шлюхи Екатеринбурга

И с каждой осенью я расцветаю вновь. Часть десятая

Я закрываю глаза, но это не помогает. Во тьме огонь горит еще ярче.

Сьюзен Коллинз ("Сойка-пересмешница")

В середине ноября пришли холода, осень стремительно подходила к концу. На улице было дождливо и пасмурно, дул сильный ветер, срывавший с деревьев сухие листья. В такую погоду нет ничего лучше, чем провести вечер дома, собравшись за ужином в семейном кругу. Вот только никакого уюта Леша не чувствовал, ему казалось, что он сидит на пороховой бочке, которая может рвануть в любой момент. Мама поглядывала на него и загадочно улыбалась, было понятно, что она не сможет промолчать и сейчас все расскажет. Ира не выдержала и с любопытством поинтересовалась, что происходит.

— Сегодня к нам приходила Катя, — мама доверительно наклонилась и понизила голос. — Они поцеловались. Кажется, у кого-то начинается большая любовь.

Да, это правда, но лишь насчет поцелуя. Они вместе возвращались из университета, Катя замерзла, и Леша предложил выпить у него чаю. Иры еще не было, зато вскоре с работы пришли родители. Мама попыталась уговорить Катю остаться на ужин, но та вежливо отказалась, заметив, что ей надо успеть позаниматься уроками. Она надела пальто, попрощалась и… поцеловала его в губы. Закрыв за ней дверь, Леша вопросительно взглянул на маму, будто желая удостовериться, что это произошло на самом деле, а не в его воображении. Невольно улыбнувшись, он почувствовав себя необыкновенно счастливым. И лишь потом понял, какая буря разыграется, когда Ира вернется домой и обо всем узнает.

Ольга была довольна и не скрывала своей радости. Катя — настоящая красавица, да еще скромная, что в наше время встречается все реже. Леша при всем желании не найдет никого лучше. Главное, чтобы он не сглупил и ничего не испортил, ведь за такую девушку надо держаться обеими руками. Была и другая причина, почему ей так хотелось, чтобы у сына начались отношения. Трудно не заметить, как сильно он привязан к сестре, как восхищается ею. Неудивительно, ведь у нее есть все те качества, которых так ему не хватает. Она смелая, яркая, решительная, уверенная в себе особа. Конечно, в этом нет ничего страшного, но такая привязанность может легко перерасти во влюбленность. Тем более, что сама Ира непроизвольно этому способствует, расхаживая по дому в такой одежде, что чуть голову поверни — и все ее прелести будут на самом виду. Ольга внимательно посмотрела на дочь, наблюдая за реакцией. Ира усмехнулась и равнодушно пожала плечами, лишь ее карие глаза потемнели, став почти черными.

Сидя в одиночестве, Леша старался ни о чем не думать, даже при желании он не мог сконцентрироваться хотя бы на одной мысли. Как же легко и просто всё было год назад! Его жизнь была однообразной, пресной и скучной, но при этом такой спокойной. Что ждет его теперь? Ира будет сердиться, она непременно сделает что-то в отместку, в этом можно даже не сомневаться. В последнее время он не слишком часто встречался с Катей, пару раз погулял после занятий, сходил в кино. Дружеские отношения и ничего более, но Ира все равно злилась. Нет, она не ходила с опущенной головой, не грустила, а занималась тем, что умела лучше всего — провоцировала и ставила его в неловкое положение. Как-то Ира зашла к нему в комнату, по традиции уселась на стол и начала о чем-то говорить.

— Вообще-то я пришла сказать тебе кое-что важное, — она неожиданно оборвала свой рассказ и сделала серьезное лицо. — У меня месячные задерживаются уже на две недели, — сполна насладившись его смятением, Ира так расхохоталась, что чуть со стола не свалилась.

Да, очень смешно, но это были еще цветочки. Однажды вечером, когда вся семья собралась в гостиной, Ира подсела к нему на диван и устроилась рядом, поджав под себя ноги. Было прохладно, она накрылась пледом и изобразила, что читает книжку. Мама была занята маникюром, папа просматривал какие-то бумаги. Ничего не говоря, Ира нашла его руку и положила себе на колено. Леша делал ей знаки, но она даже внимания не обращала.

— Это за то, что ходил с ней вчера в кино, — она говорила шепотом, перелистывая книжные страницы. — Чем скорей ты начнешь, тем быстрей я закончу. И тогда, быть может, смогу тебя простить.

Ира поерзала под пледом, принимая удобную позу и двигая его рукой в нужном направлении. Эта ситуация подействовала на них обоих очень сильно. Леше хватило нескольких минут, чтобы с помощью подушечки большего пальца довести ее до желаемого результата. В момент кульминации Ира с силой сжала бедра и так впилась ногтями в его ладонь, что оставила несколько царапин. Это глупая выходка могла им дорого обойтись, но вместо злости Леша сам так возбудился, что ему пришлось бежать в ванную.

А какие будут последствия после того, как она узнала про поцелуй? Он попытался ей сказать, что не хочет никаких отношений с Катей, но Ира даже слушать не стала, только показала на дверь, давая понять, что разговор окончен. Пусть у них нет будущего и всё рано или поздно закончится, но Леша не представлял свою жизнь без нее. А Катя… Как ей объяснить, что у них ничего не может быть? Она знает, что у него никого нет и наверняка сильно огорчится. Леша потер щеки, он действительно не знал, что ему делать и есть ли хоть какой-то выход из этой запутанной ситуации.

За окном шел печальный осенний дождь, оставляя на стекле мелкие капли. Почему-то погасли фонари, и тьма окутала все вокруг. Все казалось черным: машины во дворе, спешащие домой прохожие и даже шелестевшие от ветра деревья. Все черное, как ее душа. Когда Леша зашел к ней, Ира с трудом сдержалась, чтобы не высказать все, что вертелось на языке. Очень хотелось рассказать о той ночи с Катей, поведать ему, чем они занимались, пока он мирно дрыхал в своей кровати. Сейчас не время для скандалов и ссор, не хватало еще, чтобы родители услышали, как они выясняют отношения. Да и не тот это путь, коим следует идти. Кто хочет удержать — теряет, кто готов с улыбкой отпустить — того стараются удержать. Прописная истина, не так ли?

Когда в детстве Иру спрашивали, кем бы она хотела стать, когда вырастет, ответ всегда был однозначным — актрисой. До седьмого класса она играла в школьном театре и почти в каждом спектакле получала одну из главных ролей. Со временем эта страсть сошла на нет, зато умение перевоплощаться, принимать нужный образ — сохранилось до сих пор. Роль благородной девицы, для которой чужое счастье важнее собственных удовольствий, подойдет сейчас лучше всего. А пока — никаких больше снов. Скоро Леша сам поймет, чего лишился и как ему этого будет недоставать.

Леша не мог уснуть, ворочался с боку на бок, рассеянно слушая мелодию дождя. Он вздрогнул, когда дверь открылась, и в комнату тихо вошла Ира. Словно ничего не было, она спокойно залезла к нему на кровать.

— Я все решила, не надо ничего придумывать и говорить. Если ты упустишь свой шанс, то всю жизнь будешь жалеть. Осень почти закончилась, а вместе с ней и наши сны, — Леша хотел возразить, но она приложила палец к его губам. — Мы больше не будем это обсуждать, просто помолчи. Я полежу немного с тобой, а потом уйду к себе, и на этом мы поставим точку.

Быть может, это и правда выход? Закрыть глаза, забыть обо всем и двигаться к своему счастью… Нет, ничего не получится, ведь даже в темноте пламя манит своим теплом. Ему очень хотелось обнять ее, уткнутся лицом в мягкие волосы. Запах фруктового шампуня напомнил о тех ночах, что они провели вместе. Кажется, Ира никуда не спешила, чуть взбив подушку, она отвернулась к стенке. Леша понимал, что надо собрать в кулак всю волю и ничего не делать. Ведь если с Катей что-то сложится, он никогда не забудет, чем закончился день, когда они в первый раз поцеловались. Да, надо просто сдержаться… Леша осторожно отвел волосы с шеи и коснулся губами жаркой кожи.

Ира твердо решила, что никакой близости этой ночью не будет. Надо лишь показать благородство и вернуться в свою постель. Вот только ей не хотелось никуда идти, сказывался тот факт, что у нее уже давно не было настоящего секса. Жаль, что не получается следовать своему плану, но против природы не попрешь. Когда Леша провел губами по мочке уха, она сразу подалась назад и прижалась к нему спиной, ощутив его эрекцию. Он желает ее все так же сильно, и никакие амуры с Катей не могут этому помешать! Его поцелуи стали настойчивее, Ира даже не думала притворяться, что не хочет этого. Не выдержав, она схватила подол сорочки и быстро стянула через голову. Полностью расслабилась и перевернулась на живот, предоставляя ему свободу действий. Он ее расстроил, так пусть теперь заглаживает свою вину самым верным способом.

Леша осыпал поцелуями ее плечи и спину, разгоняя по телу мурашки и волны нарастающего наслаждения. Для Иры всегда был важен зрительный контакт, но и в такой позиции было что-то чарующее. Не видеть, но при этом ощущать его каждой клеточкой. Она нетерпеливо потянула трусы, давая понять, что у нее есть еще более сладкие места. Леша не спешил, он водил рукой по пояснице, опускался к бедрам, будто делал релаксирующий массаж. Наконец пальцы легли на влажные, набухшие от возбуждения складочки. Легкие касания заставили Иру вздрогнуть и приподняться на локтях. Леша немного понежил половые губы, а затем неожиданно раздвинул ей ягодицы и прошелся языком по расщелине между ними. Это было прекрасно и порочно одновременно, доводило до полного исступления. Взвизгнув от удовольствия, она сразу прижала ладонь ко рту, испугавшись, что разбудит весь дом.

Они совершенно не контролировали себя, забыли обо всем на свете. Ира мотала головой, шептала бессвязные слова, а после дернулась и повалилась на бок. Леша даже не думал останавливаться. Устроившись между ее ног, он водил языком вдоль промежности, поднимаясь к клитору и обхватывая его губами. Невообразимо манящий женский запах сводил с ума, заставлял терять остатки здравого смысла. Ира непроизвольно охала и постанывала, пока жалобно не проскулила, чтобы он остановился. Ее половые губы блестели от выделений, по бедру стекала капелька смазки. От этого зрелища у Леши закружилась голова, он из-за всех сил старался успокоиться и не заходить еще дальше. У Иры никаких сомнений не было, она судорожно ухватилась за его руку и потянула на себя. Закрыв глаза, он шумно выдохнул, когда наконец оказался в ней.

Леша проникал в нее быстро и резко, именно так, как ей сейчас хотелось. В них проснулась первобытная страсть, не признающая ограничений и отвергающая все запреты. Их учащенное дыхание слилось воедино, они с каким-то диким остервенением двигались навстречу друг другу. Ира вцепилась ему в плечи, обвила ногами, стремясь превратиться в одно целое. Она уже успела кончить во время ласк, но второй оргазм был подобен ядерному взрыву. Все вокруг завертелось в бешеном вихре, бедра задрожали от пронизывающих спазмов, а спина выгнулась дугой. Леша еще раз вошел в нее, как-то особенно глубоко, и в следующую секунду излился ей на живот. Размазав сперму по телу, Ира поднесла к губам указательный палец и слизнула вязкую белую жидкость. Какое-то время они молча лежали, полностью вымотанные после такого бурного секса. Правда, у Леши хватило сил одеться, он всегда стеснялся наготы, а вот ей было плевать. Было невыносимо жарко, очень хотелось принять холодный душ. Она откинула назад мокрые, прилипшие к лицу волосы, попутно заметив, как по ложбинке между холмиками груди стекла струйка пота. От этого Ира снова возбудилась, уже в который раз с опаской подумав, что постепенно превращается в нимфоманку.

— Давай уедем куда-нибудь, — она подняла на него свои черные глаза и крепко сжала руку. — В деревянный домик на берегу море, где нас никто не знает и где мы будем только вдвоем.

Леша понимал, что она говорит несерьезно, но от этих слов у него сжалось сердце. Ведь он тоже этого хотел… больше всего на свете.

С утра Леша испытывал сильные сожаления, настроение было под стать дождливой погоде. Стоя перед зеркалом в ванной комнате, он задумчиво смотрел на свое отражение. Щеки заросли щетиной буквально за день, а раньше он мог бриться все раз в неделю. Ира зашла к нему и встала рядом. Глядя на ее растрепанные волосы и заспанное личико, он в один миг повеселел.

— Кажется, я еще не совсем проснулась, — она потянулась и провела рукой по его колючему подбородку. — А ты? — Ира сняла ночную сорочку, оголив грудь, а потом медленно стянула трусики и зашла душ, не закрыв за собой дверцу.

На первой паре у него важный зачет, но какое это имеет значение? Включив воду, Ира принялась растирать свое тело душистым гелем. Пар поднимался до самого потолка, а ягодный аромат щекотал ноздри. Ждать она никогда не любила. Взялась за ворот его рубашки и потянула к себе с такой силой, что они оба чуть не упали.

Паша — ее бывший парень, просто обожал заниматься любовью в душе, а вот Иру это никогда не прельщало, особенно после того раза, когда она поскользнулась и подвернула лодыжку. С Лешей все было иначе, она завелась лишь от одних поцелуев под горячими струями воды. Даже прелюдия им не понадобилась. Ира повернулась к нему спиной, уперлась ладонями о стенку душевой кабины и немного развела свои длинные ноги. Леша быстро вошел в нее, но его движения были слишком нежные и неспешные. Стараясь ускориться и принять его как можно глубже, она сама активно задвигала бедрами. Придерживая ее за талию, Леша переместил другую руку на грудь. Пальцы сжали сосок, прошлись по животу и курчавым волоскам на лобке, пока не легли на клитор. Это было безумно приятно, дарило ощущение абсолютной ласки и сплошного секса. Ира всегда чувствовала приближение оргазма, но в этот раз он накатил в одно мгновение, заставив все тело содрогнуться. Тряхануло так сильно, что она едва не съехала на пол. Леша тоже не сумел сдержаться. Крепко прижав к себе, он наполнял ее глубины горячим семенем.

Леша опоздал и на вторую пару. После душа у Иры проснулся аппетит и она уговорила его приготовить завтрак. Все закончилось тем, что тарелки оказались на полу, а они занялись любовью прямо на кухонном столе… Видимо, это был их последний сон. Ира сдержала слово и стала вести себя совершенно иначе: никаких намеков, никаких провокаций, никаких разговоров. Она даже начала более скромно одеваться. Следующая неделя прошла спокойно. По вечерам он гулял с Катей, подарил ей первые цветы. Их отношения не спешили развиваться, но его это вполне устраивало. Кажется, жизнь вошла в нужное русло… вот только никакого счастья он почему-то не ощущал.

Катя еще раз взглянула в зеркало и наконец осталась собой довольна. На кровати лежал весь ее гардероб, она перемерила все наряды, но почти всё казалось неподходящим. Очередное свидание с Лешей нагоняло тоску, она уже жалела, что затеяла эти игры. Казалось, это сблизит ее с Ирой, но вместо этого они почти перестали общаться. Подруга не избегала ее, но и встречаться не хотела, постоянно ссылаясь на занятость. Катю всегда тянуло с ней, с самой первой встречи. Ира освободила ее душу из леденящего плена, помогла преодолеть самый трудный период в жизни. Никто не виноват, что симпатия переросла в страсть и неконтролируемое влечение, которое уже невозможно унять. Пора во всем признаться, нет смысла мучить себя дальше. Да и Леша заслуживает гораздо большего, он милый и добрый парень, но между ними невозможно ничего, кроме дружбы.

Субботняя прогулка получалась не слишком веселой. Катя была неразговорчива, задумчива и даже не захотела идти в кино. Она поинтересовалась, чем занимается его сестра, и Леша немного помедлил с ответом. Говорить, что родители снова уехали на все выходные, а Ира скучает одна дома, лучше не стоит. Так и не придумав, что сказать, он решил ничего не утаивать. Катя сразу повеселела и предложила сделать то, что ему совсем не хотелось. Кто знает, как отреагирует Ира, если они вместе вернутся домой?

Ира готовилась провести вечер в полном одиночестве. Леша ушел гулять с Катей, а родители уехали в загородный дом. Кажется, у них началась вторая молодость. Сложно было не заметить, что если раньше они занимались любовью дважды в неделю, то теперь это происходило едва ли не ежедневно. Иногда она подходила к их спальне и прислушивалась. Странное совпадение, но папа стал таким страстным ровно с того дня, когда она устроила ему маленькое представление после игры в шахматы. Что ж, мама довольна, а это самое главное.

Приняв горячий душ, Ира зачесала наверх свои буйные локоны и закрепила их заколкой. Валялась на диване, переключая каналы на телевизоре, и поглаживала бедра. Она почти не сомневалась, что Леша не будет сегодня ночевать дома и от этого было особенно тоскливо. Ее прогноз не сбылся, он вернулся около девяти, вот только не один, а с Катей. В дверях Леша незаметно развел руками, как бы показывая, что это вовсе не его идея. Злость появилась и моментально угасла, даже при желании сердиться на Катю у нее не получалось. Подруга явно промерзла, кончик носа и щеки покраснели, но от этого она стала только милее.

— Мы кое-что купили, чтобы ты не ворошила коллекцию своего папы, — Катя протянула бутылку шампанского, коснувшись ее руки холодными пальцами.

Ира вела себя на удивление скромно, почти не шутила и избегала своих любимых тем, чем очень порадовала Лешу. Правда, после нескольких бокалов шампанского, она все-таки не удержалась и рассказала про своего бывшего друга, который как-то нарисовал ее портрет с помощью женских тампонов.

— Если окунуть в краску, то им вполне можно рисовать, — похоже, настроение окончательно к ней вернулось, она лукаво улыбалась и смотрела на Катю. — Я тебе никогда не говорила, что свой первый оргазм получила, когда пыталась засунуть в себя тампон? У меня никак не получалось, я начала злиться и сделала резкое движение…

Леша старался пропустить все мимо ушей, он потер покрасневшие щеки и наступил Ире на ногу. Но ее было уже не остановить, разговоры ушли на совсем интимные темы. Как и в прошлый раз, она наотрез отказалась отпускать Катю домой и вскоре увела подругу в свою комнату, чтобы переодеться ко сну. Они о чем-то весело говорили, смеялись, потом хлопнула дверь ванной комнаты. У Леши возникла не слишком радостная мысль, что он тут совершенно лишний. Уйди сейчас — никто и не заметит.

В висках приятно стучали молоточки, кровь бурлила, словно пузырьки в бокале с ледяным шампанским. Ира не хотела спрашивать, где, а вернее с кем, будет спать Катя. Ревность уколола своим жалом прямо в сердце. Почему все так сложно? Почему нельзя забить на условности и просто отдаться своим желаниям? Сняв заколку, она тряхнула головой, рассыпав черные волосы по плечам. Надеялась, что это выйдет сексуально, но вместо этого пошатнулась и чуть не упала. Да, не надо было столько пить. Ира достала из комода ночную сорочку, протянула подруге и начала переодеваться сама, отвернувшись к зеркалу. Катя подошла к ней и прижалась к спине.

— Я хотела сказать тебе, что той ночью, когда мы… — у нее явно не получалось выразить свои мысли, она прервалась на полуслове и надолго замолчала. — Ты из-за этого сердишься на меня? Или из-за Леши?

Ира сильно нервничала, хоть и старалась этого не показывать. Пора открыть все карты, ведь лучшего момента уже не будет. Вместо ответа она погладила Катю по щеке и коснулась ее губ.

Прибравшись на кухне, Леша немного постоял у комнаты сестры. Может, они уже легли спать? Посомневавшись, он все-таки постучал и открыл дверь, ведь будет некрасиво даже не пожелать им добрых снов. Они сидели рядышком на кровати. Приобняв подругу, Ира водила расческой по длинным светлым волосам. В ее движениях было что-то очень чувственное, если не сказать эротичное. На полу валялась ночная сорочка, а Катя была в одном нижнем белье. Леша никогда не видел ее такой и от этого смутился еще больше. Ира, не обращая на него никакого внимания, отложила расческу и нарочито медленно скользнула рукой за спину. В комнате было так тихо, что он услышал, как застежка со звучным щелчком расстегнулась. Черный, почти невесомый кружевной лифчик упал на пол. Катя даже не думала прикрываться, она прерывисто дышала, чуть приоткрыв губы, и смотрела прямо на него.

— Наверное, нам всем уже пора спать, — его слова звучали до боли глупо, но ничего другого в голову не пришло. — Я, пожалуй, тоже пойду.

— Мы и так спим, это просто сон, — Ира, потеряв всякий стыд, начала целовать Катю в шею. — Хватит стоять в дверях, лучше погаси свет и иди к нам.

Леша замер на месте, с трудом понимая, что сейчас происходит и что ему делать. Стрелки часов остановились на верхней отметке, наступила полночь. Он перевел взгляд на окно, с неба падали белые пушинки. Первый снег. Осень закончилась — началась зима. Ира нетерпеливо покачала головой и похлопала по кровати. Леша почувствовал странную легкость, которая бывает только во сне. Может, это и правда лишь сон? Он погасил свет и сделал решительный шаг вперед.