Мама с другом. Трио на даче. Часть 1

Я впервые публикую рассказ, поэтому прошу не судить строго. Мне 35 лет, мне нравятся и парни и девушки. Моей маме 60, она красивая женщина, с 5-м размером груди. Отец нас бросил когда я был еще совсем мелким. У мамы были мужчины, но со временем они все куда-то делись. И вот уже многие году ы нее никого нет. Даже в контактах телефона у нее нет мужиков. Она просто приняла то, что ей никто не нужен. Конечно, это влияет на нее, ей часто нужна помощь, но т.к. я сын и не могу заменить ей мужика в доме.

И вот в очередной раз, когда у нее случился срыв, я даже не помню из-за чего именно, я решил что ей нужна разрядка. И мне пришла идея. У меня есть друг Ярослав. Который часто помогал нам на даче. Мама хорошо его знает, и даже общается с его мамой. Ярослав был моим другом года четыре. До этого он с мамой не имел контактов. Да и мы не говорили никогда об этом.

И однажды по дороге на дачу я решился поговорить с ним в машине о своей маме.

Серебряная мазда рассекала пыльную загородную дорогу. В салоне находилось двое — я и мой друг Ярослав. Мы направлялись на дачу ко мне, помогать матери на огороде и намереваясь просто хорошо провести время. Так думал, сидевший на пассажирском сидении Ярослав, пока я не огорошил его своим тайным замыслом. Или можно сказать предложением, от которого у Ярослава глаза на лоб полезли:

— Ярик, ты мой друг, я тебя очень люблю и уважаю! И я всегда был и буду честен с тобой! И я счастлив, что у меня есть такой друг как ты! Который меня понимает, поддерживает и которому я могу доверять и который доверяет мне. Я понимаю, что лучше все это говорить вживую, в сообщении я не мог тебе раньше написать и предложить кое-что.

Ярослав сидел рядом, я был за рулем.

— Что ты хочешь предложить?

— Когда ты приезжал последний раз к нам домой и лежал на кровати на спине, а мама сидела рядом и мы говорили про твою работу, я видел как она оценивала тебя и посматривала на твой бугорок джинсов несколько раз. Я уверен что она думала о тебе в тот момент, думала о том какой ты в сексе, какой у тебя член.

— Да ладно? Тебе показалось. Она просто общалась — парировал Ярик.

— Нет, Яр, ты не прав. У нее давно нет никого, ей реально тоже нужен секс, желательно с молодым парнем, чтобы она снова почувствовала себя женщиной и занялась собой, своеим здоровьем. А то все дача и дача.

Ярослав сидел и внимателно слушал меня неперебивая. Я понял, что ему стало интересно что-же я предложу. У меня дико колотилось сердце. Я ведь никогда никому такое не предлагал. И мчась на скорости 100 км/ч я выпалил свою идею другу:

— Яр, я хочу чтобы ты с ней переспал. Хочу чтобы моя мама кайфовала когда мой друг зальёт её грудь горячей молодой спермой и мама Лора снова себя почувствует желанной женщиной! Блин!))) И наконец, закончится ее дипрессия, она займётся собой, здоровьем своим и внешностью, начнет ходить в тренажерный зал, когда поймет что ее все ещё хотят. Ей не все мои друзья нравятся как мужчины! Но то, как она смотрела на твой член тогда, говорит о многом!

— Да ты с ума сошёл, Миш! Это невозможно! Как я это сделаю?

— У тебя всё получится, — я подмигнул ему, выруливая на грунтовую дорогу. – Ты парень видный, я в тебя верю.

Ярослав от негодования стукнул ладонью по приборной панели:

— Да не могу я! Это нереально…!

Я прищурился на друга и улыбнулся:

— Ладно, слушай. Да, такое предложение не каждый день услышишь, и поэтому я понимаю твой шок, в котором ты прибываешь от услышанного.

Далее по дороге я подробно объяснял другу почему у меняв голове родилась такая мысль. Дело в том, что моя мать уже много лет жила без мужика. Она давно забыла что такое секс, и мне как сыну было немного жаль мать, которая в свои шестьдесят выглядела вполне видной дамой. Но она настолько отвыкла от мужчин, что всякие ухаживания и намёки обрубала на корню. Я чувствовал, что мать смирилась со своим одиночеством и медленно подходит к порогу старения. Эта мысль не давала мне покоя. Я хотел возродить в своей матери чувственность и сексуальное желание, я не считал, что она стара для всего этого.

Я слышал, что к ней часто подкатывали разные мужчины, в основном клиенты. Женщина видная, даже в своём возрасте. Но чего я не понимал, почему моя мать не отвечает на подобные ухаживания, неужели она окончательно согласилась на существование без мужчины. Я не хотел в это верить и решил всё взять в свои руки. Если гора не идёт к Магомеду, значит Магомед пойдёт к горе. И роль этого пресловутого Магомеда выпала моему другу двадцативосьмилетнему Ярославу.

И сейчас Ярослав боролся с двумя дилеммами. Первая: зачем ему это делать, и как? Вторая: зачем отказываться, ведь выпадает такой шанс. Вторую дилемму стоит объяснить подробнее. Ярослав давно был знаком с моей мамой, наши матери дружили, и мама прекрасно знала Ярика. У них были тёплые отношения, какие бывают между матерью друга и другом сына. Но я уверен, что в тайне Ярослав тоже смотрел на мою маму, как на женщину и иногда думал о ней в сексуальном плане. Такие мысли часто водятся у молодых парней. Хоть мама и была больше чем в два раза старше Ярослава, он всё же находил её сексуальной в некотором роде. У мамы был отменный бюст, пышная задница, это не могло пройти мимо глаза молодого парня. Мать была пухлой дамой, но с внушительными формами.

И вот сейчас парню выпал небольшой, но всё же шанс, овладеть этой женщиной. Но как это сделать? Моё предложение казалось ему безумным, а воплотить его в жизнь было ещё невероятнее. Ярослав ломал голову, слушая меня. А я пытался настроить друга на правильный лад:

— Хоть она уже и не молода, но женщина есть женщина. Когда долго живешь без мужчины, ты становишься более чувствительной, понимаешь, Яр? Да, она отшивает незнакомых мужиков, но ведь это всего лишь старые мужики, ну или почти старые. Зачем они ей, а вот ты… Молодой, крепкий, да ты взгляни на себя!

Ярослав напряжённо слушал, мне показалось что мои слова действовали не него гипнотически. И он задумался.

А я продолжал рулить и говорить:

— Мама хорошо к тебе относится, но отнюдь не так, как к ребёнку. Я уверен, она видит в тебе уже молодого мужчину. Нужно думать её мозгом. Столько лет без мужика, а тут такой молодой, красивый парень, с сильными руками и статным торсом. А? Ведь так оно и есть. Остаётся дело за малым.

— В смысле?

— Алкоголь, друг мой, алкоголь. Это чудодейственное средство открывает грани, которые дремлют в сознании трезвого человека.

— Я должен её напоить?

— Не так всё прямо, конечно. Мы все втроём выпьем, расслабимся, я отлучусь по делам, а ты должен разговорить маму на сексуальную тему.

— Да как я с ней о таком буду говорить?

— Алкоголь, Ярослав. Он раскрепостит и тебя и её, разговор пойдёт плавно, ты только не спеши. Подводи постепенно. На неё спиртное действует быстро и сильно, остальное в твоих руках. Представь, что ты общаешься с обычной молодой девкой, каких у тебя было не мало.

— Легко сказать, представь.

— Всё у тебя получится, я верю.

— Откуда такая уверенность?

— Я знаю тебя, твои сильные стороны — это искренность, молодость, сила, воспитанность. А её слабые стороны, как женщины перед мужчиной – это все твои сильные. Так что не парься, выпьешь, расслабишься и всё пойдёт своим чередом. Но в какой-то момент тебе нужно быть посмелее, она ведь женщина, а все женщины любят сильных и уверенных самцов, даже такие, как моя мать.

Ярослав неуверенно покачал головой:

— Я не знаю…

— Всё получится. Ты оказываешь ей услугу и мне тоже, а я в долгу не останусь. Думай так, как будто помогаешь маме, помогаешь вернуть молодость, вспомнить, что она всё ещё желанна.

— Зачем тебе всё это? Ну это как бы не совсем нормально, понимаешь?

Михаил отмахнулся, глядя на дорогу:

— Я это делаю для неё. Пусть мама очнётся наконец! Сколько можно жить без мужчины, без секса. Она достойна большего. Ты должен помочь ей.

Ярослав погрузился в раздумья. Дальше они несколько минут ехали молча, каждый думал о своём. Наконец вырулили к нужному участку. Михаил заглушил мотор.

— Вот и приехали. Не думай об этом сейчас. Просто делай свою работу по огороду. Мама будет благодарна тебе. Ну и не забывай о своей молодости и красоте.

— В смысле?

Я лукаво улыбнулся другу:

— Ну футболку там сними, поиграй мускулами не так очевидно, постарайся обратить на себя внимание, невзначай.

— Ладно. Попробую…

Мы вышли из машины и вошли на территорию дачного участка. Справа громоздился двухэтажный недостроенный дом, а в дальнем углу был жилой вагончик и прилегающая к нему терраса, задёрнутая красной клеёнкой. Лариса копалась в земле, выкапывая ямку для молодого цветка. Она на сразу заметила нас. Я её окликнул, и мама Лариса встала.

— Привет, мам.

Сын чмокнул её в щёку.

— Привет, ребята. Я так рада, что вы решили помочь, тут работы непочатый край. Ярославчик, привет. Как давно не видела тебя. Как у тебя дела?

Мама по-матерински чмокнула моего друга в щёку, и они обнялись. Раньше это объятие показалось бы Ярославу обычным, дружеским, но сейчас он иначе чувствовал себя, когда мама обнимала его, когда его руки легли на её спину. Мы встретились с ним взглядом и я ему подмигнул и улыбнулся. Это объятие теперь уже не казалось таким невинным и дружеским для Ярослава. Ну а для мамы оно было обычным.

— Да всё отлично, тёть Ларис. Мама передаёт вам привет.

— О, ей тоже. Пускай заглядывает сюда, могла бы и приехать.

— Занята по работе, — отмазал мать Ярослав.

— Ну что ж ладно.

Мама развела руками, показывая территорию нашего ухоженного участка.

— Ну что мужчины мои, надо траву покосить первым делом. Переодевайтесь и за дело. Вечером я вас отблагодарю за работу.

МЫ пошли в вагончик переодеться. Ярослав по дороге схватил меня за локоть:

— Что она имела ввиду под «вечером отблагодарю»?

Мне стало так смешно)))

— Вот же ты…., — произнёс я, пытаясь сдержать смех. – Она скорее всего имела ввиду свою настойку спиртовую с ягодами. Нальёт нам и накормит. А ты уже начал фантазировать?)))

Ярику стало стыдно за свои поспешные мысли. Мы вошли в вагончик и стали переодеваться.

Сам вагончик был вполне уютный. Обклеен обоями, имелось широкое окно, сквозь которое проникал дневной свет. У стены стоял раскладной диван. В общем жить можно, без излишеств конечно, но вполне сойдёт. К вагончику прилегала небольшая терраса, на которой стоял стол и имелся кухонный уголок. На стене висел плоский телек.

Мы быстро переоделись в рабочую одежду. И я повёл друга в сарай. Там мы взяли бензиновую газонокосилку и вышли на участок. Мама показала нам откуда надо косить. Работы оказалось прилично, солнце жарило нещадно. Пока мы шли к участку работы я шепнул на ухо другу:

— Не забывай про свой торс. Футболку сними минут через пять, когда вспотеешь.

Ярослав так и сделал. Ему и пяти минут не потребовалось, чтоб взмокнуть. И он снял футболку. Я краем глаза оглядел друга. Торс у него был крепкий, хорошо сложенный. Грудь и живот покрыты жёсткими чёрными волосами. Женщинам такое нравится.

Ярослав работал газонокосилкой с недюжинной силой. Капельки пота блестели на его крепком теле. Я перевёл взгляд на свою мать. Мама возилась с очередным деревцем в пяти метрах от Ярослава. Я ждал и надеялся, что мои мысли не окажутся надуманными. Я очень надеялся, что мать не до конца очерствела и обратит внимание на молодого Ярослава с голым торсом. Хотя бы краем глаза.

И вот мои надежды по отношению к матери неожиданно оправдались. Я ожидал, что мать лишь краем глаза должна скользнуть по потному крепкому телу моего друга, но получилось немного иначе. Мама подняла голову, на которой находилась шляпа. Несколько секунд он смотрела в спину Ярослава, затем откинула шляпу назад, опёрлась ладонями в колени и стало пристально смотреть на сильную спину моего друга, забыв про работу. Мама в тот момент не знала, что её сын сейчас наблюдает за ней. Всё её внимание было приковано к статному волосатому телу Ярослава, который энергично косил траву.

Интересно, что сейчас происходит в её голове? — думал я.

Возбуждает ли её это зрелище? Судя по тому, как пристально она смотрит, явно сильные руки Ярослава не оставляют её равнодушной. Я внутри возликовал. Мой план стал казаться более реальным, чем я предполагал. Признаться, честно, я очень слабо верил во всю эту затею изначально. Но сейчас, глядя, как моя мать рассматривает моего молодого друга, мне показалось, что всё может сработать.

Мама опустила голову и вернулась к работе, лишь когда Ярослав развернулся передом. Стыдливо пряча глаза под шляпой, мама продолжила сажать свои цветы.

Во время перекура я тайно шептал на ухо друга:

— Прикинь, я следил за мамой, а она целую минуту пристально смотрела тебе в спину, когда ты косил!

— Гонишь?

— Отвечаю! Смотрела целую минуту, даже работу бросила! Похоже наш план может сработать.

Ярослав был приятно удивлен, что тёть Лариса так на него смотрела. Этого он не ожидал, думал придётся самому штурмовать недоступную зрелую женщину, а тут оказывается, она и сама проявила некий интерес к его крепкой фигуре. Эта информация воодушевила и окрылила молодого парня. Ярослав улыбался краем губ.

Я подтолкнул друга локтем:

— Давай-ка иди смени штаны на шорты. Там в вагончике есть, красные.

— Что? Зачем?

— Покажем маме чуть больше, — подмигнул я.

Ярослав замялся.

— Да давай уже, иди.

Друг всё же потопал к вагончику и натянул эти красные короткие шорты. В них он смотрелся нелепо, но крепкие волосатые ноги могли иначе смотреться в глазах женщины. Ярослав вышел из вагончика и продолжил косить. Вдруг его окликнула мама:

— Совсем жарко стало, Ярик?

— Да, — нервно ответил Ярослав. – В штанах невыносимо.

— Ну это ты правильно сделал.

Я в это время тайно следил за этими двумя. Он косил не спешно, то и дело поглядывая на мать. И несколько раз я замечал, как она смотрит в сторону Ярослава. Частенько так поглядывает на его упругий крепкий зад, обтянутый тугими шортами, на выпирающие из-под кожи икроножные мышцы, на мускулистую потную спину. Я выставлял своего друга во всей красе на обозрение своей матери. И это работало!

Мы косили пол дня. Затем помогали маме досаживать оставшиеся деревья. Вся работа была сделана лишь к позднему вечеру, когда уже начало темнеть.

Душ на территории участка был, поэтому я быстро вымылся и сказал ему, чтобы после душа он подошел к нам с мамой в терассе. Мне хотелось чтобы мама увидела его в одних трусах и мокрым. Пока он мылся, мама сидела у вагончика и чистила картофель. Через 5 минут явился Ярослав, мокрый, в одних трусах и спросил полотенце.

— Ярик, извини, забыл дать тебе чем вытираться! — играл я свою роль.

Я был уверен, что она тайно поглядывает в нашу сторону. Хоть она уже и стара по некоторым меркам, но даже в её возрасте женщина остаётся женщиной. Мама посмотрела на него и сказала — Ты быстро Ярослав, молодец, идите жарьте мясо.

Позднее, мы вытащили мангал и начали жарить шашлыки, пока мама готовила закуску. Мы тихо перешёптывались:

— Сейчас мы все выпьем, мамина настойка быстро пьянит, немного поболтаем расслабимся, а потом я уеду, под предлогом, что нужно в магазин купить ещё еды на утро, а на самом деле вся еда есть в машине и никуда я не поеду, останусь тайно наблюдать за вагоном, — сказал я своему другу

— А мне что делать? – нервничал Ярослав.

— Разговори её. Сейчас подопьёшь, и язык сам развяжется. Ты справишься. Помни, как она смотрела на тебя. И не забывай, что она тоже будет пьяна, а пьяная женщина, как говорится, пизде не хозяйка.

Ярослава немного шокировало, что его друг, так говорит о своей матери. Но он думал о другом, прокручивал в голове их диалог.

******************

Наконец мясо было готово. Мы уселись за столом и непринуждённо болтали, пока мама накрывала на стол. Ужин обещал быть особенно вкусным после тяжёлого трудового дня. Горячая картошечка, мясцо, салат из свежих овощей и конечно же виноградная настойка.

— Приятного аппетита, мальчики, — сказала мама, усаживаясь за стол. – Огромное вам спасибо за помощь и вот вам обещанное вознаграждение.

Лариса поставила на стол полуторалитровую бутылку собственной настойки.

— Позвольте, за вами поухаживать, а вы пока принимайтесь за еду, пока не остыла.

Мама наполнила всем троим рюмки, и мы чокнулись. Во время ужина играла лёгкая музыка из магнитофона. За первой рюмкой пошла вторая, а за ней третья и вот уже пол бутылки настойки прикончено. Вся троица уже хорошенько прибалдела.

Мама переодела рабочую одежду и за столом сидела в спортивной куртке на молнии. Она откинулась на стуле и внимательно слушала истории Ярослава.

Ярик не заметил, как быстро его язык пошёл в ход, и как он завладел внимание своей маленькой аудитории. Настойка подействовала на него действительно чудодейственно. Он раскрепостился после второй рюмки и начал рассказывать армейские истории, а их было хоть отбавляй.

Я предпочитал наблюдать и сильно не напиваться. Я лишь редко брал слово, комментируя ту или иную историю. Большую часть вопросов задавала мама. Ей действительно было интересно, как сейчас служат мужики, как бегают по лесам с автоматами, совершают марш-броски, ползают по окопам. Несмотря на то, что Ярику было 28, он совсем недавно побывал в армии.

С каждой новой историей Ярослав рос в её глазах, как мужчина. Его истории были красноречивы и брутальны на определённый манер. «Хорошо заливает», — подумал я, улыбаясь краем губ и с хитрым прищуром.

— Да уж, — говорила мама. – Тяжело тебе там пришлось. Но зато, как возмужал! Перемены на лицо.

— Это спасибо, вам, за комплимент, — улыбнулся Ярослав.

— И руки такие прям, сильные! – продолжала хвалить его мама. – Вон как косой махал, больше Миши работы сделал.

А я лишь отмахнулся:

— Что правда, то правда.

Я картинно посмотрел на часы и сделал вид, что вспомнил нечто важное:

— Вот блин! Я ж еды не купил на завтра, мясо то закончилось. А ещё завтра целый день работы!

Мама спохватилась за сына:

— Ну как же ты так, сынок. Я же тебе напоминала. Не овощами же вас завтра кормить.

— Поеду-ка я в магазин. Мы тут проезжали один, он вроде до десяти работает. Ещё успею.

— Ну куда ты поедешь! Ты же выпил уже.

— Да он же не далеко, минут пять езды. И местность тут тихая, по ночам машин вообще нет. Да и полиции тоже.

— Не знаю, сынок. А ты уверен, что доедешь?

— Доеду, мам.

Я встал и погремел ключами:

— Я то и выпил немного, это вы с Яриком львиную долю настойки прикончили.

Мама едва сдержала смешинку:

— Ничего не львиную.

— Ладно, погнал. Я быстро, не скучайте. Даже не заметите моего отсутствия, одна нога там, одна тут.

Я быстро ретировался за забор. Я завёл машину и отогнал её за пару домов подальше, для вида. Затем легким бегом вернулся к участку и перелез через забор. Я подкрался к террасе. Сбоку в клеёнке имелась небольшая щель между клеенкой и столбом, через которую можно было наблюдать все происходящее в веранде. У меня был чёткий план, не просто понаблюдать, а заснять всю на камеру телефона. Так я и сделал. Камеру направил на щель в клеёнке, а сам смотрел на экран телефона.

На террасе велась оживлённая беседа. Настойка уже плескалась на дне бутылки. И тут я услышал голос мамы:

— А почему у тебя девчонки нет? Парень ты, Ярик, очень видный. Как-то странно даже. Где мои двадцать.

Мама громко засмеялась. «Она хорошо так подвыпила» — подметил я, улыбаясь из своего прикрытия. А Ярослав её обманывал. Была у него девушка, вот только он не стал говорить об этом маме. «Хитро. Молодец, Ярик» — про себя хвалил друга.

— Да вот так. Не знаю почему. Видимо что-то видят во мне не то, — пожал плечами Ярослав.

— Да ерунда всё, — махнула рукой мама. – Ты симпатичный парень. Руки у тебя сильные, а знаешь, как женщинам нравятся мужские руки.

— Правда?

Ярослав разыграл удивление, рассматривая свои руки.

— Не знал.

— Ещё как, одна и самых сексуальных частей у мужчины.

Я тут обомлел. Я впервые слышал из уст мамы слово, начинающееся на «секс». Вот что творит настоечка. Я продолжал прислушиваться и смотрел в телефон.

— Спасибо, что вы меня так хвалите, — говорил Ярослав, развалившись на стульях. – Мне приятно это слышать. Позвольте и вам ответный комплимент сказать.

— Мне? И какой же? – заулыбалась мама.

— Вы очень симпатичная женщина, тёть Ларис. И это правда. Многие мужчины на вас заглядываются, уверен в этом.

Мама хохотнула и отмахнулась:

— Какие мои годы, Ярик. Мужчины. Скажешь тоже. Не в том я уже возрасте.

Ярик нагнулся ближе к ней, опиравшись локтями на стол:

— Ерунда всё это, тёть Ларис. Вы себе цену не знаете. Вот у вас свой салон, женщина вы видная и опрятная. Не понимаю, почему у вас никого нет. Ведь должен же быть кто-то.

— Ох, Ярослав, — махнула рукой мама и задумчиво посмотрела на моего друга. – Говоришь ты красиво, но в реальности всё не так просто. Да и какие мужики, каждый второй женатый или с детьми. Не тот уже возраст, чтобы романы водить.

— Ну а если не о романах говорить, а, например… О сексе…

На террасе повисла тишина на несколько секунд. Этот вопрос дался Ярославу не легко. Этот вопрос поставил маму в неловкое положение. И этот вопрос очень порадовал меня, и я про себя похвалил друга. Я ждал ответного слова от матери, и оно последовал, спустя пару секунд. Мама ответила, с ухмылкой:

— Ну а это тем более. Кому я нужна, старуха. Глупости какие.

Ярослав налил им ещё по рюмке, приговаривая:

— Ох не знаете вы себе цену, тёть Ларис. Держите.

Лариса приняла рюмку, и они снова чокнулись:

— За вашу красоту, которую видят все, кроме вас.

Лариса засмеялась, отмахиваясь:

— Скажешь тоже.

Она застеснялась немного.

— Спасибо, Ярослав. Мне приятно.

И тут Ярослав встал.

— А разрешите пригласить вас на танец.

По радио как раз играла подходящая медленная музыка. Я ждал, что мать откажет или посмеётся, но она неожиданно отодвинула стул и сказала:

— А почему бы и нет. Сто лет не танцевала медленный танец.

«Молодец Ярик», — безмолвно хвалил я друга. И тут я стал наблюдать, как сильные руки моего друга опустились на талию моей матери, а она положила руки ему на плечи. Они кружились в медленном танце по тесной террасе. Ярослав что-то шептал на ухо маме, но я не слышал. Видимо, они просто продолжали оспаривать её красоту.

И тут Ярослав сделал очень смелый шаг. Его руки медленно сползли вниз по халату и легонько сжали пышные ягодицы мое мамы. Я обомлел и застыл. Моя мама тут же подняла руки своего партнёра по танцу обратно на свою талию и, смеясь, погрозила ему пальцем:

— Ярик!

Она не оттолкнула его, на поругала, а просто смеясь пожурила. Я ждал продолжения. И Ярослав спустя несколько секунд снова опустила руки вниз и теперь уже сильнее и настойчивее сжал ягодицы матери друга. Мама снова вернула его руки на положенное место и опять засмеялась, немного изменив интонацию своего голоса, на более настойчивый, но всё ещё весёлый и опьянённый:

— Ярик!

— Простите, не могу удержаться, — послышался голос Ярослава, и он снова сжал попу Ларисы.

Она всё хохотала и тянула его руки вверх:

— Прекрати же, не наглей. Ярослав!

Но сильные руки не хотели покидать пухлую попку женщины.

— Какие же у тебя сильные руки, — кряхтела мама, пытаясь убрать их со своей попы.

Но в конце концов она сдалась:

— Ладно, если тебе так удобно, — посмеялась она.

— Вы такая сексуальная, тёть Ларис, и даже сами не понимаете, — шептал ей на ухо Ярослав.

— Ты пьян, мой мальчик, — отвечала взрослая женщина.

— Вы тоже.

Молодой юноша и зрелая женщина кружились в танце.

В танце было видно, что Ярослав выходит за рамки дозволенного и позволяет себе больше. Руки парня смело сжимали пышные ягодицы партнёрши. Я понял, что Ярослав больше не действует осторожно по плану. Он выпил и осмелел, теперь только мужской инстинкт движет им. А мама, она тоже пьяна, и сейчас женский инстинкт должен поддаться воле мужчины. Я в тайне молился, чтобы мама не оттолкнула Ярослава и не отшила его, как других мужчин. Но раз уж она позволила ему трогать свой зад, то всё возможно… Я ждал продолжения.

Играла тихая медленная музыка. Пьяный молодой парень, прижимал к себе опьянённую зрелую женщину. Они кружились по террасе, в воздухе витало сексуальное напряжение. Даже я это чувствовал. Я знал, остался один смелый шаг и про себя подталкивал Ярослава на этот последний решительный шаг.

Руки мамы Лоры были на плечах Ярика. Его рука медленно подбиралась всё ближе и ближе к огромным грудям матери. И вскоре его ладонь накрыла пышную податливую плоть. Он успел погладить и сжать её, прежде чем мама отпрянула от него в танце.

Она танцевала, и крутила бедрами перед ним, поворачивая голову, поднимая руки вверх.

Я Ярослава член уже стоял. И в момент пока она крутила бедрами он решил сделать шаг вперед и немного прикоснуться своим бугорком к ее промежности.

Затем его руки оказались на плечах матери, и она отвела свои руки назад, позволяя ему снять с неё спортивную кофту. У меня перехватило дыхание. Моя мамочка танцевала полуголая, лишь бюстгальтер слегка прикрывал огромные груди. Руки Ярика снова скользнули по её голым плечам, и мать замерла на мгновение, издав тихий стон. Я знал, что случилось. Её лифчик тоже оказался на полу.

Я жадно разглядывал груди своей мамочки. Полные и мягкие, с большими сосками, они были достойны украсить любой мужской журнал. Она была такой большой, уже обвисшей, но всё ещё крупной и аппетитной. Это был бюст моей матери. Моей собственной матери, которую раздевал мой друг Ярослав! Многие скажут, что я должен был попытаться остановить его. Да, у меня была такая мысль, хотя это я его попросил соблазнить мать. Но когда мои пальцы скользнули по тёплой, твердой плоти, коснулись твёрдой головки моего члена, я забыл обо всём.

Мать шептала что-то о том, что надо идти в вагончик, в то время когда Ярослав ласкал её груди, но в её голосе не было никакой настойчивости, и я понял, что она сама еще сомневается. Я видел руки друга, поглаживающие её грудь. Ярослав продолжал мягко сжимать её сиськи и слышал её тихие стоны. Мама выгнула спину, сильнее прижимаясь к его ладоням.

Пожалуйста, остановись! Прошу тебя, Ярик! Я… я… не надо, ты не должен этого делать! — и она попыталась отойти.

Она не кричала, но пыталась ему объяснить, что это неправильно.

Вагончик

Он убрал одну руку с груди моей мамы и потянул её за собой.

— Нет, — закивала головой Лариса, оставаясь на месте.

Но в её взгляде чувствовалась какая-то неуверенность. И Ярослав разглядел эту неуверенность, воспользовавшись ей. Он кивнул матери друга и сказал:

— Да.

Сильные руки прижали мамку к себе и затащили в вагончик.

— Ярослав, нет… Я не думаю, что…

Хлопнула дверь. Я устремился к окну вагончика, которое предварительно оставил открытым. Я аккуратно просунул камеру телефона под раму и сам немного высунул голову. Шанс быть замеченным, конечно, имелся и не маленький, но соблазн увидеть всё своими глазами был слишком велик.

Ярослав прижимал к себе мама и блуждал руками по её пышному телу. А мама продолжала причитать:

— Ярик, нет. Стой. Так нельзя. Я не могу…

Но Ярослав был так возбуждён, что ничего не слышал. Он прижимал к себе мама, будучи по росту чуть выше её. Смелые руки лапали мать друга за голую грудь 5-го размера, а мама очень слабо пыталась сопротивляться. И тут Ярослав схватился пальцами за брюки мамы и снял их до самого низа, обнажив мясистое тело зрелой женщины.

— А если Миша приедет? Что тогда Ярик? Но он лишь тихо сказал улыбаясь – Не приедет, не переживайте!

Они стояли в вагончике, на террасе горел свет, играла музыка. Если бы мама повернулась к окну, она бы могла увидеть телефон. Но Ярослав не давал ей это сделать. Они облокотились на стены напротив кровати. Мой друг обнял её одной рукой, удерживая на месте, и продолжал другой рукой ласкать её груди, осторожно пощипывая соски. На её лице было смущение и беспокойство, и она всё ещё слабо сопротивлялась, но вскоре с глубоким вздохом расслабилась. А я, затаив дыхание, смотрел, как руки друга жадно сжали большую грудь моей матери. Он пыхтел от возбуждения, мял их, как тесто. Опускал голову и лизал крупные соски. Мама всё причитала, сквозь стоны:

— Ох! Ярослав! Остановись же! Ох не могу!

Петтинг

В комнате вагончика Ярослав знал, что нужно обязательно включить дальний свет. Но мама не разрешила ему. Я видел лишь силуэты в темноте у стены. И слышал голоса. Я видел как она села на край кровати и оказалось спиной ко окну. Ярик сел на корточки перед ней. Пальцы моего друга, отодвинув тонкую ткань трусиков, уже проникли в её волосатую расщелину. Я услышал тихий хлюпающий звук — было ясно, что мамочка была возбуждена не меньше, чем мы. Я с диким возбуждением наблюдал за действиями Ярика. Я уже не сомневался, что он сможет осуществить свой план и даст маме удовольствие прямо здесь, в моём присутствии. И я не хотел препятствовать ему!

Ярослав уже сам сгорал от желания. Член его уже стоял. Я аккуратно поставил телефон на подоконник оставшись на улице. Я был в шоке от увиденного. Мой друг Ярослав раздвинул мамины ноги и стал целовать её пизду. Он раздвинул половые губы и начал лизать. Мама охнула. Он отодвинулся от пизды и развёл шире губы. После он полез туда пальцем, одного было мало и он сунул два а после и три. Мама сказала ему что бы он был аккуратен. Ярослав улыбнулся, ответил "Хорошо!" и продолжил лизать писю мамы. Вынув влажные пальцы, он дал ей облизать. Она сказала, что ей никогда не лизали влагалище, только трахали.

Ярослав расстегнул ремень, ширинку, спустил штаны с трусами и на свободу вырвался колом торчащий хуй моего друга, который был очень прямым, сантиметров 17.

Меня это просто ошеломило, я не знал что делать. С одной стороны мне было очень стыдно и даже немного страшно, но с другой, я до такой степени возбудился, что готов был кончить только от одного вида моей, сосущей хуй мамы.

Но этого не произошло, Ярослав решил действовать быстрее.

Секс

После чего он слегка подрочив свой член лёг на неё и потихоньку стал надавливать и ввёл свой член. Мама широко открыла глаза. Послышалось мамин голос: «А-а-а! Ух!» Ярик уверенно всовывал свой молодой член во влагалище моей мамы. Но засунул он его не до конца, сделал возвратное движение, при котором только головка оставалась сомкнутой половыми губами, и вновь стал погружаться в вагину. Так он делал несколько раз не спеша, чем заставлял маму томно вздыхать.

Видимо Ярослава возбуждало, что я смотрю как он трахает мою маму, тетю Ларису. И я чувствуя себя лишним, смотрел на это. Член Ярика входил глубоко. Пизда была емкая и издавала хлюпанье и чавканье. А яйца просто ударялись о неё. Он поднял её ноги и свёл вместе. Ему явно было тяжело. От чего влагалище стало потеснее. Я посмотрел на её сиськи, они слегка колыхались. Мама тяжело дышала. Ярик вынул член. Бросил ноги мамы и подошёл ближе к её лицу

Он начал водить членом её по лицу: по губам, носу, глазам и даже по ушам, после чего похлопал им по сиськам. Ярик начал ставить мать раком. Её обвисшие груди отвисли и сильно заболтались. Я думал что они вот, вот оторвутся.

Ярик схватил мою маму за бедра и медленно вошел до упора, пока его лобок не уперся в её анус. Мама ухнула. Он стал совершать размашистые движения, оставляя при возврате только головку. Из маминого рта при каждом проникновении вырывался ах! Так продолжалось с полминуты, после чего мой друг стал ускоряться и послышались шлепки его лобка о мамину промежность. Тётя Лора стала повизгивать. Темп стал увеличиваться, визги становились все громче. Трахает резво и яростно. Его бёдра звонко шлёпаются об пышные ягодицы Ларисы, а та, то ли кричит, то ли стонет:

— Ох! Божечки! Ярослав! Ох-ох-ох! Что же это… Ой-ой-ах! Ах!

Ноги мамы дрожали, пока её пизду протягивал молодой крепкий член. Я слышал, как чавкает влагалище матери. Ярослав шлёпал её по пышной заднице. Он быстро водил тазом и она заохала очень сильно. Друг удовлетворял мою мать, пот крупными каплями падал с его лба на ягодицы матери.

Она ему сказала чтобы он был с ней по нежнее. Он ответил ей хорошо. Он стал привставать и велел маме сдвинуть ноги. Она их сдвинула, он оказался над ее попой сверху привстав. И продолжил долбить её. Член красиво входил во влагалище. Он сказал маме что бы она по сильнее сжала ноги. Она кивала головой. Он вынул член. Потом опять ввёл и положил яйца прямо на половые губы мамы. Член у Ярика кстати был вообще не побрит. Грудь её опять заколыхалась.

И тут я увидел, как с влагалища мамы капал пот. Ярик тоже слегка вспотел. Но ещё не устал. Он потянулся за титьками матери и сильно их сжал. Она слезла с его члена и легла на спину, сказав, что больше не может.

На спине

Ярослав раздвинул ей ноги. И тут я воочию увидел пизду своей матери, обросшую густыми курчавыми волосами. Её нутро блестело от влаги, всё ещё помня молодой член внутри.

— Ох, Ярослав, — стонала Лариса, не отдавая себе отчёта в том, что происходит.

Он лежала на спине с распахнутыми полными ляжками, её влагалище было мокрым для возвращения крепкого молодого члена. Я продолжал снимать, про себя радуясь, что мой план сработал даже лучше, чем предполагалось.

Ярослав нагнулся над Ларисой и погладил её волосатую щёлку:

— Вы такая мокрая, тёть Ларис. Значит хотите меня, да? Так зачем было сопротивляться.

Моя мама хотела что-то ответить, но Ярик быстро заскочил на неё и легко проник в зрелое широкое влагалище. Его бёдра задвигались с удвоенной силой, растрахивая чавкающее голодное влагалище тёти Ларисы.

— Ох, мамочки! – говорила она. – Ой, Ярослав! Ох, как же хорошо, мальчик мой! Ой, божечки, да! Да! Ох, что ж ты делаешь, подлец. Ох, как хорошо! Давай, мальчик! Давай, милый, ещё, ещё!

Мама сжимала крепкие ягодицы молодого любовника, пока его поршень скользил в её влажной пизде, голодной, истосковавшейся по члену. Её пухлые ляжки торчали по разные стороны от торса парня. Её влагалище чавкало и хлюпало на весь вагончик.

— Ой, мамочки, как хорошо! Да! Давай, милый, не останавливайся, подлец! Трахай, сильнее! Ой, кончаю, Ярик! Ой-ой-ой! Аааа…

И Лариса кончила, её пизда захлюпала ещё громче. А Ярослав продолжал долбить ее. И тут он громко зарычал и резко вынул член из вагины. Мощными толчками сперма моего друга стала брызгать на толстый живот и большие груди моей матери, доставая до самого лица. Это было ошеломительно! Ярослав обильно кончал на тело матери друга, покрывая его густой спермой.

— Ох, Ярослав! На лицо попал.

— Простите, — прокряхтел молодой любовник. – Вставайте, тёть Ларис. Пожалуйста скорее.

— Что? Что такое?

Потирая глаз, который залепила сперма, мама на дрожащих ногах снова села на край дивана, не без помощи Ярослава. Она села спиной ко окну и тут же получила член в рот.

— Пососите его, пожалуйста! Я ещё могу кончить.

Но это не был чувственный минет, да мама и забыла давно, как нужно сосать. Ярослав просто пихал член ей в рот, заставляя женщину давиться. Слюна пузырилась в уголках её рта и стекала на полную грудь.

Второй раз

Ярослав трахал её в рот, а затем резко развернул и положил грудью на кровать головой к окну, и снова проник в мокрое растраханное влагалище. Она меня чуть было не увидела в тот момент. Но её голова была повернута в сторону стенки.

— Ох, тёть Ларис. Вот вам ещё!

Тётя Лариса лежала на животе попой кверху, пока её сзади ебал друг сына. По ее плечу стекала сперма.

— Охххх, охххх охххх! Ярик! Ох, не так быстро! Охххх, не могу! Хорошо, же как! Засранец, что ж ты со мной делаешь! Ой, ой!

И в этот момент мы встретились с Яриком взглядами. Его взгляд был такой уверенный, хитрый и пошлый. Он понял, что я стоял и дрочил. Он улыбнулся мне и подмигнул. Это было нечто. Мне не верилось в реальность происходящего. Ярик ещё несколько долгих минут трахал мою мать сзади, шлёпая её по пышной мясистой жопе и смотря мне в глаза улыбаясь.

Через пару минут, он вынул свой хуй и глядя мне в глаза кончил на спину моей матери, обильно оросив спермой её широкую спину. Мама продолжала лежать лицом к стене. Обкончал всю, и спереди, и сзади — подумал я и тоже кончил в тот момент.

Уставший, потный Ярослав упал на диван. А мама, обтекая молодой спермой, едва смогла встать на ноги, которые дрожали и ходуном ходили после такого траха.

— Ой, обкончал всю, Ярик. Сейчас Миша придет, — спохватилась мама, осматривая себя.

— Простите – сказал друг.

— Это было восхитительно, тёть Ларис. Я же вам говорил, вы всё ещё ого-го!

Ярослав начал одеваться. А Лариса осталась стоять посреди вагончика, обтекая спермой. Её одежда валялась в разных углах. На лице было недоумение и экстаз. Я заканчивал съёмку, боясь, что мать в любой момент может посмотреть в окно.

— Да, отвыкла я от этого. Делаем вид что ничего не было, — сорвалось с губ его матери, и она засмеялась.

Ярослав дал маме полотенце чтобы она вытерла сперму. На этом я убрал телефон и сохранил видео.

— Иди в террасу, пока Миша не приехал – сказала мама, вытерая сперму с животу.

Я посмотрел на телефон. «Надеюсь теперь мама вспомнит, что такое секс, и наконец найдёт себе мужика, может даже молодого, и не будет причитать, и ворчать, что она старая. В конце концов, всё это для неё», — подумал я и пошел в терассу к своему другу Ярославу.