шлюхи Екатеринбурга

Похищение двух неОбычных подружек

1.

Привет! Я Яна. Раньше я была мужчиной. Мужчиной, который еще в детстве понял, что он женщина.

Было не просто жить, когда твои тело и сущность не совпадают. Тогда я внимательно изучала все вопросы, связанные со сменой пола, но на радикальный шаг так и не решилась. Слишком слабым виделся результат, который при этом требовал больших жертв. Технологии были слишком несовершенны. Я была готова на многое, но и результата хотелось полного. Со временем я смирилась с судьбой и жила по течению, как мужчина.

Однажды, сменив работу, я познакомилась с Аленой, моим новым начальником. Она была старше меня лет на семь, уверенная в себе, ухоженная, красивая женщина. У Алены были темно-каштановые волосы, стрижка каре, небольшой носик с тонкой перегородкой, овальное лицо и рот с чувственными губами. Она всегда одевалась очень женственно — приталенные пиджаки и блузки с обязательным декольте, облегающие юбки до колен или сексуальные брюки. Всегда обувь на высоком каблуке.

Мы как-то быстро и просто подружились. Меня она сразу привлекла своей элегантностью, непосредственностью и уверенностью в себе, плюс Алена была просто воплощение женственности.

Так получилось, что я несколько раз выручала ее в сложных ситуациях, всегда поддерживала в корпоративных конфликтах. Я была неглупым мужчиной. А Алена ценила мужчин именно за ум. Так что умный коллега, на которого всегда можно положиться в трудной ситуации, был обречен стать ее другом.

Мне очень нравилась Алена. Иногда мне казалось, что мужчина во мне влюбился в нее. Но никаких шагов для сближения я так и не сделала, хотя чувствовала, что это вот-вот произойдет. Останавливала меня и моя раздвоенность, и то, что Алена жила с мужчиной.

Все же моя женская сущность искала выход и нашла его в онлайн игре. Там был отличный редактор персонажей, позволявший сделать свой неповторимым и уникальным. Так я стала прекрасной волшебницей. Быть хоть такой, но девушкой, слышать обращение к себе в женском роде, щебетать с подружками и чувствовать внимание и интерес мужчин — все это я нашла в игре.

Я играла часами, и на это время действительно перевоплощалась. Но игра увлекла меня и своим содержанием. Я поделилась впечатлениями с Аленой. Как ни странно, она захотела попробовать. И подсела на игру капитально. Мы стали там подружками. Это было невероятно: обсуждать и примерять разные наряды, обувь, менять прически, немного сплетничать про других девушек гильдии, в которую мы вместе вступили, обсуждали и мужчин. Обсуждать было что. Так получилось, что наши персонажи были самыми красивыми в гильдии, и при этом мы всегда были готовы помочь другому, не жалели на это ни времени, ни сил. Так что мужчины к нам липли пачками.

Быть подружкой Алены мне понравилось намного больше, чем например, ее парнем в реальной жизни. Она сначала удивлялась моему игровому поведению, но приняла его так же быстро и естественно, как и нашу дружбу по работе. Это было прекрасное время, но оно, увы, закончилось.

Наша компания была реорганизована, каждый пошел своим путем. Играть уже не было возможности. Мы иногда встречались, пили кофе, болтали, и обязательно вспоминали два игровых года, сожалея по нашим отношениям в игре.

Потом Алена пропала на полгода. Телефоны не отвечали. Месседжеры, соцсети тоже. Она нигде не появлялась. И вот, она неожиданно позвонила, пригласила встретиться.

За столиком в кафе я узнала ее с трудом. Передо мной была намного помолодевшая Алена. Она и до этого выглядела прекрасно, теперь же казалась просто идеальной — волосы, кожа, фигура — все как будто светилось и сияло.

Мне очень нравилось имя Яна. Так я и назвала себя в игре. В кафе Алена поднялась мне навстречу, поцеловала, приветствуя, в щеку и шепнула при этом на ухо, назвав игровым именем:

— Яна, у меня есть к тебе серьезный разговор.

Я опешила. Сердце бешено забилось в груди. Обращение ко мне по моему тайному, настоящему имени обещало, что дело действительно важное.

— Ты видишь, как я изменилась, — произнесла она с нескрываемой гордостью.

Я кивнула в знак согласия.

— Так вот, один мой знакомый сейчас занимается высокими технологиями. Они нашли способ менять и оздоравливать человеческие тела. Пока все экспериментальное, до конца не изученное. Но стоит миллионы и держится в тайне. Работают они с миллионерами, и то не с каждым. Я его когда-то сильно выручила, и он в знак благодарности, предложил мне пройти у них процедуру омоложения.

Однажды он заикнулся, что их очень интересуют пределы возможности технологии, например, может ли она полностью трансформировать один пол в другой. Только сделать это ему не дает большое число заказов по омоложению богачей, и нет времени искать добровольца и проводить эксперимент.

Прости, но я сразу подумала о тебе. Мне кажется, ты больше девушка, чем большинство настоящих. Если дашь согласие, я уговорю своего знакомого найти время и помочь тебе, а заодно провести свой эксперимент.

Я тогда ответила, что мне надо время подумать, но когда мы стали прощаться, я неожиданно сразу сказала «да».

Моя роль в эксперименте оказалась самой легкой. Он прошел успешно.

Свою женскую внешность я создавала сама, в редакторе, похожем на игровой. Получилась невысокая хрупкая блондинка с маленькой грудью и тонкими ножками, хотя женская фигура присутствовала. Помню удивление знакомого Алены. Он думал, что я захочу стать высокой моделью с гигантской грудью.

Но, девушка из меня вышла очень миленькая, о чем засвидетельствовали и сам экспериментатор, и его персонал, и Алена.

Не было ни долгой гормонотерапии, ни болезненных операций. Мне ввели снотворное. Не знаю. сколько я была без сознания. Просто потом открыла глаза в медцентре. В палате была только моя кровать, рядом на стуле сидела Алена.

Увидев, что я пришла в себя, она заулыбалась и радостно вскочила:

— Та-да-м! Поздравляю, Яночка, все прошло успешно!

Я улыбнулась в ответ. Ощущение себя было совершенно новым. Но ничего болезненного я не ощущала. Простынь в районе груди была чуть выше, чем обычно.

— Яночка, можно я буду твоим гидом в новой жизни. Пока ты ко всему привыкнешь.

— Ты еще спрашиваешь!? Конечно можно, — счастливо ответила я. — Я вообще всем тебе теперь обязана. Вот только не знаю, чем заниматься и как жить дальше.

— Ну, думаю, тут проблем не будет, давай пока потихоньку поднимайся, будем тебя адаптировать к новой жизни, — она хитро подмигнула мне и засмеялась.

Я поднялась с кровати. В комнате был минимум мебели: в углу небольшой шкаф, у окна простой стол. Двери шкафа были зеркальные. Я подошла к ним. На мне была одета белая больничная рубаха с короткими рукавами, свисавшая мешком вниз до середины голени. На голове была больничная шапочка. На лоб из-под нее выбивалось несколько светлых волос. В зеркале на меня смотрели большие серые глаза, нос был правильный, с тонкой переносицей, небольшой рот со слегка припухлыми губками. Из рукавов рубахи выступали изящные маленькие ручки с узкими ладошками и тонкими пальцами. Голые небольшие ступни стояли босыми прямо на полу.

— Так, — сказала Алена, — ну ка, снимай с себя это ужасное рубище.

Только сейчас я окончательно осознала произошедшую перемену. В груди застучало. Мне предстояло впервые увидеть себя новую. Алена подошла и развязала тесемки на груди моей рубахи. Широкий ворот так стал еще шире. Она потянула вниз за рукава и рубаха скользнула на пол.

— Ох, боже, ну и милашка! Яночка, посмотри, ты же просто чудо, — не давала мне опомниться она. Я стояла в каком то ступоре. Лицо было как маска, на нем не шевелился ни один мускул. Даже глаза почти не моргали. Но внутри, внутри я ликовала. Да, да! Я была самой собой. Наконец то! Я понимала это, понимала, что теперь я это действительно я. Что эта нежная кожа, маленькие сисечки со слегка торчащими сосками, изгиб талии, ягодицы, скрытое внизу живота лоно, ровненькие худенькие ножки, которые поменяли по отношению к телу пропорции и стали чуть короче, все это теперь мое.

Действительно мое, настоящее! Я вспомнила член, угловатость фигуры, силу мышц, и меня передернуло. Только сейчас я поняла полностью, как мне недоставало этой плавности и нежности, насколько чуждой была мужская оболочка. Теперь все встало на свои места. Наконец то!

— Яночка, что-то не так? — Алена забеспокоилась, — мы.. я что, ошиблась, не надо было этого делать?

Я вдруг засмеялась. Это был звонкий, высокий, при этом мелодичный смех.

— Да ты что! Какой ошиблась?! Спасибо , спасибо тебе огромное! Я просто не знаю, как мне теперь благодарить тебя. Я … я счастливейший человек на свете! Я непроизвольно обняла Алену, по-женски протянув руки снизу и обхватив ее за шею, слегка повиснув на подруге.

Алена засмеялась в ответ:

— Ну вот и славно, дорогая! Смотри, что я тут прикупила. Опиралась на твои вкусы в игре. Конечно, жизнь — это другое, так что прости уж, если что.

Я улыбнулась и опять разволновалась. Моя игровая одежда почти вся была довольно откровенной.

— Ну, не понравится, поменяешь, — подмигнула Алена, — но и выходить то отсюда в чем-то надо.

Одежды было немного. Пара юбок, блузки к ним, платье, сразу три пары туфель и белье.

— Ой, а это что за ужас! — возмутилась она и сняла с моей головы больничный чепец, бросив его в дальний угол палаты. Белокурые волосы длинной до лопаток заструились вниз, демонстрируя всю свою немалую длину.

Что сказать, практичным выбор Алены действительно нельзя было назвать. И обе юбки, и платье, были мини. У платья и одной из юбок низ был пышным, вторая же максимально облегала попу. Вся верхняя одежда максимально открывала плечи и руки, держась на тонюсеньких лямочках. Белье было из того же разряда. Пара трусиков одного фасона с тоненькой ниточкой в попе, кружевной бюстгальтер, скорее не прикрывавший, а поддерживавший грудь и чулки с поясом. Туфли были черные, белые и красные. Все на высоких каблуках. Я от этого набора просто обалдела.

— Алена, ты с ума сошла!? Как я это надену, и как поеду, я же не умею ничего этого носить, а тем более каблуки…

— Хих, — Алену ситуация явно забавляла, она будто не слышала меня, — Ты посмотри на свою промежность. Как тебе там волосики? Мой лобок был почти весь голенький и только тонюсенькая полосочка волос тянулась от места, где сходились ножки, вверх.

— Не понравится прическа, поменяешь, — засмеялась она. Теперь тебе придется много времени тратить на прически и вверху, и внизу, красотка.

Я растаяла.

— Но… но как я пойду, я и правда не умею.

— Лучше сразу привыкать, — отрезала она, — а я на что, помогу тебе, подружка. Ну, девушка, приступим, сначала трусики.

Я выбрала черные из-за чулок. Сначала Алена помогла мне одеть пояс, чулочки и соединить их резинками.

— Так, день сегодня не простой, явно праздничный, так что выход может быть только в самом нарядном. А это платье. И, не слушая моих протестов, Алена через голову натянула на меня платье, расправила его, затянув молнию на спине. Из сумочки достала расческу.

— На, держи инструмент, думаю сама справишься, а то вон лахудрой смотришься.

Я принялась с удовольствием расчесывать свои волосы. Вскоре они были приведены в порядок. Прическами заморачиваться не стали, Алена решила, что стоит их, с учетом общего антуража, оставить распущенными.

Теперь в зеркале передо мной стояла очень милая, сексуально одетая блондинка. Волосы струились по голым плечам, кремовое платье тонко, но плотно повторяло фигуру, слегка распушаясь внизу нашитыми кружевными оборками и заканчивалось буквально на сантиметр ниже резинок чулок. Я чувствовала, как воздух проникает снизу. Трусики лишь прикрывали мою щелочку, а в остальном состояли из одних резинок.

— Главное я оставила на потом, — засмеялась Алена, — что главное в гардеробе женщины? Правильно, — туфли. И она торжественно достала из коробки белую пару.

— Помню, помню я твою слабость к светлому еще из игры, — улыбнулась она. — Осталось завершить образ.

Она достала из своей сумки косметичку и коробочку из которой достала серьги в виде колец.

— Хи, не удивляйся, ушки мы тебе прокололи уже, прости, я не предупредила, — и она одела серьги в мои уши, после чего подвела мне светлой помадой губы, чуть выделила тенями веки, подкрасила ресницы. Макияж был минимальным.

— Можно было и без него, ты и так теперь красавица, но сегодня праздник, — подытожила Алена, — Ну что, гоу?

2.

До такси на своих каблуках я дошла кое-как. Алена по-доброму хихикала. Я отвечала ей тем же. Как садилась в машину, предпочитаю не вспоминать. Платье с непривычки задралось, обнажив ножки в чулках и трусики. Хорошо сиденье было заднее, но водитель все равно многое успел рассмотреть. Алена веселилась и подбадривала меня нейтральными фразами, из которых для водителя следовало, что я немного перебрала.

Я тушевалась, смущалась, но поездка скоро закончилась. Водитель проявил несвойственную для таксистов заботливость и побежал открывать мне дверцу.

История с задиранием платья повторилась. На этот раз ничто не мешало ему рассмотреть меня как следует. Я про себя чертыхалась, от смущения лицо было залито краской, а на штанах, таксиста, в итоге, недвусмысленно нарисовался огромный бугор.

На первое время я сняла себе квартиру. Туда мы и приехали. Алена помогла мне подняться, и посетовала, что в связи с кучей забот забыла о еде. После чего полетела в магазин. Я впервые осталась наедине с собой в качестве девушки. Сняла туфли и опустилась на диван. Из головы не шел бугор на штанах таксиста. Мечтая быть девушкой, я почему то представляла себе, как мужчины открывают мне двери и пропускают вперед, уступают место в транспорте, восхищенно смотрят на меня и отводят взгляд, если я это замечу, помогают в разных делах, восхищенные моими красотой и доброй душой.

Тут же все было так банально и хлестко, как пощечина. Он пялился на меня, но никакого восхищения в его взгляде не было. Только возбуждение. Мне всегда женщины представлялись как высшие создания и мечтой было присоединиться к ним. К мягким, нежным, элегантным, изящным, благоухающим. Я ими восхищалась. И вот, став наконец девушкой, я столкнулась с тем, что первый же встречный мужчина, судя по его взгляду и сальным любезностям, увидел во мне только красивую куклу, с которой он хотел заняться сексом.

— Фу, — непроизвольно вслух произнесла я и замотала головой, отгоняя неприятные мысли. Как строить свои отношения с мужчинами, я решила определиться потом. Впереди было столько дел. Вскоре вернулась Алена. Она переоделась, одев платье не длиннее моего. Каблуки отстукивали дробь на плитке прихожей. Вместе с ней в комнату ворвался приятный аромат духов. В руках были два небольших бумажных пакета.

— Это тебе еще подарок, — из одного она достала несколько коробок с косметикой и парфюмами. — Без этого нам, девчонкам, никак! Не понравятся запахи, вернешь или выбросишь.

— Ты что?! — я была уверена в её выборе, тем более, парфюмерию мы с ней давно обсуждали и она знала, что мне нравится.

— Тогда потом заглянешь в шкаф, там я еще заранее одежды с обувью прикупила.

— Алена, ну ты даешь, слов нет, — смутилась я. — Прости, пожалуйста, что так тебя напрягаю.

— Ты чего, какие извинения. Во-первых, ты моя давняя подруга, — подмигнула она, — во-вторых, теперь уж ты меня прости, но это еще и развлечение для меня. Согласись, не часто такое в жизни приключается.

Во втором пакете оказалась еда. Хотя едой это можно было назвать весьма условно: бутылка шампанского, коробка с двумя бокалами, клубника, бананы, яблоки, ананас, и две пироженки крошечных размеров.

Увидев удивление на моем лице, Алена улыбнулась:

— Привыкай, подружка. Пирожные тоже, кстати, из фруктов и творога. Теста нет. Надо заботиться о фигуре.

Я засмеялась в ответ:

— Хи, все это стоит того, чтобы отказаться от жирного мяса, картошки и пельменей

Алена с хлопком открыла шампанское и наполнила бокалы:

— За твою новую жизнь дорогая, и нашу женскую дружбу.

— Да, Алена, еще раз спасибо тебе за все!

Мы потягивали шампанское и болтали все более непринужденно.

— Мне, по правде говоря, было неловко с тобой, когда ты была мужчиной, — разоткровенничалась она, — Он нравился мне и не нравился одновременно. Хотелось с тобой видеться, говорить о всем, о всем, но вот с сексом было не понятно. Я не могла представить тебя с членом. Как целуешь, как ласкаешь меня, это могла представить, — она ненадолго замолчала и покраснела, — а вот как член водишь, прости, — нет. А потом мы стали играть, и в игре ты стала девушкой, и все эти проблемы ушли. Мне было так здорово. Ты, виртуальная, стала мне ближе любой реальной подруги. Тогда я поняла твою проблему, но не знала как помочь. А потом появилась эта возможность…

— Алена,- я на миг прервалась, — спасибочки, спасибочки, спасибочки огромное! — выпалив слова благодарности, я вскочила из-за стола и расцеловала её в щеки. — Ты самая красивая, умная и добрая девушка на свете, самая-самая лучшая подружка!

Она смутилась, потом нежно произнесла:

— Это все из-за того, что ты самая милая девушка в мире.

Мы допили шампанское, еще долго болтали, в основном об одежде, потом Алена вызвала такси и пожелала мне спокойной ночи. Назавтра мы договорились встретиться и обговорить, как же мне жить дальше.

Алена ушла, а я открыла шкаф. Он был полон одежды на все сезоны и случаи жизни. Но у всех вещей была одна особенность — они были мини и очень сексуальными. Обувь была только на высоком каблуке. Особняком лежала стопка спортивной одежды с двумя парами кроссовок. Но спортивные модели были так подобраны, что годились только для пробежек и спортзала.

— Вот зараза, еще лучшей подружкой ее назвала, так подставить меня! — разозлилась я. Тут мой взгляд упал на отдельно разложенные на полке кружевную прозрачную коротенькую ночнушку и такие же трусики. Комплект был розовым. Банальный, и при этом мой любимый цвет. У самой Алены не было ни одной розовой вещи. Вместе с комплектом лежала записка: «Даже одна ночью девушка должна быть прекрасной и сексуальной». Завершал записку подмигивающий смайл с женскими косичками. Я улыбнулась, досада на подругу прошла. Переодевшись в предложенный комплект я легла в постель. Мои мысли крутились вокруг Алены. Я испытывала к ней невероятную благодарность и что-то очень теплое.

— Какая же все-таки она классная! — думала я, — настоящая женщина, пример для

всех. Все понимает, красивая, добрая, понимающая, терпеливая, и как знает жизнь!

Я представила ее, такую стройную, сексуальную, изящную, стремительную и при этом текущую по жизни…

— Как же мне повезло с … подружкой, — думала я, вот что значит женская дружба. Есть о чем поговорить и что обсудить. Не то, что у мужчин. У них все темы скучные — про спорт и машины,а в итоге любые разговоры сводились к сексу. Вечно приходилось слушать как они рассказывают друг другу о своих сексуальных победах. Почему-то в памяти опять всплыл таксист. И я опять непроизвольно фыркнула, замотала головой прогоняя неприятный образ.

— Вот девушки, Алена… — я подумала, что никогда не видела ее обнаженной. — Интересно, какая она? — Внизу живота стало разливаться тепло, — какая же она без одежды, в белье и совсем голенькая, моя подружка…

Мысли стали вязкими и теплыми, рука непроизвольно скользнула вниз, и стала перебирать нежную ткань трусиков. Глаза закрылись и я стала засыпать.

— О боже, мокрые!- Я неожиданно вышла из дремы. От мыслей и пальчиков мои трусики намокли. Там, внутри, между ножек было тепло и томно. Рука сама скользнула внутрь и стала ласкать верх намокшей щелочки. Другая поднялась по ночнушке. Сосочки на сисечках набухли и смотрели вверх. Я почувствовала, как изменилось дыхание. Оно стало глубоким и томным. Груди высоко поднималась и опускались.Я стала ласкать их свободной рукой. Вторая все активнее ласкала писю. Трусики я сняла, два пальчика то терли мою раскрывшуюся щелочку, то погружались внутрь ее, где все было мокро, горячо и сжималось. А еще ласкали точечку вверху. Ласки клитора сводили меня с ума.

Ладошка то мяла сисечки, то ласкала соски. Я сжимала их двумя пальчиками и легонько покручивала, буквально повизгивая при этом от удовольствия. Его волны расходились по телу не так, как раньше, в мужском теле. Сейчас я вся была одной сплошной эрогенной зоной, и распространявшаяся по телу смесь теплых волн и электрических разрядов заставляла меня все время извиваться и стонать. В своих фантазиях я представляла, как мы с Аленой ласкаем друг друга.

Неожиданно опять в мыслях всплыл таксист с его сальным взглядом. Он, вытаращив глаза, смотрел на нас, двух подружек, наслаждающихся близостью, и тер свой бугор. Я уже готова была вновь прогнать его из мыслей, но потом оставила. Он был нужен для контраста. Грубый, жалкий онанист, которому никогда не владеть такой девушкой как я или Алена. Его удел оставаться вдалеке, пускать слюни и дрочить свой отросток, потому что ни одна приличная девушка на него даже не посмотрит. Я опять утонула в мысленном океане ласк и объятий, и этот человек стал точкой, где-то далеко, запертым в клетке своей животной природы, толкающей его в погоню за самками, которым он, на самом деле, был неинтересен..

Проснулась я поздно. Привела себя в порядок. Позвонила Алене. Та тоже только проснулась. Договорились, что она приедет ко мне. Наладить новую жизнь оказалось не так уж и сложно. Работа у меня была удаленная, из дома. Правда, пришлось поменять заказчиков, чтобы не пугать прежних моими переменами. Я потихоньку осваивалась с одеждой и ходьбой на каблуках. Все оказалось не так и сложно. Женское телосложение вполне для этого подходило.

Жизнь продолжалась, нас опять засосала работа. Но все равно пару раз в неделю мы виделись. Или у меня, или ходили выпить кофе в соседние кафешки.

Я не жила отшельником. У Алены был широкий круг знакомых. Были там и богатые бизнесмены и интеллектуалы, в основном мужчины. Был и узкий круг подруг-единомышленниц. Я знала большинство из них довольно давно. Алена рассказала им обо мне. Большинство из них приняли мои перемены. Особенно рада была Натали, жена полуолигарха, мечтавшая о карьере, но муж ей не позволял работать. Если наши с Аленой характеры были противоположны, — я меланхолик, она холерик, то Натали была такая же как я и нам было о чем поговорить. На удивление, жизнь проходила без неприятных неожиданностей.

Выходя в магазин, на пробежку или на встречу с подругами, я волей-неволей пересекалась с мужчинами. Меня поразило, что большинство из тех, кто обращал на меня внимание, смотрели, как бы это лучше сказать, «жадно», что ли. Все очень напоминало взгляд того таксиста. Мужчины были разными: молодые и не очень, опрятные и нет, с деньгами и без них. Но было видно, все они меня «хотят». Некоторые пытались знакомиться. Я смущалась. Признаюсь, внимание их мне было приятно, но из-за этой «жадности» в глазах я их опасаясь. Некоторые умели ее прятать, и только в последний момент она мелькала в глазах или обрывке фразы, выдавая их истинные намерения. Так что я всех отшивала. Причем по доброму, никому не грубила, просто находила вескую причину, чтобы знакомство не продолжать.

Я обсуждала это с Натали. Она говорила, что надо принять все как есть.

— Такова мужская природа, инстинкт заставляет их охотится на самок и быть грубыми в конкурентной борьбе с другими самцами. Это противоречие, — учила Натали, — между стремлением к женщине, которую они воспринимают как объект для удовлетворения инстинктивной похоти и агрессией, неприязнью к конкурентам, мы, женщины, должны использовать в свою пользу: чтобы завоевать себе место под солнцем и сделать так, чтобы мужчина в обмен на секс обеспечивал тебя всем необходимым или не мешал строить карьеру, ограждал от излишнего внимания других самцов.

— И знаешь, Яна, пусть и редко, но попадаются мужчины, с которыми хочется проводить

время, и не важно, твой это муж, или нет, — хихикнула она. — Есть и нормальные среди них, хотя таких мало. В основном, кобели бешенные, которым только взять девушку, попользоваться и бросить, да потом еще хвастаться этим среди других таких же.

— Так что, Яна, будь всегда настороже, но и надежды не оставляй. Все равно никуда нам, девушкам, от мужиков не деться, и без них не прожить, — резюмировала Натали.

— Да, кстати, знаешь какие мужики самые страшные? — спросила она меня напоследок. Я отрицательно покачала головой.

— Те, что сбиваются в стаи. Если мужики решают вместе охотиться на девочек, и не конкурировать, то беда. Тут уж никакой пощады не жди. Выжмут все соки и не подавятся.

3.

Прошел мой первый месяц в качестве девушки. Дело было перед выходными.

Зазвонил телефон.

— Привет, подруга! — Алена как всегда излучала энергию и заставляла мир

вокруг нее вращаться быстрее. — Помнишь какой сегодня день? Праздник ведь,

нет? Надо бы отметить.

Я помнила. Для меня каждый день новой жизни был праздником. Но перспектива отметить маленький юбилей с Аленой — это был праздник вдвойне.

— Готовься скорее! — влетела она в мою квартиру. Все вокруг благоухало смесью ароматов духов, шампуней, гелей и бальзамов. На Алене было короткое черное платье в обтяжку, волосы собраны в причудливые круги на голове. Такая прическа выглядела необычно, но очень стильно и «по-дорогому».

Я перед этим тоже приняла душ, натёрлась всем чем только можно для красоты и здоровья кожи. Мой выбор наряда Алена не одобрила, но я уже была вполне себе самостоятельная девушка и настояла на своем выборе. Коротенькое розовое платюшко, такие же чулочки и туфельки. Я вся была розовая. Включая трусики и бюстгалтер. К моей чести все сидело идеально.

Алена улыбнулась:

— Не нравится мне розовый, но, дорогая, тебе он идет чертовски. Забираю свои возражение назад. Давай, теперь дело за макияжем. Делай вечерний, к черту скромность. Так что румяна в этот вечер на мне были ярче, тени темнее, чем обычно.

— Отлично, — подвела итог моих приготовлений Алена, — Дорогая, ты суперсекси красотка, так бы тебя и съела.

— Пасибочки, все благодаря yчитeльнице, — мои щеки раскраснелись и это было заметно даже под слоем румян.

— Готовься, идем в клуб. Будем отрываться на полную. Такую дату надо отметить как следует. Давай, для начала… — Алена достала из сумочки маленькую фляжку с коньяком. Мы сделали по глотку и весело застучали каблучками по лестнице. Внизу нас ждало такси. И тут у меня екнуло. Водитель был тот же, что и привез меня в первый день. Было видно, что он нас узнал. Интонация его сразу поменялась. Никакого почтения, полагающегося клиентам, он нам не выказывал. Благо, Алена все время что-то весело рассказывала мне, и я не очень заморачивалась этим неприятным типом.

Хотя во время поездки был один очень неприятный момент. С ним связался диспетчер, спросил, когда тот освободится.

— Минут через 10, — ответил таксист, — Завезу двух телок в клуб и свободен.

Это слово, «телки», резануло мне слух. А интонация с которой он его произнес, была и того хуже. В ней чувствовалось презрение и в тоже время похоть и желание обладания, подчинения. У меня слезы подступили к глазам, но, к счастью, Алена меня отвлекла очередной историей.

Клуб, в который она меня привезла, был известным и самым крупным в городе. Там было несколько танцполов и много разных зон. Клуб был дорогой. Мне доводилось там пару раз быть. Алена уверенно пошла к дверям.

— Подожди, — попросила я ее, и стала копаться в сумочке в поисках кошелька, — надо же заплатить за вход, сейчас найду деньги.

— Ха, дорогая, девушкам вход бесплатный, не знала, что ли! Если с кавалером идешь, то он платит за двоих, а если без, то бесплатно, — залилась она смехом.

— Ни фига себе, откуда же мне было знать, — пробормотала я.

Народа в клубе было очень много. Мы устроились в уголке самого большого танцпола. Я пробовала дома танцевать на каблуках, и у меня получалось. Но тут обстановка была другая. Так что надо было привыкнуть.К моему удивлению танцевать у меня получалось, вот только пару раз я чуть не навернулась с каблуков. Алена решила проблему просто. Мы сделали еще по паре глоточков коньяка из фляжки, я расслабилась, и каблуки меня больше не беспокоили.

Время полетело и я только поражалась, откуда во мне столько энергии и сил.

Впрочем, танцы я всегда любила. И теперь это были правильные танцы. Такие, какие я всю жизнь мечтала танцевать. Когда мы все же утомились, то заказали себе в баре по «Пина-коладе».

Музыка на танцполе грохотала так, что ничего не было слышно. Но после коктейлей да коньяка нам захотелось поболтать. Так что мы переместились в один из залов по соседству и присели на диван.

— Яночка, — начала Алена, — скажи, ты довольна? Я вижу, конечно, что да, но все равно должна спросить прямо.

— Господи, конечно, Алена, — я счастлива как никогда. — Я наконец обрела себя и живу той жизнью, какой хотела. У меня есть подруги, работа… Я ношу одежду какую хочу, мои волосы прекрасны. А лицо, тело. Они…они наконец то действительно мои…

— Хорошо, это все здорово, дорогая, — Алена прервала меня приставив свой палец к моим губам. — Но мне кажется, в твоей жизни все же кое-чего не хватает.

— Нет, нет, все отлично, — возразила я, но прекрасный утонченный палец с ярко-красным идеальным ногтем вновь прикоснулся к моим губам.

— Тебе не хватает мужика, не хватает секса, — с места в карьер рубанула Алена. И я хочу, чтобы сегодня мы нашли тебе здесь достойного молодого человека. Ты такая миленькая, нежная, скромная и при этом секси… Думаю, нам удастся подцепить сегодня кого надо. Тут бывает много хороших парней: богатых и не подонков. Иметь такую девушку как ты посчитает за счастье любой из них.

Я, протестуя, замахала руками. И поделись с ней своими опасениями, какие перед этим высказывала Натали, заодно пересказав Алене суть ее философии про природу мужчин.

Алена засмеялась:

— Да, Натали как всегда на высоте. Напугала и так напуганную девочку. Нашла кого слушать. Я обещаю, все будет хорошо, доверься моему чутью. Просто расслабься и будь собой. Тогда никто пред твоим очарованием не устоит.

— А вдруг мне нравятся девочки, а не парни, — пустила я в ход последний аргумент.

— Отлично, — ответ Алены шокировал меня, — это не значит, что тебе не понравится мужчина. По мне, так отношения между девочками — это часть дружбы, а вот с мужчиной надо жить. А если говорить о сексе — подружки всегда могут помочь друг-другу, если обе согласны. Но секс с мужчиной — это нечто другое.

От этих слов мое лицо запылало. Допив еще один коктейль, Алена прервала недолгую паузу:

— Кстати, Яночка, ты мне очень нравишься.

Я чуть не свалилась с дивана от этих слов, но Алена, не дав мне опомниться, встала, схватила меня за руку и потащила в другой зал, где, по ее словам, обычно тусовались самые лучшие мужчины города.

По направлению к этому же залу направилась пара парней.

— Идем в Биг Холл, — назвал один другому название зала, куда направлялись и мы, — туда постоянно приходят телки, чтобы сняться. Подберем себе кого-то на ночь, развлечемся.

Я была в шоке от такой грубости и зашептала об этом Алене.

— Опять! — она шутя погрозила мне пальцем. — Не слушай дурачков, мы не сниматься идем, а подцепить тебе кого-то. А может и не только тебе, — хихикнула она.

Зал, куда мы попали, был специально создан для свиданий. Он состоял из танцпола, бара и трех зон. Интерьер одной был в стиле милитари, эта часть предназначалась для мужчин. Противоположная, вся мягкая, обтекаемая и в нежных тонах, была женской. Третья, нейтральная по оформлению зона была с большими столами, креслами и диванами, за которыми легко могли поместиться как парочки, так и большие компании. Музыка на танцполе была громкая, но не настолько, чтобы мешать разговору. Ее подобрали так, что можно было танцевать и парные танцы, и в одиночку. Мы присели в женской зоне. Девушек было немного. Мужчины тусовались в своем милитари и, похоже, были вполне довольны тем, как проводят время. Водка и виски там лились рекой. Иногда кто-то из них все же шел в женскую зону и приглашал девушку потанцевать.

— Представляешь, — Алена сделала таинственное лицо, — владелец этого клуба омолаживался там же, где и мы. Там вообще, мне рассказывали, мужчин не меньше, чем женщин. Тоже выходят оттуда все такие гармоничные, пропорциональные, с мышцами, — она вдруг тихонько засмеялась, и зашептала, — А еще рассказывали, что они не все себе делают пропорциональным. Один орган всегда просят побольше, — мы обе захихикали, для меня так называемое мужское достоинство всегда было лишним и я была счастлива от него избавиться.

— Ой, кстати, вон, смотри, компания парней сидит, — указала она на мужскую часть, — одного из их я видела нашем омолаживающем центре, — мы опять хихикнули.

Их было четверо, и судя по виду, омоложение прошли все. Хотя, юношами они не выглядели. Здоровые такие мужики, полностью зрелые, спортивного вида. Было видно, что это уверенные в себе, знающие, чего хотят от жизни люди.

Я посмотрела на них, и мне показалось, что они тоже обсуждают нас. Один из них, тот самый, про которого говорила Алена, — встал и пошел в нашу сторону. Я заволновалась.

— Класс, вроде парни что надо, — прошептала Алена, — Смотри, смотри, он к нам идет, Яночка, все супер развивается. Думаю, один из них и окажется тем достойным. Вон, у одного вроде лицом помягче, думаю он и есть твоя судьба. А то остальные уж больно все брутальные.

От мужчины, который подошел к нам, буквально веяло какой-то внутренней силой.

— Здравствуйте девушки, — широкая улыбка полностью преобразила его лицо. Резкость куда-то ушла, будто предназначалась для всего мира, кроме нас.

— Меня зовут Петр. Я и мои друзья просим вас составить нам компанию, и украсить этот вечер. Оставшаяся троица не спускала с нас глаз, они тихонько переговаривались между собой, но по выражениям лиц ничего понять было нельзя.

— Вы умеете находить правильные слова, — улыбнулась в ответ Алена. — Украсить мы всегда рады. Пойдем, Яночка, — она взяла меня за руку и мы пошли в центральную общую зону. Компания мужчин поднялась и направилась туда же.

Все мы разместились за большим столом. Алена представила нас. Друзей Петра звали Руслан, Тимур, а самого молодого на вид, про которого мне перед этим говорила подруга, Олег. Мужчины расселись так, что Олег оказался рядом со мной, а Петр рядом с Аленой. Все они сыпали анекдотами, и вообще, как оказалось были довольно эрудированные.

Вскоре Олег пригласил меня на танец. Сказать, что я волновалась, ничего не сказать. Впрочем, я легко и естественно положила свои руки на его, взявшись за плечи мужчины, когда тот обнял меня за талию. Олег вел уверенно, я сразу почувствовала его силу и уверенность, и, неожиданно, от этого расслабилась и просто отдалась танцу, который пролетел для меня как один миг.

Когда началась следующая песня, на танец меня пригласил уже Андрей. Я вопросительно посмотрела на Олега, но тот улыбнулся, сказал, что не против и спокойно пошел за стол. Андрей танцевал не хуже. Я увидела, что на этот раз танцует и Алена. Ее пригласил Петр. Когда наши глаза встретились, она улыбнулась и подмигнула мне. После Андрея я танцевала с Тимуром, а Петр опять танцевал с Аленой. Он что то шептал ей на ухо и та смеялась.

— Похоже, моя подружка нашла себе пару на вечер, и может даже не на один, — подумала я. Это меня ничуть не расстроило. Внимание сразу трех мужчин мне очень льстило, хотя никто из них и не проявлял такого рвения, как Петр в отношении Алены. Зато я полностью успокоилась и расслабилась. Я была собой, очаровательной девушкой и внимание мужчин ко мне представлялось совершенно естественным. Танец с Тимуром закончился и все снова сели за стол. Опять были анекдоты и нам заказали по коктейлю. Петр заказал для Алены, Олег для меня.

Подошло время следующего танца.

— Это несправедливо, — сказал Петр, — Яночка уже всем подарила по танцу, а меня обделила. Разреши пригласить тебя на танец, милая.

Я очень удивилась и вопросительно глянула на Алену, но та лишь улыбнулась и кивнула головой. Я согласилась и Петр повел меня на танцпол. Алена осталась сидеть с парнями.

Петр танцевал так же уверенно, как и его друзья. Внезапно его руки скользнули по моей талии вниз, и его большущие руки легли на мои ягодицы. Он уверенно, но не очень сильно сжал их своими ладонями, при этом притянув меня ближе к себе, прижав грудью и немного задрав платье. Я даже ойкнула от неожиданности. Вся компания за столом в это время смотрела в другую сторону.

— Ну, что, девочка, я нравлюсь тебе, — зашептал он, я же постаралась отстраниться от него. Но не тут то было. Он уверенно прижимал меня и я ничего не могла поделать. Раньше я не задумывалась, что мужчины окажутся настолько сильнее меня.

— Сделаешь мне хорошо этой ночью, — вопрос звучал как приказ.

— А ..а..а как же Алена, — от волнения и удивления я даже стала немного заикаться.

— Ну, она… — Петр не закончил фразу и помахал компании, которая теперь смотрела в нашу сторону. За миг до этого он расслабил хватку и вернул свои руки опять на мою талию. Танец закончился, и он опять присел рядом с Аленой. Как ни в чем не бывало продолжил ее обхаживать. Олег же сыпал комплиментами в мой адрес.

— Яночка, мы тут разговаривали об искусстве, — сказала мне Алена. Так вот, Андрей говорит, что у него есть своя то ли галерея, то ли музей, я так толком и не поняла. Он предлагает нам съездить, посмотреть.

Я согласилась сразу. Из-за выходки Петра вечер мне казался испорченным, оставаться в клубе не хотелось. Мы сели в два такси и поехали. Нас с Аленой рассадили. Она села вместе с Петром на заднее сиденье одной машины, к ним вперед подсел Тимур. Я ехала рядом с Олегом и Андреем. Олег всю дорогу молчал и не проявлял ко мне особого внимания. Я только чувствовала его тяжелое дыхание. Андрей без умолку что-то рассказывал про галереи.

Мы ехали минут двадцать. Было темно и я не поняла, куда нас привезли. Мужчины помогли мне выйти и расплатились. Такси, на котором ехала Алена, уже высадило пассажиров и отъезжало. Но Алены и ее спутников я не увидела.

И тут я заметила, что таксист, который нас привез, опять был тот же мерзкий тип. Он откровенно пялился на меня и ухмылялся. Мне стало не по себе, и я с радостью вошла вслед за Андреем в здание.

— Плохой знак, — мелькнула в голове мысль.

Дом, в который нас привезли, оказался огромным, основательным особняком. Вход украшали колонны. Мы вошли в холл, потом прошли по коридору, и свернули в открытую дверь.

Это был большой зал, мне показалось, что его стены обиты чем-то мягким. Хотя на них и висели какие-то картины.

4.

— Ну, Яночка, добро пожаловать в наш музей, или галерею, кому как больше нравится, — засмеялся Андрей. И смех этот не походил на тот, что я слышала в клубе и такси. Он был недобрым. Я оглянулась на Олега, тот только ухмыльнулся. Я подошла ближе к стене и увидела, что на картинах изображена чистая порнография, да еще с явным БДСМ-уклоном. Мне это совершенно не понравилось, и заявив им, что это плохая шутка, я развернулась и пошла к выходу. В это время в дверь вошли Петр, Тимур и Алена. Точнее Петр вел Алену на поводке, ее руки были за спиной, похоже чем-то связаны, во рту был резиновый красный шар, ремешки которого сходились на затылке моей подружки.

Этот шар не давал ей говорить и кричать. Глаза были полны слез.

— Бежать, бежать, скорее бежать прочь отсюда, — в голове билась только одна мысль, — но надо помочь Алене!

Я что было сил рванулась к ней, но буквально повисла в воздухе. Олег крепко держал меня за руки. Они сами собой устремились назад и я услышала щелчок. Запястья свелись за спиной вместе и их держало что-то мягкое, но при этом непреодолимое. Алена тоже рванулась в мою сторону. Я увидела, что ее руки скованы сзади какими-то странными наручками, обитыми мехом и поняла, что на мне такие же. Я хотела крикнуть ей, что надо спасаться, но звук моего голоса вдруг превратился в странное мычание, а рот я так и не закрыла, в нем оказался такой же резиновый шар как у Алены.

Инстинктивно я снова рванулась к ней, и на этот раз меня никто не держал. Алену тоже. Мы остановились посредине комнаты. Две подружки, с кляпами во ртах и скованными за спиной руками. Мы встретились зареванными глазами и без слов бросились к выходу. Алена бежала быстрее и ровнее, а я пару раз чуть не упала, потому что подворачивались каблуки. Мы добежал до дверей, повернулись к ним спинами и стали пытаться повернуть ручку. Но дерганье оказалось бесполезным. Двери были заперты. Четверка мужчин не спеша подходила к нам со зловещими улыбками на лицах.

— Что, птички, попались в клетку? — процедил сквозь зубы Петр. В ответ мы обе бросились к окну. Видя, что путь Алене преграждают Тимур с Андреем, я бросилась им в ноги, давая подруге пробежать мимо них. Упасть мне не дал Тимур, подхватив на лету. Он жестко встряхнул меня, поставил на ноги и отпустил. А в это время Петр на лету схватил Аленин поводок, болтавшийся в воздухе и грубо притянул ее к себе.

— Тихо, тихо, успокойтесь, курицы тупые, — засмеялся он. Мы же опять бросились между своими похитителями к окну, но были под смех четверки схвачены, и вновь отпущены. В третий раз нам дали подбежать до цели. Окно было наглухо закрыто и зарешечено.

— Все же меня поражает бабская тупость, — сквозь смех проронил Андрей и остальные весело закивали ему в ответ.

— Так, — громко и серьезно заявил Петр, — а теперь, овцы, обе угомонились и слушайте меня. Вы — наше развлечение на эту ночь, а может быть и не на одну. Нам будет весело и мы получим максимум удовольствия, ебя вас как последних шлюх. Вам точно будет больно и, может быть, иногда хорошо. Это уже зависит, как вы себя настроите. Можете кричать и плакать, если вам хочется, нам это нравится. Здесь никто вас не услышит и не придет на помощь.

Петр замолчал на миг и продолжил:

— Мы тут, пока вы танцевали, навели справки и знаем о вас все, включая Яночкин секрет. — он ухмыльнулся. Так что она в полной мере прочувствует сегодня, каково это — быть телкой. Все мужики заржали.

— А теперь, тупые дырки мы освободим ваши рты, потому что им надо будет хорошо поработать. Предупреждаю, ночь будет длинной, никто никуда не спешит, так что расслабьтесь и попробуйте получить удовольствие, хотя нас оно не интересует. Потому что ваши дырки, сиськи, руки, ноги и здесь только для нашего удовольствия. Вы, безмозглые куклы, просто игрушки для таких мужиков как мы. Вы существующие только чтобы нам служить и нас развлекать.

Пока он это говорил, мы с Аленой смотрели друг на друга. Она заплакала.

— Яночка, милая, прости меня пожалуйста, я не знала, кто они, не знала, что все так обернется. Прости, прости, если можешь за то, что из-за меня ты попала в этот кошмар.

Эти слова меня удивили.

— Алена, не плачь, прошу тебя! Ты ни в чем не виновата! Это они…

Она прервала мои слова, оборачиваясь то к одному то к другому мужчине

— Ребята, молю вас, отпустите Яночку. Она не готова к такому, она не вынесет, прошу, пожалуйста, я буду стараться для вас, вам понравится, обещаю, только отпустите ее…

— Фу, бля, реально тупая овца, — перебил ее Петр. — Кто тебе вообще разрешил с нами разговаривать, совсем охренела?! Мы сами знаем что делать. И решаем сами, кого и как ебать. Ну ка, парни, давай заткнем этим безмозглым шлюхам рты.

Сильные руки схватили нас, и поставили рядом на колени. Они содрали наши платюшки вниз так, чтобы груди обнажились. Снизу наоборот их задрали, так что всем стали видны наши мини-трусики, пояса и чулки.

— Уххх, блять как же хочется выебать этих пустых кукол, — чуть не хором взревела компания насильников. Четыре члена оказались прямо напротив наших ротиков.

— Так, парни, разделим шлюх, — скомандовал Петр, мастурбируя свой стоящий колом член — Андрюхе с Тимуром старшая блядь, а мы с Олежей пока поучим мелкую шлюшку.

Он схватил меня за волосы и по полу оттащил от Алены, потом большим и указательным пальцем сжал щеки, заставляя открыть ротик. Намотав мои волосы на кулак, он с силой загнал свой член в мой ротик. Я почувствовала, как его горячая упругая плоть достает мне до самого горла. Члены у обоих были просто огромные. Я таких раньше никогда не видела, разве что в порнофильмах. И по длине и в толщину они были раза в два больше того, каким когда-то обладал я, а ведь он считался вполне нормальным. От вида этих гигантов я почувствовала, что у меня глаза полезли на лоб. Реакция была настолько явной, что оба моих мучителя засмеялись.

— А так как думала, маленькая шлюха, тебя тут будут щекотать огрызками, типа того, что был у тебя раньше, — сказал Олег, повернув мое лицо к себе, и стал хлестать по нему своим огромным шлангом. Я отворачивала голову и отстранялась. Тогда Петр сильнее накрутил мои волосы на кулак и приподняв меня процедил:

— Будешь во всем нам подчиняться, любую прихоть исполнять, иначе изуродую твою любимую подругу, поняла, тупая пизда. Один раз говорю. Повторять не буду.

Напротив, с насильниками пыталась бороться Алена, но вскоре стихла и я увидела, как Андрей с Тимуром по очереди трахают ее в ротик. Она не сопротивлялась и послушно высовывала язычок, когда ей приказывали. Язычок был прекрасен, пропорциональный, остренький и довольно длинный. Я знала, что и мой такой же, потому что не раз строила сама себе рожицы перед зеркалом. На миг я очутилась в своей уютной комнате, забыв об окружающем меня кошмаре. Я стояла перед зеркалом и любовалась своим изящным личиком, из ротика которого игриво высовывался язычок.

— Я кому, сказал, бляяя, шлюха, высунула язык и сосать мне хуй, — Петр рассвирепел от того, что пришлось повторять приказ. Пощечина вернула меня в реальность и тут же мой рот оказался заполнен его гигантским членом, который уперся в горло. Мои губки так и не достигли его основания, таким он был длинным. Петр прижал мою голову к своему паху и я стала давиться и задыхаться. Ротик наполнился слюной. Она искала выход, не находила его и душила меня. Внезапно он отстранился и липкие слюнки потянулись за членом, пачкая мое личико и грудь.

-Йесс, даа, — зарычал Петр, — соска! Он рукой отбросил мою голову назад, дав пару секунд для глотка воздуха. — Высунула язык, так, да, — впереддд, соска, — и он с силой насадил мою голову на член Олега. История повторилась и липкие слюнки вырвались наружу.

— Дааа, — прорычал на этот раз Олег. — соси, соси сука! Я постаралась взять член в ротик, но Петр, управлявший моей головкой, опередил меня и загнал своего гиганта прямо в горло. Я задергалась на члене, стремясь избавиться от рвотных позывов.

— А никто не говорил, что будет легко, — засмеялся Петр, — видишь, Яночка, каково быть телкой. Быть телкой, значит быть шлюхой, а быть шлюхой, значит вот так работать ртом, — и еще раз воткнув член в мой рот он бросил меня на пол, где я распласталась без сил, жадно глотая воздух.

Подняв глаза, я увидела, что Алена мастерски отсасывает члены у своей пары насильников. Те были к ней более милостивы.

— Таак, — произнес Петр, а ну ка, мужики, тащите свою дырку сюда, пусть грязные шлюхи почистят рожи друг друга. — К этому времени Алена была уже в одних чулках и туфлях. Платье, ливчик и трусики с нее сорвали. Она на коленях стала подходить ко мне, ведомая поводком Тимура. Член его и Андрея вздымались кольями и были не меньше, чем у Петра и Олега. Они угрожающе раскачивались от их шагов.

Я не отрывая смотрела на Алену. Моя подружка была прекрасна. Аккуратная

грудь была больше моей, с большими ареалами под сосками, плоский животики широкие бедра, идеально ровные длинные ноги. Она была примерно на полголовы выше меня и чуть крупнее. Ее красота вызывала восхищение и желание преклоняться. Но только не у наших мучителей. Для них мы обе были просто кусками мяса для сексуальных забав.

Стоя на коленках, мы подошли друг к другу и обнялись. Из глаз обоих брызнули слезы. Она опять стала просит прощения и извиняться. Я отвечала тем же, говоря, что это из-за меня она сюда попала.

Алена взяла мое личико в ладошки и поцеловала меня в губы. Потом еще раз. Я ответила. Во время следующего поцелуя наши язычки встретились. Они ласкали друг друга, старая уцепиться один за другой, а губы в это время были слиты воедино.

Потом Алена принялась слизывать с меня размазанные слюнки, сама пачкаясь ими, поэтому я принялась облизывать ее в ответ. Забыв все вокруг, мы с упоением ласкали друг дружку.

Насильники в это время принесли себе по стулу и уселись вокруг. Они не спеша мастурбировали себя, отпуская в наш адрес грязные шутки. От поцелуев подруги моя грудь задышала глубже. Сосочки затвердели, торча вперед. Ниже животика все потеплело и намокло.

Ладошки Алены с моих щек скользнули вниз, и стали ласкать сисески.

— Маленькая моя, я сделаю тебе хорошо, я должна сделать тебе хорошо, иначе беда, — зашептала она, продолжая ласкать одной ладошкой грудь, а другой опустилась ниже, между моих ножек. Я рефлекторно изогнулась и застонала, когда ее пальчик проскользнул в мое теплое лоно.

Я стала ласкать её в ответ и сама не заметила, как опустилась ниже, лаская язычком ее киску. Голова закружилась от запаха и соков подружки, обрушившихся на меня. Но долго насладиться писенькой Алены мне не дала она сама, ласково опрокинув, и начав тщательно вылизывать уже мою киску. Я стала извиваться и потекла. Действительно потекла. Ротик моей подружки был волшебным. У меня получилось лечь так, чтобы ласкать пальчиком писечку Алены. От ее ласк я просто поплыла. Казалось, еще чуть чуть, и я кончу.

— Эй, эй, смотри ка, тупые пизды разошлись, — закричал Петр, — Мужики, я думал мы себе заграбастали простых шлюх, а оказалось, что это лесбиянки. Вы что, бляди, забыли, для чего нужны ваши дырки. Или думаете, что можете своими блядскими языками и пальцами заменить настоящий мужской хуй!? Ну ка, парни, давай порвем этим безмозглым пиздам их дырки, рты и жопы. Пусть на всю жизнь нас запомнят. Наши с Аленой ласки грубо прервали, растянув в стороны за волосы. Мучители поставили нас на четвереньки под углом, так, чтобы мы могли видеть одна другую.

Сзади меня пристроился Олег, а к Алене Андрей. Впервые в мою киску вошел мужской член. Я мысленно поблагодарила подружку за ее ласки. Благодаря им киска была хорошо смазана и увлажнена. Иначе член Олега просто порвал бы мою тугую дырочку. Она и так нелегко приняла его. Видимо, я опять вытаращила глазки, когда он вошел в меня. Потому что все мужики в этот момент удовлетворенно заржали, а по щеке Алены потекла слеза. Тимур с Петром долго без дела не стояли. Они пристроили свои члены в наши ротики и я перестала видеть подругу.

Вместе с Олегом они умудрились иметь меня в едином ритме, максимально насаживая на свои члены спереди и сзади. Порой мне казалось, что они прорвут меня насквозь и их члены встретятся внутри моего тела.

Прошло какое-то время и я поняла, что адаптируюсь к происходящему. Моя киска приспособилась к размерам Олегового члена и плотно обхватила его, усиленно выделяя смазку. Я осознала, что несмотря на член Петра, имеющий мой ротик, я умудряюсь постанывать от удовольствия. Ротик тоже уже не так давился как по началу, найдя положение, когда член входил в него как можно глубже, и при этом не душил.

— Вот так, да, так, правильно, вижу соска, ты вошла во вкус, но язык, не забывай высовывать, — говорил Петр, пока Олег наяривал мою киску сзади.

— Ррррр, — страстно зарычал Петр, и схватив меня за волосы страстно воткнул член поглубже в мое горлышко, — Меняемся!

Пока Олег с Петром менялись местами, я увидела, что Алена уже лежит на спине, задрав разведенные ножки, ее киска хлюпала от бьющегося в ней члена Тимура, а ствол Андрея она страстно ласкала ротиком, склонив голову на бок.

— Как хорошо, что ей приятно, — мелькнула в голове мысль, но была вытолкнута из сознания членом Олега.

-Язык, соска, высунула язык, — прорычал он, отвесив мне пощечину.

— Ой, язычок, совсем забыла, — послушна подумала я, быстро исправляясь.

Петр трахал киску немного не так, как Олег. Он двигал членом более умело, то вставляя его, глубже, то лаская им губки моей киски, то надавливая на боковые стеночки. Я потекла сильнее и стала подмахивать ему попой.

Петр опять зарычал, на тот раз от удовлетворения.

— А говорила, что не шлюха. Ишь, разневестилась, течет как последняя сучка, подмахивать научилась. Смотрю, тебе и правда назад дороги нет, Яночка. Теперь ты самая обычная шлюха, не больше. Не осталась в тебе никакой загадки, — засмеялся он. Я, к своему стыду, в тот момент была полностью с ним согласна. От стыда из глаз в очередной раз потекли слезы.

— Погоди, погоди реветь то, — пробормотал Петр, рано еще, после чего, раздвинул мои ягодицы и плюнул на дырочку в попе. Он начав массировать ее большим пальцем. А я, лишь стала подмахивать сильнее, вызвав его удовлетворенное кряхтение. Но потом он резко просунул палец в попу. Колечко ануса с трудом пропустило его, мне было больно и я вскрикнула, выпустив член Олега.

— Сосать, не останавливаться, — прикрикнул Петр и наотмашь шлепнул меня по попе. Потом еще и еще раз, пока я вновь не стала старательно удерживать член Олега во рту.

Внезапно Петр резко вытащил член из моей киски и силой продавил его внутри попы. Я заверещала от боли, отпустив член Олега и подалась вперед, освобождая попу от источника боли.. Но насильник крепко держал меня за бедра, не отпуская. Он принялся грубо трахать мою попочку, параллельно без остановки шлепая мои ягодички.

— Молчать, молчать, безмозглая шлюха, — орал он, ты что думала, мне твоей мокрой щели достаточно. Да это все и не ебля вовсе. Нахуя мне пизда, я мaльчик, что ли?! Мужик должен порвать шлюхе жопу, если он действительно мужик!

Олег в это время пощечинами вернул мой ротик на свой член. Мне было очень больно. И щекам,и ягодицам, но больше всего дырочке в попе. Мне казалась, что Петр разорвал ее своим членом.

— Вот так, да! В жопу тебя ебу, пизда тупая! — комментировал он процесс. — Ничего, Олежка, потерпи, скоро поменяемся.

После того как Олег и Петр поменялись местами, стало немного легче. Попа привыкла, да и Олег двигался в ней не так резко. Я вновь стала ощущать свою киску, и к моему удивлению, она и дальше оставалась мокренькой,

Петр провел по ней ладонью. Поняв, что там происходит, он перевернулся на спину, посадил меня на свой член попой, развернув задом к себе. Он приказал мне прыгать на члене, а Алена в это время язычком лизала мою киску. Сама она сидела сверху на члене Тимура, а Андрей сзади пристроился к ее попочке.

Не смотря на боль в попе, я не вынесла таких ласк подружки и бурно кончила, обрызгав своим сквиртом ее личико. После этого силы оставили меня. Я свалилась на Петра, выпустив член Олега изо рта.

— А ты как думала, шлюха, — засмеялся он, — Мы будем ебать тебя до потери сознания, но и оно нас не остановит. Все засмеялись. А Петр сказал товарищам поменять позы. Теперь он с Олегом овладевали мной в попу и киску, а я ласкала язычком сладкую писечку Алены, пока моя подружка не кончила.

А потом, потом было настоящее испытание. Петр решил, что меня надо поиметь в попу сразу двумя членами. Дырочка там сопротивлялась, попросту не могла принять их. Я рыдала и умоляла их оставить меня в покое. Алене приказали опять лизать мою киску, но в этот раз это была лишь помощь, а не удовольствие. В конце концов, после того, как меня отхлестали по щекам, сисечкам и ягодицам, я уже мало что соображала, и мои мучители сумели просунуть в мою попу сразу два члена, под улюлюканья других насильников. Алену тоже не минула эта судьба. Но я обратила внимание, что члены вошли в ее попу довольно быстро, а она при этом, повизгивая от боли, умудрялась ласкать сама себе киску.

Петр, схватив меня за волосы, повернул к Алене:

— Смотри, тупая пизденка, и учись у этой грязной шлюхи. Алена слышала это. Она покраснела от стыда, из глаза стекла слезинка, но ее пальчики лишь сильнее теребили клитор.

Пока длились все эти пытки, мою ручки так и оставались скованными за спиной. А вот Аленины они освободили. Ни один из мужиков за это время так и не кончил, Хотя головки на их, торчащих кольями членах, были раздуты как перед перед разрядкой.

Затем последовала пауза. Насильники опять расселись вокруг нас на стульях, откинувшись на спинки и не спеша мастурбируя себя. Мы же, расплакавшись, вылизывали друг другу порванные попочки, шепча признания в любви и заверения облегчить участь одна другой.

— Аленушка стой, не шевелись, шептала я , погружая язычок в ее попочку, сейчас, станет легче.

— Спасибо, спасибо дорогая, лучшая моя подружечка, — отвечала та, — давай, теперь я, поласкаю тебя, твоя попочка пострадала больше, я же видела. Сейчас я сделаю ей хорошо, вот так, да? Так хорошо же?

Мы опять целовались, ласкали киски и многострадальные попочки. Наших мучителей это сильно забавляло. Они улюлюкали от удовольствия.

Потом поднялся Петр и провозгласил:

— Ну, что продолжим учебу шлюх?

В этот раз в мою сторону он пошел с Андреем. Олег с Тимуром уложили Алену на пол, прижав спиной к дивану и задрав ее попу вверх.

— Сейчас мы как следуем прокачаем твою жопу, тупая пизда, — заявил Тимур, после чего они с Олегом по очереди принялись сверху вставлять на всю длину своих длинных монстров в бедную Аленушкину попочку.

Но меня ждало испытание похлеще. Мне на полминуты расковали руки, чтобы сковать их над головой. Через балку на потолке были переброшены веревки. К ним меня и привязали, натянув так, что я стояла чуть ли не на носочках.

Вокруг сисечек Петр плотно обмотали веревки, так, что те вскоре разбухли, и отекли. Оба насильника по очереди крутили мои сосочки, хлестали по сисечкам, попе и писе сначала ладонями, а потом специальным хлыстиком. От его ударов я визжала, плакала и умоляла прекратить экзекуцию, обещая всю жизнь сосать им члены и принимать в киску по первому зову.

Они лишь смеялись в ответ, говоря, что я и так буду все это делать, и много чего еще. Вдоволь поиздевавшись надо мной, насильники спустили меня в полуобморочном состоянии на пол, уложили на мат и принялись иметь меняясь парами, оставив Алену в покое. Та без сил лежала на полу и смотрела как четыре мужчины продолжают меня насиловать.

Петр продолжил свои нотации.

— Ну что, тупая пизда? Как тебе быть девочкой? Нравится? Или уже пожалела, и хочешь член обратно? Может вообще хочешь в нашу компанию?!

Я в ответ лишь едва слышно прошептала:

— Нет, никогда! Я девочка, и всегда ею была.

— Это точно, — засмеялся Петр в ответ, — Я таких безмозглых овец еще никогда не встречал, хотя чего только не пробовал в жизни. Ну что ж, тогда получай опять хуи во все дыры, да побольше! Девочка, так девочка!

Все мужики вместе с ним угорали от веселья и продолжали вертеть меня на своих членах как им заблагорассудится. Я на какое то время отрубилась..В себя меня привел приказ Петра:

— Ну что, шлюха, вперед, за новым опытом!. Меня поставили на колени и заставили по очереди снова сосать члены всей четверки. Высунув язычек я старалась как могла, но потом все равно все свелось к жесткому траху моего горлышка. Я опять была покрыта густыми слюнками — и личико, и грудь, и животик.

Потом все четверо насильников окружили меня, и помогая себе руками, стали кончать в мой ротик. Мне приказали высунуть язычок и не потерять ни капли. Но мне это плохо удавалось. Сперма было много, очень много. Казалось, что огромные яйца этих мужиков могут вырабатывать ее литрами. Я старалась проглотить все, что попадало в ротик, но многое не успевала. Липкое семя стекало по подбородку, на сисечки и животик. Сперма выходила из четырех членов толчками и не все выстрелы попадали точно. Лоб, щечки, губы — все мое лицо было в сперме. Я поразилась, что мне нравится ее вкус, и вообще нравится ощущение липкого семени на своем теле.

— Вот тебе и награда, хуесоска, — изрек Петр, — Как кончина на вкус, нравится?

Я закивала в знак согласия, собирая сперму по телу пальчиками и облизывая их.

— Смотри, какая жадная шлюха, даже с любимой подружкой не хочет делиться кончиной, — сказал Андрей, вызывая всеобщий смех. — Что расселась, иди, чисти эту конченную, точнее обконченную. соску, — приказал он Алене.

Та на четвереньках засеменила ко мне и мы стали опять целоваться, размазывая сперму по лицам друг дружки, собирая ее пальчиками с моего тела, и обсасывая их. Потом нас за волосы, пригнув к земле, затащили в какой-то фургон, бросили там на пол и вывезли за город.

— И помните, овцы, это не конец, теперь вы наши шлюхи, мы все знаем о вас, так что ждите, мы снова вами воспользуемся вами, когда будет настроение. Будет весело, обещаем. Естественно, нам весело, не вам. — заявил Петр по дороге.

Нас бросили в заброшенном складе, в котором зияли выбитые окна и двери, а на полу валялся старый матрас.

— Сами уж домой доберетесь, как оклемаетесь, — крикнули нам мучители и мы услышали, как от здания отъезжает машина.

Там мы снова целовались и ласкали горящие и саднящие дырочки, стараясь облегчить боль. Обессилев, я и Алена без сил улеглись, обнявшись, и уснули, не размыкая губ.

Уже когда глаза закрылись, я услышала ее шепот:

— Все, все подружечка, наконец все закончилось, теперь впереди нас ждет только хорошее.

— Конечно, Аленушка, я тебе верю, — прошептала я в ответ, — И помни, что я твоя должница вовек. Спасибо, что ты сделала меня девочкой. Я люблю тебя.

-Я тоже тебя люблю, моя дорогая, — ответила мне лучшая подружка и мы уснули.

Пескоструйная обработка в Тюмени Пескоструйная обработка в Тюмени Квартирные переезды Уфа Натяжные потолки