шлюхи Екатеринбурга

Новый преподаватель

Нам сообщили, что на замену ушедшей в декрет Ольги Алексеевны скоро придет новый преподаватель по философии. Вот уже как две недели третьекурсники забросили Сократа и Ницше, и ничто не нарушало умиротворенного и ленивого спокойствия, заполнившего окна в расписании.

Все были явно расстроены новостью о новом преподавателе, занятия пообещали возобновить со следующей недели.

В понедельник после второй пары в кабинет вошел высокий и плотный, широкоплечий мужчина с каким-то суровым, но, впрочем, приятным лицом. На вид ему было лет тридцать, а то и меньше. Девчонки удивленно зашептались: «Это новый препод?», «Какой красавчик…»; Кто-то особенно дерзкий присвистнул.

Поначалу он вел себя скованно, но вскоре освоился и уже вовсю отвечал насмешливыми улыбками на пылкие взгляды учениц. Казалось, ни одна не привлекает его. Не изменяя вежливой приветливости, он оставался холодным и безучастным даже к признанным красавицам курса.

Эля никогда не думала, что мужчина может произвести на неё такое впечатление. Неопытная, незрелая и чувственно неразвитая душа её была облечена в крепкое и горячее молодое тело, которое, нетронутое, в глубине своей жаждало прикосновения мужских рук.

Она ловила на себе его пристальные и все время ускользающие взгляды, убеждая себя в том, что это всего лишь случайность, просто разыгралось непресыщенное воображение. Так прошло два месяца и вскоре ей пришлось убедиться в обратном.

Подошло время сессии, и экзамен по философии (именно по философии!) Эля провалила. На пересдаче под ЕГО пристальным взглядом она и двух слов связать не смогла.

— Эльвира… Можно Эля? — неожиданно смутившись сказал он.

— Д-да, — запнувшись, произнесла девушка. Она едва понимала, что чувствует почти животный страх перед этим дышащим силой, мощным телом.

— Эля… Давайте на чистоту! — он заговорил решительнее, — вы не сдадите, вы не можете сдать… Но я могу поставить зачет… Понимаете?

В первое мгновение до неё не дошло. Но как только невероятная мысль кольнула её горячей иглой, она залилась краской…

Девушка встала и подняла на него глаза. Удивительно, но он казался не менее смущенным.

Она хотела этого, но, не осознавая вполне своего желания, боролась с ним. Тут прозвучал уже твердый и низкий решительный голос:

-Замкните дверь!

Она будто оцепенела. Опомнилась, когда увидела руку с протянутым ей ключом от аудитории. Эля машинально взяла его и направилась к двери. «Оставить ключ в двери и убежать, уйти, уйти!» — бешено пульсировала мысль в висках.

Но она не смогла. Замкнула дверь и, сама не зная как, вернулась к нему. Он встал из за стола и приблизился. Холодные, без улыбки глаза смотрели жадно, нетерпеливо, но медленно оглядывая влажные губы, волнующиеся полные груди, крутые и женственные бедра. Он взял её за темные длинные волосы сзади, притянул к себе и впился ртом в её дрожащие губки. Девушка застонала от удивления и удовольствия. Он больно покусывал её раскрасневшийся и распухший рот. Незаметно он расстегивал по одной пуговицы на её рубашке. Покончив с этим он высвободил одну грудь из бюстгальтера и массировал сосок кончиком языка. Так же другую. В это время Эля сходила с ума от безумного и неотступно обжигающего возбуждения. Она уловила, что там у нее все пропитано влагой. Он начал ласкать ее через тонкую ткань трусиков, заставляя бедняжку стонать громче и содрогаться от нестерпимой и жгучий сладости, наполнявшей все внутри её извивающегося тела. Дальнейшее заняло считанные секунды. Он рывком перевернул её спиной к себе и нагнул над столом так, что её ноги спереди больно прижались к твердому выступу дерева. Он поднял короткую черную юбку, сорвал с неё трусы, достал внушительный член и резко, глубоко вошел в неё. Острая боль пронизала все её тело, на глазах выступили слезы. Он двигался грубо и быстро, не щадя её. Она не смогла бы высвободиться, даже если бы захотела, он держал её мертвой хваткой. Он вторгался в нее снова и снова, боль внутри неё немного притупилась, уступая место нарастающему наслаждению. Сладкие судороги начали разливаться по её телу, и он последним мощным рывком вогнал в неё свой член и исторгся горячим потоком в её полумертвое от неистового напряжения тело.

Еще несколько минут они были неподвижны, не в силах справиться с шоковым оцепенением оргазма.

Кое-как Эля добралась домой. Промычала что-то на взволнованные расспросы мамы, которая по виду дочери сразу догадалась, что произошло что-то особенное, упала на свою кровать и забылась тяжелым беспробудным сном.