Напрасная жертва (3 часть — конец)

Узнав о произошедшем, для Кати это было громом среди ясного неба! Её любимому грозило до 5 лет… Нужно было что-то делать, как-то спасать парня, и она решилась на встречу с прокурором.

Но ни её просьбы, ни мольбы о помощи не помогали! И только когда Катя совсем отчаялась – военный ловелас намекнул ей на возможность уладить проблему полюбовно…

Не видя иного выхода, девушка согласилась.

***

Вечером она пришла в гостиницу, где поселился Пётр Иванович. Прокурору уже видимо перевалило за полтинник, седина хорошо побелила его макушку и усы, но он явно молодился. Одетый в тёмно-синий, атласный халат с крупными павлинами, он услышав стук в дверь номера и открыл её со словами:

— Как я рад, сударыня! Безумно рад… Прошу Вас!

Девушка вошла в номер. На ней было скромное, голубое платье.

Хозяин номера по барски сел в кресло, широко раздвинув ноги в стороны.

— Ну что, голубушка! Не будем тратить время на прелюдии… У меня его совсем немного. Раздевайтесь!

Катя растерянно стояла напротив прокурора, не в силах решиться выполнить его приказ. Она в недоумении хлопала ресницами…

— Ну же, мадмуазель… Не стесняйтесь! – продолжал мужчина.

— Пётр Иванович! А Вы действительно сможете помочь Максиму? – неуверенно спросила девушка.

— Ну коне-ечно, моя девочка! Мои возможности неограниченны!..

Она наконец решилась раздеться, сняв сначала туфельки, а затем стянула через голову платье. На девушке осталось только нежно-розовое бельё.

Увидев её полуобнажённое тело, Пётр Иванович распахнул полы халата, отчего его крупный, массивный член упруго выпрыгнул на свободу.

Катя, увидев это «чудовище», широко раскрыла глаза и проглотила подступивший, в горле, ком.

Так же, как удав смотрит на кролика, прокурор не мигая смотрел на девушку, пожирая её одним только взглядом.

Девушка, как загипнотизированная, расстегнула сзади дрожащими руками бретельки лифчика и он освободившись, сполз по её рукам вниз и упал на пол. Её груди напрягшимися, розовыми сосками отважно нацелились в лицо сидевшего мужчины.

Член прокурора нервно дернулся, и крупная мужская ладонь обхватила мощный ствол.

— Ну же, голубушка!.. А теперь трусики быстрее долой!.. А то Вы меня так ведь и до инфаркта доведёте… — хриплым, срывающимся, от возбуждения, голосом сказал мужчина.

Его ладонь начала медленно скользить по члену, снимая и вновь одевая кожицу…

Наконец Катя стыдливо сняла трусики, прикрыв своё тайное место ладошкой.

Пётр Иванович прохрипел:

— Милочка, ладошку-то убери! Не прячь свою красу…

Катя отважно убрала руку, и мужчина мог теперь насладиться увиденной картиной. Розовые половинки её писи словно надулись, как будто вдруг обидевшись на хозяина. Довольно широкие, развивающиеся бедра указывали на то, что эта будущая женщина, в своё время, сведёт с ума ещё не одного мужчину!

— Давай-ка, Катерина, обработай моего молодца губками!.. – сказал прокурор, показав глазами на член.

Катя послушно встала на колени у ног хозяина, и обхватила маленькой ладошкой торчащий хуй. Затем, раскрыв пошире ротик, обхватила губками багровую залупу.

Прокурор рыкнул от наслаждения и прохрипел:

— О-о-о… хорошо! Ты-то моя проказница!..

Девушка стала неумело скользить губками по торчащему стволу, слегка его заглатывая.

Пётр Иванович положил свою широкую ладонь на головку Кати и слегка нажимая, стал поучать её:

— Ты, девочка, поглубже заглатывай моего озорника! Да язычком-то по залупе побалуйся… Мне это в радость будет!

Под руководством своего умелого наставника, девушка стала быстро набираться опыта, порой и сама проявляя инициативу. Обрабатывая его залупу, Катя умелым язычком щекотала уздечку и перебирала ладошкой его яйца.

Неожиданно член прокурора почти окаменел и вдруг выстрелил обильными сгустками спермы, наполняя рот девушки. Та дёрнула головкой, пытаясь отстраниться, но Пётр Иванович крепко удерживал свою добычу.

— О-о-х-х! – выдохнул он, испытав долгожданное наслаждение. А Катя была вынуждена проглотить противную биомассу.

Мужчина запахнул полы халата и налил себе в фужер немного коньяка.

— Будешь? – гостеприимно спросил он, посмотрев на Катю.

Та отрицательно закачала головой и голиком побежала в ванную.

— Прополощи, прополощи… — усмехнувшись, продолжил прокурор, вальяжно растянувшись в кресле.

Через некоторое время девушка вернулась в комнату.

— Мне можно одеться? – спросила она, потупив взгляд.

— Ну что ты, милочка! Что же ты так быстро хочешь лишить меня своих прелестей? Вот ещё один глоток – качнул он фужером – и мы продолжим!..

Выпив, он улыбнулся:

— Прекрасный коньяк! Друзья вот из-за бугра приволокли. Привык уже! Вожу вот с собой иногда… А другу-то твоему пятак точно светил! – неожиданно спрыгнул он на больную тему – Ну да ла-а-дно! Утрясём это дело…

Ты давай-ка, девочка, рачком вставай! В попу-то наверно ещё не трахалась?

— Не-е-т… — испуганно протянула Катя.

— Эх, молодёжь! Вам бы только в писю потыкаться! А где самый смак-то и не понимаете… — авторитетно заявил Пётр Иванович.

Девушка, поняв всю безвыходность своего положения, встала на колени, и мужчина следом пристроился сзади.

Он обхватил ладонями её широкий, девичий таз и скорректировав, чуть приподнял.

— Вот так попку держи! Ты не бойся, я осторожненько загоню! Всё войдет, как по маслу!

Мужчина раздвинул упругие ягодицы Кати и смачно харканул, попав точно на розочку ануса. Немного вздрочнув, он приставил туда свою толстую, залупившуюся головку и слегка нажал. Стеночки ануса чуть разошлись под напором мощного стержня, и головка стала медленно входить внутрь.

Девушка сначала застонала, а затем завыла от боли, охватившей всё её тело!

— Ничего, ничего, Катерина! Потерпи немного… — успокаивал девушку Пётр Иванович, настойчиво продолжая свой нелёгкий путь…

Наконец его член полностью погрузился в очко Кати, и прокурор оценил по достоинству все свои старания. А они были отнюдь не напрасны!

Его мощный ствол начал скользить в приятной тесноте молодой девушки. Её попка была девственно чиста, и даже само осознание того, что прокурор тут самый первый посетитель, было ему необыкновенно приятно! Стеночки ануса Кати нежно ласкали скользивший там орган, а железные ядра Пётра Ивановича звонко лупили по её упругим ягодицам.

Боль у девушки в попе постепенно как-то приутихла и незаметно перешла в, неведомое доселе ей, наслаждение. Катя стала сладко постанывать и инстинктивно сама задирать повыше попку, поймав ритм, трахающего её, мужчины. Он же обхватил широкими ладонями её девичьи груди, поджимая её тело к себе, и стал разминать их, пожимая пальцами набухшие соски.

Вдруг девушка неожиданно оргазнула, сладко вскрикнув в экстазе, и забилась в его объятиях.

Эта сцена так возбудила Пётра Ивановича, что тот немедленно выдал мощный залп спермы, загнав поглубже член в анус Кати.

— О-о-о! – довольно рыкнул прокурор.

Затем, полностью опустошившись, он извлёк свой слабеющий орган и по-хозяйски похлопал им по ягодицам девушки.

— Ну, Катерина, удивила! А ты оказывается ЕЩЁ ТА шлюшка!..

Девушка встала с колен и покраснев, стыдливо опустила глаза. Она ещё и сама до конца не осознала, почему её тело так непонятно, для неё, отреагировало…

***

На следующий день, военный прокурор Пётр Иванович, подшил в дело о убийстве, новые показания молодого солдата – свидетеля происшествия. Из них следовало, что, оказывается, Виктор просто поскользнулся, стоя у чана с капустой, а бойцы не смогли оказать ему своевременную помощь.

Отпуская подследственного, он на прощание сказал Максиму:

— Радуйся, боец, что у тебя оказалась такая любвеобильная подруга! Ах! Что мы с ней только вчера не вытворяли… Да-а-а! Хороша, сучка!.. Повезло тебе, боец, однако…

Максим сжал кулаки, побледнел, но сумел удержаться, чтобы не набить рыло прокурору…

***

Катя с нетерпением ждала Макса у КПП и, как только он вышел за ворота – бросилась ему на шею.

— Любимый мой! Наконец-то! Я так рада! Так рада, что с тебя сняты все обвинения… — безостановочно говорила она ему.

— Ещё больше ты была рада, когда трахалась и, наверно, с наслаждением отсасывала прокурору! – безжалостно произнёс он.

Катя сразу сникла и как-то сжалась в комочек…

— Ах вот ты о чём… Ну я же люблю тебя! Я же спасала тебя, пойми! – в отчаянии сказала Катя.

— Ты просто сучка! Ты зря это сделала… — продолжал Максим.

— Ну я же в своё время простила тебя! – продолжала цепляться, как утопающая за соломинку, девушка.

— А я такое не прощаю! Эта твоя жертва была напрасной! Ты мне противна!!! – отрезал сержант и скрылся за воротами части.

Катя стояла и плакала. Её первую любовь безжалостно растоптали солдатскими сапогами…

Уважаемый читатель! Если рассказ понравился – не забудьте лайкнуть!