шлюхи Екатеринбурга

Подарок директору

— Так, ребята, девчата! Ну-ка прекратите галдёж и постройтесь пожалуйста вот здесь во дворе для знакомства! — этими словами директор садового хозяйства Олег Борисович Королёв встретил высыпавших из двух вахтовок студентов, приехавших на уборку урожая слив.

С долгой суетой, весёлыми шутками, переталкиваниями и прикольными заменами в строю «по росту», чего Олег Борисович совсем не просил, разношёрстная девичья команда сгруппировалась в линию перед машинами. Впрочем, как сразу мельком отметил для себя председатель, совсем девичьей вновь прибывшая рабочая сила не была. Среди студенток каким-то образом затесались три странные лохматые личности мужского пола. Эти «сушёные, очкастые Гераклы», как их тут же окрестил про себя директор, никак не подходили на роль строгих хозяев и охранников этого роскошного женского курятника.

«С такими хлюпиками можно не считаться!» — вдруг мелькнула в голове шальная мысль: «А раз так, не потоптать ли мне в качестве вознаграждения какую-нибудь из этих молоденьких курочек!» Эта внезапная мысль заставила напрячься огромный, скрытый под полами пиджака, директорский член. Загоняя до поры до времени подальше крамольную похоть, Олег Борисович поправил складки одежды, солидно крякнул и начал деловую часть встречи.

— Ребята, вдоль сливовых посадок проезжали, фронт работ видели?

— Видели! — бойко отозвалась из центра строя высокая белокурая девица.

(«Эх! Хороша, малышка! 20 лет. Грудь — верная троечка, длинные ножки, носик горбинкой, блондиночка и видать темпераментная, вон, как резво встряла, хотя конкретно её никто ни о чём не спрашивал») — мельком подумал про себя Олег Борисович, а вслух быстро продолжил:

— Убрать нужно всё, до последнего плода! Кормёжка в столовой за счёт хозяйства, три раза в день. Оплата сдельная по факту выполненных работ. Проживание — на участках в полевых вагончиках. Условия устраивают?

— Устраивают! — весело откликнулся хор голосов, среди которых выделялся низкий грудной тембр высокой блондинки.

(«Всех бы вас кобылок по очереди перетрахать!»)

— Постельное бельё на сегодняшнюю ночь («Блин, самые подходящие слова для такой клубнички!») возьмёте на складе у Егорыча, вот у него.» — Олег Борисович показал рукой на сухощавого, пропитого рабочего-алкаша, ведавшего скудной матчастью хозяйства.

— На работу по участкам вас развезут завтра, там и будете жить бригадами до конца сезона. («Ого, а ведь это шанс! Если девки разъедутся по участкам, то не будут точно знать, где, кто находится до самого конца работ. За три недели вполне можно будет какую-нибудь красотку тихонько умыкнуть под предлогом перевода на другое место работы. А вместо этого увезти к себе на дальнюю фазенду и отлично там позабавиться. Попробовать что ли Марку позвонить, чтобы посодействовал».) Сегодня отдыхайте с дороги, располагайтесь в этом доме, извините, что не гостиница.

— Да мы справимся, не беспокойтесь! — снова весело крикнула грудастая блондинка в центре.

(«До чего бойкая, сучка, староста у них что-ли? Так ведь и нарывается на совместную баньку на фазенде! Точно позвоню Марку сегодня. Только нужно какую-нибудь девочку окончательно выбрать и всё хорошенько обдумать.»)

— А теперь давайте знакомиться! Меня зовут Олег Борисович Королёв. Я директор этого садового хозяйства. По всем вопросам, касательно устройства быта, работы («И секса тоже, ой, осторожней же надо, чуть было вслух не сказал!») обращаться напрямую ко мне. А теперь по очереди скажите, как вас зовут?

— Ольга Иващенко!

— Нонна Полыгалова!

— Дмитрий Уханов!

— Дарья Пегова!

— Оля Никиенко!

— Наташа Инина ….

По студенческому строю бодро и быстро катился шум весёлой переклички. Директор вполуха слушал имена и мельком глядел на представлявшихся, а сам лихорадочно размышлял, как бы получше обстряпать назревавшее дельце.

(«За помощь Марк, конечно, потребует денег! Где их взять до конца года? Может девчонку предложить в качестве оплаты? Взять то его пацаны наверное возьмут, до баб они дюже как охочи, но мне потом доставят замученный, сломленный на всё согласный сексуальный огрызок. А так хотелось бы свеженькую, непуганую..! Может двух забрать? Это уже рискованно, а если Марку вторая не понравится? Может фотку общую сделать, чтобы парни сами выбрали? Отлично! Это идея!»)

Между тем перекличка подходила к концу.

— Ирина Волегова! — представилась предпоследняя в строю девушка, полненькая, вяловатая и явно не подходящая для намечавшейся секс-программы.

(«Эта пусть на сливах хорошенько поработает, может лишний жирок заодно скинет»).

— Вера Орлова! — услышав этот последний на перекличке голос, директор глянул на говорившую и обомлел. Перед ним, гордо подняв голову, стояла редкостной красоты девушка с открытым весёлым личиком, томным взглядом карих глаз и стройной фигуркой.

(«Вот кто поедет ко мне на фазенду») — подумал Олег Борисович и резко повернулся к строю, чтобы не вызвать долгим взглядом излишних и небезопасных студенческих пересудов.

— Так ребята, девчата, а теперь, по традиции нашего хозяйства — совместное фото на память о начале трудовой страды. Давайте я вас размещу получше, как опытный фотограф.

Презрительно отказавшись от предложения трёх «сушёных Гераклов» залечь впереди намечавшейся фото композиции («Эти уроды закроют Марку и его парням хороший обзор роскошных девичьих ляжек».), Олег Борисович тщательно расставил студенток так, чтобы на фото чётко были видны все женские прелести наиболее симпатичных девчат. Пацаны, уродины, толстушки и назначенная для похотливых директорских забав Вера Орлова были твёрдой начальственной рукой отправлены на задний ряд фотокомпозиции.

— Ну, ребята, девчонки, приподняли головы и груди (весёлый смех в рядах), улыбочку! Отлично! Ещё разик!… Ну всё, ждите отпечатанных снимков. А теперь, все дружно на склад за бельём и отдыхать перед долгой крестьянской страдой. Егорыч — обеспечь их всем самым лучшим!

Произнеся эти слова, Олег Борисович метнулся в свой кабинет, на ходу выдирая из фотоаппарата флешку. Засунув её в работающий компьютер, директор с вожделением глянул на открывшийся во весь монитор снимок. Изображение по своей композиции было мало художественным, но чётким и напоминало завлекательный эротический подиум. Одиннадцать более-менее симпатичных девиц, словно стоящие на панели проститутки, во весь рост демонстрировали все свои достоинства. Из за их спин робко выглядывали едва заметные лица парней и менее сексапильных представительниц группы. Там же затерялось милое личико Веры Орловой.

Директор воровато оглянулся, защёлкнул кабинет на задвижку, достал из ширинки здоровенный, отчаянно стоящий мужской отросток и взяв его в кулак набрал по мобиле телефон Марка.

— Привет Марик!

— Здорово Борисыч, коль не шутишь.

— Твои ребята ещё не соскучились по женской ласке?

— А что можешь что-то реальное предложить?

— Мне сегодня на уборку привезли 20 молоденьких студенток, могу выделить вам любую из них на выбор, на три недели.

— Так долго не надо, надоедает. Давай дней на пять. А самому-то тебе, старому козлу, за это что надо сделать?

— Поможете даром вторую красотку ко мне на фазенду пристроить?

— Подобрал уже кого-то что ли?

— Ну да, есть там одна прикольненькая, но ваши ничем не хуже.

— А как мы их поглядим?

— Завтра я к вам приеду — покажу фото, я всех запечатлел в лучшем виде, всё вплоть до промежностей видно.

— А что по электронке не пошлёшь.

— Нет лучше лично.

— Ну ладно, давай завтра. Покеда, старик!

На следующее утро, распределив трёх парней и два с лишним десятка девчонок по трём бригадам, Олег Борисович наконец отправил шумную студенческую команду по дальним углам гигантского хозяйства и помчался к Марку. Там его уже поджидало пятеро местных громил, наводивших ужас на окрестных жителей и не пропускавших не одной симпатичной юбки. Выданная пацанам фотография вызвала фурор и, как образно выразился один из них по имени Вадик: «Жаркий делёж ануса и влагалища ещё не пойманной бабы.»

После долгих споров, солёных шуток и препирательств Марк подошёл к скромно сидящему в сторонке директору и решительно ткнув пальцем в силуэт весёлой, беззаботной хохотушки Наташки Ининой, резюмировал: «Вот эту!»

— Отлично! Завтра утром я распоряжусь, чтобы Егорыч съездил по бригадам и отправил двух девчонок: вашу и мою на соседний участок. Ему с бодуна будет всё пофиг, а никто другой ничего знать не будет. Егорыч скажет девицам, что их должна подобрать машина, а сами пока пусть идут по дороге до отворота на восьмой километр. Ну ты знаешь, где это. У отворота вы их догоняете и развозите по укромным местам. Одну ко мне, вторую — куда хотите.

— Хорошо!

— Только не трогайте их по дороге и вообще не очень там усердствуйте, а то напугаете девок раньше времени.

— Ну ладно. Ладно. Поиграем в добрых колхозничков. Да, пацаны?! Зато в сауне потом за это воздержание оторвёмся по полной. Как нашу сучонку-то зовут?

— Наталья Инина.

— О, Наташа, три рубля и наша! — сверкнув похотливыми глазами, заржал чернявый крепыш Рустик…

Следующим утром, уставшие после первого трудового дня заспанные девчонки без особого интереса выслушали изрядно опохмелившегося Егорыча, со слов которого поняли главное: им вдвоём нужно перебираться на соседний третий участок. До него 6 км. По дороге должна догнать совхозная машина с рабочими. Ждать её нужно на 1-м километре у отворота. Быстро умывшись, собрав вещи и попрощавшись с подругами, Наташка и Вера вышли в путь. До отворота девушки дошли быстро, весело переговариваясь и обсуждая детали прошедшего трудового дня и сопутствующих долгих ночных посиделок…

— О! Идут, идут, сучонки! — закричал Вадим, прильнувший к окулярам бинокля и указывая из окна стоявшей в засаде машины на показавшиеся вдали точёные фигурки. О-о-о! Какие жопы! Ну Борисыч, молоток, баб подогнал,что надо!

— Дай позырить! — вырывал у него бинокль Толян.

— Наглядитесь ещё, похабники! — с наигранным безразличием проворчал Марк, до предела возбуждённый сладостным ожиданием и предвкушением пикантных деталей скорой встречи с ничего не подозревавшими девицами. Поехали, Санёк, навстречу сексуальным подвигам и приключениям!

— У-ух! — дружно рявкнули братки, и залепленная дорожной грязью «Газель» сорвалась с места.

Заслышав приближающуюся машину, девушки скромно остановились на обочине.

— Привет, девчонки, вы на третий участок?

— Да!

— Сказали вас подвезти! Залезайте быстро в кузов, времени нет, торопимся, работа знаете-ли, страда!

Высунувшиеся из окон машины весёлые мужские физиономии больше напоминали бандитов с большой дороги, чем рабочих садового хозяйства. Однако, стараясь не придавать этому факту значения, Наташа и Вера послушно полезли в крытый металлический фургон, без окон.

— Ну как там удобно устроились? — спросил Вадик, закрывая за девушками дверь.

— Да! Всё нормально!

— У-у-х! — раздалось из кабины сквозь стенку фургона, и машина, ставшая теперь, по выражению остроумного Вадика «сельской блядовозкой для Борисыча» покатила вперёд.

Прекрасные пленницы поначалу не догадывались о своём новом статусе. Они не придали особого значения ни скабрезным улыбкам своих попутчиков, ни их бандитскому облику, ни необыкновенной продолжительности дороги. Однако в герметично запечатанной со всех сторон гремящей «консервной банке» девушек везли больше часа. Обещанные Егорычем 6 км уже давно должны были кончиться, а машина всё прыгала и прыгала по ухабам. Потом вдруг легко покатила по асфальту, затем снова пошла по сельскому просёлку. Когда она она наконец остановилась, даже в сердце легковесной Наташки, не говоря уже об осторожной Вере, закрались страшные подозрения.

Дверь фургона со скрежетом отворилась, и перед глазами испуганных студенток предстали довольно улыбающиеся Марк, Вадим и Толян.

— Ну вот девчата, первая остановка. Натали — ваш выход! — с этими словами Марк галантно протянул девушке руку, помогая сойти.

Выйдя из машины посреди незнакомой усадьбы, Наташка заволновалась:

— А как же Вера, мы должны были вместе!

— Не волнуйтесь, мадам. Нашу Верочку ждёт другая дорога и немного другая судьба, но она не так уж сильно отличается от вашей.

С этими словами Марк церемонно поцеловал Наташину руку, отпустил её и хитро подмигнул стоявшему рядом Вадиму. Тот, ни говоря ни слова резким отработанным движением разорвал пополам и отбросил в сторону тоненькое девичье платье, закинул яростно завизжавшую полуголую Наташку на плечо и, не обращая внимания на её удары, крики и сопротивление, потащил в сторону стоящей неподалёку деревянной сауны. Марк между тем сказал подошедшим Рустику и Саньку.

— Делаете, что договорились и возвращаетесь, мы вас ждём!

— Пу-у-у-стите! По-о-о-могите! Ма-а-а-ма! — орала Наташка, отбиваясь от Вадика и Толяна у дверей сауны.

— Ни одна девушка ещё не переступала этого порога в одежде. Это святотатство! — заливались смехом довольные парни, поочерёдно сдирая с красавицы лифчик, плавки, сандалии и далеко разбрасывая их по участку.

Наконец, с помощью подоспевшего Марка орущую Наташку оставили в чём мать родила и с хохотом затащили в предбанник. Дверь сауны захлопнулась, и ошеломлённая всем происходящим Вера осталась наедине с двумя похитителями.

— Снимай туфли, быстро! — коротко приказал Санёк.

— Ребята, вы что, не надо!

— Делай, что тебе говорят, иначе будет плохо! Быстро снимай трусы, лифчик, туфли и шортики!

Жалобно всхлипывая, Вера послушно подчинялась всем командам. Когда она осталась с обнажёнными ногами и попкой в одной лёгкой маечке, надетой на голое тело, Рустик засунул красавице в рот красный шарик мягкого кляпа, завязал его тесёмкой на затылке, а затем осторожно завернув руки за спиной, крепко связал их верёвкой.

-Теперь сиди тихо, и всё будет нормально!

Дверь фургона захлопнулась и «Газель» повезла прекрасную добычу к дальней фазенде Борисыча

Пескоструйная обработка в Тюмени Пескоструйная обработка в Тюмени Квартирные переезды Уфа Натяжные потолки