шлюхи Екатеринбурга

Из мамы в секскуклу. Глава 2: Новый образ

Тамара Федоровна, так зовут мою мать, вернулась вечером раньше обычного. Лицо у нее будто помолодело и она довольная сбросила со стройных ног туфли и пошла переодеваться в свою комнату. Вышла она в, подаренном мной, черном халатике накинутом на голые груди. Похоже она совсем привыкла к обновлению своего гардероба и уже не замечала своего неприлично открытого вида при мне. Тяжёлые дойки свободно болтались и темнели сосками через него. Я давно не видел мать с улыбкой на ее привычно озабоченным лице. Впрочем в последнее время я больше времени смотрел на ее качающиеся сиськи.

— Чего случилось? Премию дали? — спросил я и засунул руки в карманы, спрятать поднявшийся член. Она повернулась спиной и прошла на кухню. Мой взгляд опустился на ее круглые, тяжёлые ягодицы.

— Нет. — рассмеялась тихо моя милфа — мне сегодня сделало комплименты несколько мужчин, а Анатолий Дмитриевич даже довёз до дома, сказал ему как раз по пути.

«Это потому что ты ходила без лифа и сосками за километр торчала». — подумал я… отчего то меня охватила злоба.

— Какие сегодня милые коллеги — удивился я и даже прицокнул языком.

— И ещё я на обеде забежала в магазин и взяла себе новый бюстгальтер — ликующе закончила мать. Я немного напрягся, хорошо, что она сама это сказала. Все новые вещи в нашем доме проходили тщательную стирку. Я решил добавить щедрую порцию «СуперСтира» в лоток для порошка машинки-автомата для нового лифчика. Только так сохранилась бы «мнимая» непереносимость нижнего белья у маминых сисек.

Щёлкнул замок барабана и полилась вода-обновление гардероба отправилось чиститься. Моя сооблазнительная мамочка разогнулась, и я едва не кончил в свои домашние штаны от вида ее круглой задницы, просвечивающей через подол. Кровь в члене стала раздувать головку до боли в яйцах и пятнышек в глазах.

Прошло полчаса, а мать все время была рядом со стиральной машиной, то готовила ужин, то протирала пол. Я сидел в своей комнате за компьютером и прислушивался к шуму в квартире, что производили мамины хлопоты. Мой палец нажал кнопку «Купить». Новые вещи для мамы должны были придти через пару дней. Я потер вспотевшие ладони. В них она будет… впрочем, придут и тогда… Я свернул браузер и встал.

Оставалось немного времени до совершения коварного дела. Мои нервы стали сдавать и я кусал губы до боли, пока мои ноги носили меня до мамы и обратно в свою комнату. Порошок в моем кармане будто горел, его надо успеть втереть в мамин новый лифчик. Тут я вспомнил про лечение кремом, пришел к матери и строго произнес:

— Пойдем натрем от жутких язв грудь. Прыщи их первый признак.

— Я сама… попозже вечером — робко возразила она, отрываясь от вытирания стола от остатков овощей, но я твердо повторил:

— Сейчас, язвы ждать не будут, иди в спальню, я приду.

Она вздохнула и сунула тряпочку под струю воды. Ее тело успело вспотеть и прозрачная ткань плотно прилипла к мокрым сиськам. Я сглотнул комок в горле, еле сдержав себя не сжать их прямо здесь.

Через минуту я зашёл к ней и увидел ее сидящей на кровати, с послушно сложенными руками на коленках в ожидающей позе. Мое сердце стучало, как огромный метроном. Открутив с банки крышку, я размешал пальцем лужу свежей спермы на поверхности белого жира с клубничной отдушкой в одно месиво, сел рядом и голосом не терпящим возражений скомандовал:

— Халат открой.

От нее пахло духами и выпечкой. Мама потупилась, посмотрела на свою волнующе просвечивающую грудь, белеющую шарами через черную ткань. С виноватой улыбкой и дрожащими руками медленно развела края одежды. Я измазал все ее груди, особенно уделяя внимание затвердевшим соскам. У матери они оказались толстыми и мясистыми с большими, нежными ареолами. У меня в штанах стало очень тесно и захотелось вытащить член наружу. Из поглаживающих, мои движения скоро стали разминающими, будто я доил корову.

— Да, вот так… Как же чешутся… Хороошо, сильнее… растирай сильнее-попросила зрелая мамка и закатила глаза. Она становилась послушной буквально по часам. Скоро ее можно будет превратить в свой личный приемник спермы, мочи, да чего угодно! Хоть дерьма! Да, она будет есть у меня дерьмо!

Ее соски катались между моих пальцев, я тянул и щипал их темную плоть между своих пальцев. В глазах у меня потемнело и сердце шумно билось в груди. Тут сквозь пелену возбуждения я почувствовал, что дыхание полураздетой мамы тоже стало глубоким, она полуприкрыла веки и затихла. Раздался громкий звук из трёх электронных нот. Машинка закончила стирать. Как я мог забыть про свой план с новым лифчиком!?

Наваждение спало и симпатичное лицо взрослой, уставшей женщины напротив меня снова стало напряжённым.

— Все, хватит-она закрыла покрасневшую, блестящую грудь и вспыхнула от нахлынувших ощущений. Хотел бы я сейчас потрогать ее между ног. Спорю, там мокро, как в сауне в час пик. Соки бегут по мягким, растянутым губам и скатываются вниз, прямо на ее морщинистый анальный сфинктер. Интересно, она бреет свою киску? Скоро она у меня будет ходить без трусов. Мой рот открылся и я сказал:

— Подожди мам, дай я кое — что сделаю.

— Что ещё — она нервничала, но пока не стала вставать с постели. Ее руки скрестились на груди. Мамкины соски нагло буравили халат.

— Мне сегодня журнал всунули для заказа косметики и дали к нему тушь и помаду — соврал я и вытащил кисточку из черной жижи краски. — Давай посмотрим, девушка сказала, что это топовый бренд!

— Да зачем тебе вся эта ерунда, ты обо мне слишком заботишься — захихикала мама и поправила волосы на голове.

Когда я более-менее накрасил мать, она стала выглядеть потрясно. Белая кожа лица выделялась среди черных волнистых волос до плеч и так. Теперь же красная помада на изгибах губ усилила этот контраст, подведенные ресницы сделали глаза миндалевидными и выразительными. Я показал ей отражение в зеркале.

— Какая ты у меня красивая! — воскликнул искренне я и крепко обнял ее, положив одну руку на бедро. Она неловко улыбнулась. Я легко поцеловал ее в щёку, как любящий сын.

Похоже ей тоже понравилось отражение.

После мы поужинали и легли спать. Около двух часов ночи я проснулся от жужжания будильника и еле открыл веки… взял в ладонь порошка, на который у мамы высыпали красные прыщики от непереносимости. пошёл до сушилки, где висел мамин новый бюстгальтер. Выглядел он как предыдущие, закрытый и пуританский, будто созданный для монахинь и бабушек. Мои пальцы сделали свое дело, белые кристаллики глубоко засели в его чашках от круговых втираний. Вдруг раздались сонные шаги маминых ног. Через пару мгновений она зайдет сюда, надо что-то срочно придумать!

Силуэт сонной мамочки появился в тот момент, когда я тянулся к своим постиранным трусам. Она ахнула при виде меня. Обнажённого и с торчащим, раскачивающимся членом. Я подхватил трусы и встал так, что бы она максимально могла лицезреть красную, оголившуюся головку в форме гриба. Шишка причиндала блестела и явно задержала на себе ее растерянный взгляд.

— Я… ты тут что? — мамка поспешно отвернулась.

— Приснился мокрый сон-глухо ответил я — вот меняю белье на чистое.

— Свет увидела и зашла, извини — она сконфуженно убежала в туалет. Щёлкнул замок. Я вернулся в кровать и набросил на себя одеяло.

В темноте через минут пять стали отчётливо слышны поскрипывания маминой кровати. Я лежал и вслушивался. Скрип прервался и я различил едва уловимый вздох.

— Кончила дрочить — подумал я и потёр свой член доставая телефон с фотографиями и видео моей зрелой мамки. На одной из фотографий она с гордостью стоит рядом со мной на выпускном в школе. На другой изображает строгую, авторитетную наставницу мелкого сорванца, я тогда в пятый класс ходил, а вот и последние снимки. Накрашенная мама трет морковку в развратном халате. Груди размашисто трясутся и одна, покрытая сыпью, вот-вот вывалиться наружу. Хороший кадр. Сперма выстрельнула слизким канатом. Прямо в баночку лекарства для моей домашней стриптизерши.

Я поставил крем, на ощупь в темноте, на тумбочку у кровати.

«Завтра курьер принесет мой заказ и тогда мамочку ждут крутые перемены» — подумал я и провалился в сон.

Днём пришла долгожданная посылка. вечером мать пришла расстроенная, сыпь от нового лифчика не прошла, а даже поднялась до шеи. Это была первая новость, ещё ее ждало выступление в школе. Их организация проводила беседы со школьниками и отправили маму, как самую безотказную в этих вопросах.

— После обеда буду вести дурацкий курс. У них даже нет нормального кабинета, опять буду сидеть на стуле перед ними и показывать затертый до дыр материал. — жаловалась мне сексуальная мамочка с подведенными глазами.

«Быстро учишься» — кивая в такт ее голосу промелькнуло в моей голове.

Я тут же придумал шалость, зная ее дресс — код для выездных акций: белая блузка и черная юбка… пора бы постирать эти вещи в кипятке. Пусть сядут на размера два в минус. Я посмотрел на маму и улыбнулся.