань, — попросила Марина, видя, что я начинаю вскипать от такого разговора. – Сашка же сказал, что ни о чем таком не думает, зачем начинать? Милый, иди в ресторан, а потом мы тебя ждем с нетерпением, у нас впереди целая ночь.

— Спасибо, что разрешили, — поблагодарил я не без сарказма.

— Только не задерживайся, — добавила Дашка. – А то мы опять без тебя начнем, как в прошлый раз.

***************

Ресторан «Олимп» по праву считался одним из лучших заведений столицы – здесь проводила время исключительно городская элита, вход простым смертным вроде меня был все равно, что строго воспрещен. Но знакомство с дочерью покойного миллионера и здесь открыло для меня двери, не задавая лишних вопросов.

— Привет, — на этот раз София была уже не в деловом костюме, а в вечернем платье рубинового цвета с открытой спиной, плечами, и глубоким вырезом на груди, и выглядела потрясающе. – Еще раз.

— Привет еще раз, — я опустился на краешек стула, невольно понизив голос до шепота. Роскошь и великолепие «Олимпа», напоминавшего больше дворец, чем ресторан, произвело на меня очень большое впечатление. Все-таки, я постоянный житель столицы всего пару дней, и мне еще рано посещать такие места – не дай Бог, еще слюной захлебнусь от восторга. – Хорошо выглядишь.

София покраснела от удовольствия – слышать такие простые комплименты ей явно было очень приятно.

— Спасибо, ты тоже. Что будешь заказывать?

— Заказывать? – я краешком глаза посмотрел на меню, боясь даже притронуться к нему пальцем – наверняка там цена за одно блюдо, как моя годовая зарплата кладовщика в магазине. – Знаешь, наверное, я воды попью, и все.

— Да брось, я угощаю, — она щелчком пальца подозвала официанта, и тут же завалила его заказами. Спустя пять минут стол был сервирован с безукоризненным профессионализмом местной обслуги. Я подвинул к себе первое блюдо – мясо кролика под винным соусом – и неловко взял вилку в одну руку, а нож в другую. Эх, хорошо бы на будущее хоть немного подучить светский этикет, жаль, раньше не додумался. Кроме еды София заказала еще французское вино, и мы торжественно чокнулись бокалами, наконец-то выпив за наше необычное, но такое удачное знакомство.

— Как тебе сегодняшний день? – спросила София. – Надеюсь, ты не обиделся на меня за то, что я рассказала про тебя Евгении?

— Нет, все нормально. Послушай, София…

— Можешь звать меня Софа, — разрешила она. – Соня мне не очень нравится – такое ощущение, будто я только и делаю, что сплю.

— А ничего, что софа – это вообще-то мебель?

— Ну, про мебель хотя бы не все знают, а вот про соню шутят постоянно.

— Хорошо, Софа. Ты эту Евгению давно знаешь?

— Да, давно. Она моя единственная, а потому лучшая подруга. А что?

— Да просто интересно узнать, что она за человек.

— Хороший человек, очень интересный, глубоко выраженная творческая личность, — ответила София, не задумываясь. – Сейчас является одним из самых востребованных молодых режиссеров в нашей стране. А познакомились мы с ней, когда она пришла просить у моего отца деньги, чтобы вложить их в свой первый крупный проект. Это было еще до эпидемии, и отец, естественно, отказался – тогда были другие режиссеры, известные и знаменитые, и он предпочитал спонсировать их. Тогда Евгения обратилась ко мне, и я втайне от отца дала ей необходимую сумму для раскрутки – и это был первый раз, когда я сделала что-то, что мне запрещали. Эх, хорошее было время!

— Ты потеряла отца, и других близких, — понимающе кивнул я. – Сочувствую.

— Спасибо, — вздохнула София. – Но знаешь, только сейчас, после смерти отца и перерождением всего окружающего мира, я начала впервые жить по-настоящему – свободно, без строго контроля. Я ничего не хочу сказать плохого про папу, но он слишком увлекся бизнесом, а потому боялся, что большие деньги меня испортят, как испортили многих детей его знакомых. Поэтому и воспитывал в строгости – даже не он воспитывал, а нанятые им няньки и гувернантки. Я была дочерью одного из самых богатых людей в стране, но не могла даже вот так, как сейчас, выбраться в ресторан – если только это не деловая встреча. Да…. А потом, после того, что случилось, мне пришлось по-новому взглянуть на многие вещи. В конце концов, мне всего двадцать пять, прекрасная молодость, которой еще пока можно наслаждаться.

— А еще теперь ты богата и свободна, — поддакнул я. – Не будь сейчас отсутствие мужиков, ты бы легко вышла замуж.

— Возможно, — согласилась София. – Но меня бы взяли в жены из-за моих денег, а это не очень честно.

— Почему? Не такая уж ты плохая личность, чтобы не понравиться кому-то без денег.

— Проблема в том, что я неопытная в любовных делах, — вздохнула она. – Веришь или нет, но я еще ни разу даже не целовалась.

— Мда…. И это в то время, когда женщины по всему миру становятся лесби, либо же медленно сходят с ума без мужской ласки. Видишь, Софа, ты и впрямь особенная.

— Думаешь?

— Уверен. Но почему бы тебе не воспользоваться своими деньгами? Вызови мальчика, заплати ему, и он сделает тебя женщиной, и научит всему, что ты хотела бы знать.

— Хотела, — София грустно вздохнула. – Но потом подумала, что лучше я свой первый раз все-таки отдам любимому человеку. Ведь именно это убеждение мне вдолбили в голову прочно и навсегда.

— Долго же тебе придется ждать, — скептически заметил я. – Может, даже до глубокой старости.

— Почему? Разве мужчин не осталось в каком-то количестве? Разве я не могу встретить кого-то вроде тебя, кто бы мне понравился настолько, что с ним я бы решилась на все и сразу?

— Проблема в том, Софа, что все мужики сейчас уже заняты, потому что их забрали женщины, которые – в отличие от тебя – быстро подсуетились в нужный момент, а не тянули резину. В лучшем случае ты можешь стать пятой или шестой по списку, но вот одной-единственной – извини, такого уже не будет.

— Да? – София опустила голову, взгляд ее стал невыразимо печальным. – Я об этом не подумала. Спасибо, что открыл мне глаза. Я действительно наивная дурочка, профукавшая свой шанс на счастье.

— А насчет мальчика по вызову ты все-таки подумай. Там ведь не работаю мажоры, вроде тех, что на тебя напали. Есть опытные, умелые любовники, которые точно знают, как обращаться с неопытными девственницами. Может, ты даже встретишь именно того, кому будешь по-настоящему рада отдать своей первый раз. Бывают в жизни и такие причуды.

— Хорошо, я подумаю, — пообещала София. – Спасибо.

— Не за что. Так что там про Евгению и про кино?

— Саш, а я тебе нравлюсь?

Вопрос повис в воздухе. Я внимательно посмотрел на нее – шутит, что ли?

— А ты с какой целью интересуешься?

— Просто… мне интересно… какое впечатление я произвожу на мужчин, — пролепетала София, теряясь в словах. – А ты опытный… в смысле, многих женщин повидал… и, в общем, у меня были бы шансы?

Ее дрожащий голос, взволнованный взгляд, и руки, нервно сжимающие салфетку – все это были признаки того, что София явно не случайно завела этот разговор. Твою ж мать! Похоже, Дашка оказалась права – дочь миллионера действительно втрескалась в своего спасителя, приняв его за суженого, которого ждала всю жизнь. Вот только на месте суженого оказался я, а это совсем не комильфо – тем более, для самой Софии, которая (совершенно очевидно) сама толком не осознавала, в какое болото она лезет.

— Софа, — я постарался сделать свой голос как можно мягче, и осторожно сжал ее нежную ладошку. – Поверь мне, ты – прекрасная, удивительная и интересная девушка. И я уверен, что несмотря на все то, что тебе вдолбили в голову няньки и гувернантки, в тебе заложен огромный чувственный потенциал, который раскроется в мужских объятиях. И ты непременно раскроешь его – когда придет время. Но у меня есть Марина, а теперь еще и Дашка….

— А если бы их не было? – с надеждой спросила София.

— Но они есть, и с этим ничего не поделаешь. Я понимаю, молодость и все-такое, но ты делаешь ошибку. Я не тот, кто тебе нужен.

— Это все из-за того, что я девственница? – обреченно спросила она. – Ты предпочитаешь только опытных и развратных, да?

— Софа, не в этом дело.

— Тогда в чем?

— Софа, успокойся. Я согласен, чтобы мы остались друзьями, но свое сердце я тебе отдать не могу, оно уже занято. И вообще, ты достойна лучшего.

Но София только покачала головой.

— Я в гарем к тебе не напрашиваюсь, — сообщила она с горькой улыбкой. – Я все понимаю, и поэтому прошу подарить мне только один раз.

— Софа…

— Нет, молчи! Мне действительно надоело только мечтать об этом, но ничего не делать. Я хочу познать мужские объятия, страстные поцелуи, хочу испытать то непередаваемое наслаждение, хочу купаться в нем. Пожалуйста, сделай меня женщиной!

*****************

Второй раз я переступал порог квартиры еще более охреневший, чем в прошлый. И сразу же две пары глаз уставились на меня в вопросительном ожидании.

— Ну, как все прошло? – первой нарушила молчание Дашка.

Махнув рукой, я прошел сразу на кухню, и выдул стакан воды, после чего обнаружил, что меня слегка трясет.

— София спятила.

— В смысле? – опешила Марина.

— Она только что всерьез просила меня, чтобы я сделал ее женщиной.

— А она не такая дура, — протянула Дашка. – Знала, кого попросить.

— Перестань. Не могу же я…

— Не можешь, — согласилась Марина. – А в любви она тебе не признавалась?

— Нет, но она сказала, что свой первый раз отдаст только любимому, а потом предложила это мне. Выходит, она призналась в любви, только не напрямую, а намеками.

— Логично. И что ты ответил?

— Сказал ей, что подумаю.

— А какую сумму она предлагает за это дело? – поинтересовалась Дашка.

— О деньгах вообще не было ни слова.

— Сразу видно делового человека! Сначала оценить качество товара, а потом уже определять его цену. Если что – сразу советуйся с нами, мы подскажем, много это, или мало.

— О чем ты болтаешь? – резко спросила Марина. – Саша же уже ясно выразился, что не собирается спать с Софией!

— Ага, и поэтому сказал ей, что подумает, вместо того, чтобы сразу отказать.

— Он просто не хотел ранить ее чувства таким циничным способом. Так ведь, Саш?

— Ну… наверное.

— Что значит «наверное»? – насторожилась Марина. – Ты что, всерьез думал о том, чтобы трахнуть ее за деньги?!

— Во-первых, за деньги я больше никого не трахаю, а во-вторых, София реально заслуживает сочувствия. Вы подумайте только – она еще ни разу не целовалась! И это в двадцать пять лет! Я думал, такое только в старинных романах бывает.

— Тогда за первый поцелуй возьмем отдельную таксу, — ухмыльнулась Дашка. – Раз уж случай такой уникальный.

— Ты можешь помолчать хоть пять минут? – раздраженно спросила Марина. – Саш, помнишь, я говорила тебе, что не против, если кроме меня у тебя будут другие девушки?

— Помню. И именно поэтому мы впустили к нам в постель третьего человека.

— Верно. Но тогда я имела в виду работу – то, что ты обязан спать с другими девушками, потому что тебя принуждала к этому твоя Карина Игоревна. Сейчас же ты собираешься сделать это только потому, что захотелось тебе лично. Я считаю, что это обидно – учитывая, что мы с Дашей ублажаем тебя, как только можно. Создается впечатление, что тебе с нами чего-то не хватает, и ты решил немного гульнуть налево.

— Может, у нас уже слишком распаханные щелки? – задумчиво спросила Дашка. – Мужики любят девственниц, у них там все узко, даже у двадцатипятилетних.

— А анальный секс?

— Долбить невинную киску все равно приятнее, чем рабочую попку. Это я по опыту страпона говорю, даже чисто эмоционально больше удовольствия получаешь.

— Может, вы закроете свой фонтан извращенного воображения? – спросил я, разраженный этим неуместным разговором. – Я уже сказал, что не собираюсь я спать с Софией. Нужно просто придумать, как ей отказать так, чтобы она не обиделась.

— Надо было просто переспать с ней, и ничего не говорить нам, — пробурчала Дашка. – И нам спокойнее, и копеечка в семейный бюджет…. Но если отказать ей сейчас, то она может настолько серьезно обидеться, что наделает нам неприятностей. Конечно, это не Лера, но дочь миллионера – не на помойке себя нашла, чтобы ее вот так просто динамили. В ней может взыграть уязвленная женская гордость.

— Это уже ее проблемы, — резко ответила Марина. – Саша только наш, и пусть на чужой каравай роток не разевает. Что ей мешает вызвать себе специально обученного мальчика, чтобы он все сделал, как надо?

— Она так не хочет, — развел я руками. – Ей, видите ли, вдолбили в голову, что секс должен быть только по любви. Ну, она и…

— Секс только по любви? – фыркнула Дашка. – Она что, на другой планете выросла?

— Нет, у нее папаша ёбнутый был. Так что делать, девчонки?

— Я не знаю, — Марина пожала плечами. – Но я против того, чтобы Саша делал это с Софией. А то что ж получается: мы его столько ждали, скучали, волновались, и все ради чего? Чтобы он на первую встречную запрыгнул? Обидно! А как же наши разговоры про семью? Разве в настоящей семье так поступают?

— Слушайте, а у меня идея! Давайте просто пригласим ее в нашу семью, и все, — с воодушевлением предложила Дашка. – Трое учителей все-таки лучше, чем один, правильно?

— Вряд ли она согласится делать то, что вы с Мариной делали друг с дружкой прошлой ночью.

— А мы ее заставлять не будем, просто дадим со своей стороны немного женских советов, как правильно ублажать мужчину…

— Хватит! – по тону Марины стало ясно, что еще чуть-чуть, и она выйдет из себя. – Я не хочу больше этого слышать! Мы втроем, и нам хорошо. Можете приглашать хоть четвертую, хоть пятую – но тогда я не буду разговаривать ни с ними, ни с вами. Я тоже люблю Сашу, и он меня сам выбрал – ни кого-то из своих бордельных давалок, а именно меня. И терять его из-за какой-то девственницы-мажорки я не хочу. Разговор окончен.

И ушла в кухню, демонстративно повернувшись к нам спиной. Дашка пожала плечами, и, как ни в чем не бывало, отправилась в ванную – всякие ссоры ее не задевали, она была человеком выше этих мелочей. А я прошел в спальню, сел на кровать, и задумался.

За беспокойством Марины отчетливо таилась сильная тревога.

Она могла понять, когда я трахал работниц магазина – все-таки, это по работе, чисто для того, чтобы им лучше жилось и работалось во благо процветания прибыли. И могла понять, что если я не стану этого делать, то потеряю работу, на которую устроился с большим трудом.

Она могла понять то, что я был в борделе – и по этой причине ждала несколько дней, когда я отойду от этого ужаса, чтобы предложить мне свои чувства.

И она даже могла понять, когда я отправился на оргию – ведь это был шанс вырваться из лап повисшего у меня на шее финансового якоря в виде суммы с пятью нулями, которую я должен за то, что из этого самого борделя благополучно вышел на волю.

Но случай с Софией был особенным. Женщины всегда видят в другой женщине потенциальную соперницу – даже, если они не слишком ревнивы. Марина не страдала избытком ревности, не устраивала истерик и не проверяла контакты моего телефона – она была умной, практически идеальной женщиной, которая доверяет своему мужчине. Однако в лице Софии она ясно увидела угрозу своему недолгому семейному счастью. София была серьезной соперницей, так как обладала и невинностью, и большими деньгами – то есть, именно теми двумя качествами, которых у Марины как раз не было.

И страх потерять меня, который грыз ее все это время, пока я бродил где-то там, решая свои проблемы, достиг накала – и вылился в первую в моей жизни семейную ссору. Даже ее доверие ко мне пошатнулось – особенно после того, как я сделал вид, будто бы теоретически не против переспать с Софией, что уже равносильно предстоящей измене любимому человеку. Потому что измена – это и есть признание другой женщины намного лучшей, чем твоя вторая половинка.

Придя ко всему этому, я переоделся, посетил ванную, и прошел на кухню. Дашка сидела за столом, и беззаботно уплетала свежеиспеченные пирожки; Марина стояла у плиты в фартухе, и возилась с новой партией, призвав готовку, как способ отвлечься от проблем. Услышав мои шаги, она даже не повернула головы, только закусила губу, и продолжила с остевервением замешивать тесто, по-прежнему демонстрируя сильную обиду.

— Даш, в магазин не сгоняешь? – негромко спросил я.

— Это еще зачем?

— Торта купи, конфет, еще чего-нибудь сладкого.

— О, это я мигом! – Дашка была большой сладкоежкой, и даже несмотря на постоянные жалобы насчет того, что ей трудно сохранять фигуру, она никогда не могла отказаться, если ей предлагали. Это я заметил еще в магазине – впрочем, чего еще ждать от продавца кондитерского отдела? – А деньги?

— Держи, трать все, если хочешь.

— Супер! – чмокнув меня в щеку, она умчалась одеваться. Марина же упорно продолжала игнорировать все, что происходит вокруг нее. Дождавшись, пока хлопнет входная дверь, я подошел к ней сзади, и начал нежно массировать ее напряженные плечи. Она дернулась, но промолчала.

— Любимая, ну что ты? – я нежно прикоснулся губами к ее прелестной шейке. – Я же пошутил, я не собирался ничего такого делать.

Молчание. Мои руки скользнули с плеч на грудь, и начали легонько поглаживать ее поверх ткани фартуха. Марина сжала зубы.

— Отстань, — она попыталась оттолкнуть меня. – Не хочу.

На моей памяти это был первый раз, когда она отказывалась от секса; в то же время, ее отказ прозвучал как-то неубедительно. Я слегка усилил поглаживания, а потом, уловив момент, сунул руки под фартух. Мои ладони безошибочно нашли ее упругие нежные грудки под тоненькой футболкой, пальцы нащупали сосочки, и принялись их сжимать и массировать. Дыхание Марины участилось, соски начали твердеть, выдавая возбуждение.

— Ах, ты… — она коротко застонала, когда мои ладони проникли теперь и под футболку. Теперь их и грудки ничего не разделяло, и я мог ласкать ее сосочки без всяких препятствий. Продолжая орудовать одной рукой, я вытащил другую, и повел ее ниже – туда, где стремительно намокала нежная девичья плоть.

— Давай мириться, — шепнул я ей на ухо, и прижался пахом к ее попке, дабы она полностью ощутила крепкий мужской стояк. Марина судорожно вздохнула, когда к ее ягодицам прижалось что-то восхитительно твердое, и попыталась выдать это за кашель. – Милая, я люблю только тебя, и никого больше. Хочешь, я прямо сейчас это докажу?

Молчание обычно обозначает знак согласия. Правда, она мотнула головой, но опять неубедительно – потому что в этот момент ладонь второй руки легла на поверхность лобка. Пальцы раздвинули набухшие половые губки, и скользнули внутрь, в мокрую сладкую дырочку. Теперь любая фраза про нежелание заняться любовью была чистой воды враньем.

Марина вцепилась запачканными в муке руками в край стола; ее тело дрожало от возбуждения, соски окончательно приняли каменную твердость, с губ срывались короткие, чувственные вздохи. Двумя пальцами я ласкал ее мокрую пизденку, а другой рукой мял и теребил грудь, мои губы целовали ее шею. Хуй натянул ткань джинсов, ощущая совсем рядом с собой сладкую дырочку, которая просто умоляла, чтобы ее заполнили. Даже нет, две сладкие дырочки. Даже три – и все рабочие.

Между тем от сковородки потянуло горелым, и мне пришлось вытянуть одну руку, чтобы выключить газ. Марина словно опомнилась, с силой отпихнула меня от себя, и развернулась ко мне лицом.

— Сначала со мной, а потом с другими? – спросила она слабым голосом. – Опять все по новой?

— Только с тобой, — я притянул ее к себе, и крепко поцеловал, втолкнув свой язык ей в рот. Она вцепилась руками в мою футболку, и потянула ее верх, чтобы получить доступ к ремню на шортах, сделанных из обрезанных старых джинсов. Даже сквозь одежду я чувствовал, как пылает нетерпеливым жаром ее тело.

— Дашку не подождем? – ее голос с трудом пробился сквозь поцелуй.

— Не-а, — обхватив ее руками, я с легкостью приподнял Марину, и посадил ее на кухонный стол. В считанные минуты одежда полетела на пол. Нас охватила такая же страсть, как и первую нашу ночь – потому что опять мы были только вдвоем, без всяких третьих.

Говорят, что лучший секс бывает после ссоры… если, конечно, во время ссоры вы не поубивали друг друга. И, хотя мы с Мариной не сильно-то и поссорились, секс после этого у нас равно обещал быть на высоте. Потому что мы любили друг друга – и не как любовники, а как только могут любить два связанных судьбой сердца.

Возможно, отчасти София была права, когда мечтала о сексе только по любви. Это действительно что-то особенное.

— А-а-а-х! – Марина закусила губу, когда мой язык начал неистово ласкать ее истекающими соками щелочку. Распростершись на столе, она широко раздвинула ноги в стороны, позволяя мне жадно пожирать горячим ртом ее похотливую пизденку. – Да, еще!

Мое лицо было мокрым от ее выделений, но я не останавливался, проталкивая кончик язык глубоко внутрь, описывая им круги и фигуры. А когда я начал посасывать твердый хоботок клитора, стоны Марины перешли в громкие, страстные крики. Сжав мою голову бедрами, она толкала тазом навстречу моему языку, а ее тело извивалось, пропуская через себя волны наслаждения. Просунув руки под ее попку, я слегка приподнял ее вверх, давая себе больше пространства для маневров, после чего принялся за дело еще более рьяно, реализовывая весь полученный за все время общения с десятками разных женщин богатый опыт.

— Ну, ничего себе! – раздался сзади удивленный голос Дашки. От неожиданности я чуть не подпрыгнул на месте, и, торопливо оторвавшись от сладкой на вкус вульвы моей девушки, оглянулся. Оказывается, что Дашка стоит на пороге кухни, и таращится на нас круглыми от изумления глазами. – Вы решили без меня начать? – спросила она с легкой обидой.

— В этот раз будет по очереди, — я схватил со спинки стула кухонное полотенце, и вытер им свое лицо. – Жди своей.

— Ладно, — пожав плечами, она с явной неохотой ушла в спальню. Марина вздохнула, но тут же вскрикнула, когда в нее одним мощным движением вошла твердая мужская плоть.

— Подожди, — простонала она, отталкивая меня ладонями. – Я хочу по-другому….

— Точно? – я нашел и начал массировать пальцами ее клитор, пока мой член пульсировал глубоко внутри ее голодной киски.

— Да-да… — она снялась с моего члена, и слезла со стола, а потом толкнула меня на стул. Я сел, а Марина запрыгнула сверху, и развернулась ко мне спиной, после чего начала насаживаться на мой дрожащий от возбуждения фаллос, заполняя им свою мокрую пизденку.

— Да, вот так… — она начала медленно раскачиваться, описывая тазом широкие плавные круги. В таком положении я не мог ласкать языком ее грудь, что любил делать в позе наездницы, но зато мне открылся полный доступ к ее вульве, чем я не преминул воспользоваться, добавив к члену указательный палец. Марина охнула, когда почувствовала, как в нее входит еще один твердый предмет, и выдала длинный, протяжный стон, когда другим пальцем я начал играть с ее клитором. Ее движения стали быстрее, она крутилась и вертелась на мне, обнаженная спина выгибалась, ее тело гналось за оргазмом, как вдруг…

— Извините, но я больше не могу, — в кухню влетела обнаженная Дашка, и буквально рухнула перед нами на колени. – Дай ее мне!

Ее юркий язычок попытался нащупать сладкую дырочку Марины, но она уже была занята и пальцем, и членом, для третьего гостя места не нашлось. Но Дашка быстро нашла выход – переключилась на другое отверстие, и забурилась кончиком языка в попку Марины. От такого мою девушку моментально тряхнуло в невероятной мощности оргазме.

— Да-а-а-а…. – казалось, что от ее крика сейчас рухнут стены. – Кончаю!!!!!

В положении сидя на стуле это ощущалось намного ярче, чем в положении лежа на кровати – я едва стерпел, пока она закончила брыкаться и извиваться на мне, удерживая ее руками, чтобы она не упала. И только потом я опустил ее на пол, где хозяйственная Дашка уже расстилала одеяло (и где только взяла его?). Расслабленная Марина позволила уложить себя на спину, а Дашка, подмигнув мне, опустилась перед ней на колени, и прильнула ртом к ее мокрой щелочке.

— А-а-а! – обхватив руками пышную шевелюру подруги, Марина прижала ее к промежности. Я чуть не упал со стула – со стороны это выглядело безумно эротично и невероятно сексуально. Особенно, когда Дашка подняла вверх попку, и вильнула ею, предлагая мне одну из своих дырочек на выбор.

— Девчонки, ну вы даете! А позу шестьдесят девять можете?

— Это еще зачем? – поинтересовалась Дашка, на миг оторвавшись от любовного фрукта партнерши. – Лучше засади мне, а то у меня там все горит!

— Или дай мне в ротик, — Марина призывно распахнула свои пухлые, красивые губы.

— Ну, нет уж, я хочу увидеть позу шестьдесят девять. А потом уже все остальное.

Девчонки встретились взглядами, и, видимо, поняли, что думают об одном и том же – каждой хотелось заполучить крепкий мужской член, который сейчас был перед ними, и каждая ради этого была согласна на все.

— Если без этого никак, — Дашка нехотя развернулась задом к лицу партнерши. Марина с готовностью обхватила руками ее попку, и насадила на свое лицо, зарываясь языком в ее сочную вульву. Моя рука скользнула по поверхности твердого стояка – смотреть на такое, и не дрочить, было практически невозможно. Вообще, меня всегда заводили такие игры – даже куда больше, чем традиционные отношения. Было в таких ласках что-то особенно сладкое, греховно-запретное. И я думаю, каждый мужик хоть раз мечтал переспать с двумя лесбиянками – если, конечно, они не настолько лесбиянки, чтобы полностью отказаться от мужчин.

А еще мне стало ясно, что Марина окончательно приняла бисексуальность своей натуры – она так умело ласкала Дашку, так бесстыдно теребила язычком ее клитор, вылизывала ее щелочку и целовала ее влажные набухшие половые губки, словно всю жизнь этим занималась. В то же время и Дашка не отставала, буквально вгрызаясь ртом в киску любовницы. Время от времени то одна, то другая девушка отрывалась от своего занятия, и начинала сладко постанывать от того, что ее партнерша слишком усердствует. Мои любовницы настолько увлеклись друг другом, что даже про меня совсем забыли, отдав свои разумы и тела во власть лесбийского разврата.

Ну, а я вовремя вспомнил, что собирался помириться с Мариной, а не устраивать очередную «домашнюю оргию», и поднес багровую от напряжения головку своего хера к лицу Дашки. Она мигом приняла сидячее положение, и начала жадно сосать член, глухо мыча от удовольствия, потому что Марина внизу удвоила усилия, прибавив к языку собственные пальчики. Спустя пару минут Дашка выпустила член, и уткнулась лицом мне в пах, глуша крики и вздрагивая от сильного лесбийского оргазма.

— Сдвинься, — я снял ее со своей девушки, и бережно уложил на пол, а потом лег на Марину сверху, и задвинул ей до упора. Она обхватила меня руками и ногами, и вместе мы неспешно закачались на волнах удовольствия – она подмахивала попкой, а я целовал ее мокрое от выделений Дашки лицо, слизывая сладкий нектар.

— Да! Еще! Саша! – Марина тихо стонала от наслаждения, и вонзала коготки мне в спину. – Сильнее!

— Можно и сильнее, — я поднялся над ней на вытянутых руках. – Только сначала скажи, что больше на меня не обижаешься.

— Не обижаюсь, — выдохнула она, и в качестве доказательства нежно поцеловала меня в губы. – Я дура, такая дура! Пожалуйста, не останавливайся!

— И больше не будешь меня ревновать без повода, поняла?

— Поняла, поняла! Сашка, ну не мучай меня! Я очень сильно хочу кончить еще раз!

Приняв это к сведению, я быстро и сильно заработал тазом, пронзая ее мокрую плоть своей твердой и горячей плотью. И чуть не подпрыгнул, когда сзади к моей мошонке что-то прикоснулось.

— А я опять к вам, — объявила Дашка, ловя и сжимая пальцами мои раскачивающиеся от быстрого темпа яички. – Вы кончайте, а я помогу.

После чего переместилась к Марине, чтобы целовать и лизать языком ее твердые сосочки, продолжая ласкать рукой мои яйца. От таких ласк я словно озверел, и принялся еще сильнее вколачиваться в тело любимой, долбя ее сладкую пизденку, а она вскрикивала и принимала меня глубоко в себя, вскидывая бедра навстречу. Не прошло и двух минут, как я начал заливать своим семенем ее щелочку, а Марина забилась в ответном оргазме – причем Дашка зажала ей рот своими губами, так что на этот раз вышло куда тише, чем обычно.

— Ну, в спальне втроем попробовали, на кухне тоже, — заметила эта бестия, отрываясь от губ моей девушки. – Чур, следующей будет ванна, согласны?

Пескоструйная обработка в Тюмени Пескоструйная обработка в Тюмени Квартирные переезды Уфа Натяжные потолки