шлюхи Екатеринбурга

Библиотекарша. Метель

Небольшой грузовичок медленно ехал по заснеженной дороге. Белое покрывало укрыло поля, черная полоска дороги тянулась до леса. Машина подымала за собой снежное облако. Поправила очки с прямоугольными стеклами, любовалась зимней природой. Дизельный двигатель громко гудел, авто покачивало на неровной дороге. Антон уверено крутил руль. Слушал какую-то противную музыку с кучей матерных слов.

— Выключи пожалуйста, — попросила парня, легонько коснулась его локтя.

— Тебе не нравится? — он уменьшил звук, поглядывал в мою сторону. – Прикольные же песни.

— Антон, — недовольно скривилась и нахмурилась. – Выключи.

— Ладно, — он потянул руку к магнитоле. – Сейчас может радио поймаю. Иногда нормально тянет, а иногда одни помехи.

Посмотрела на него. Он вертел ручку, вслушивался в треск в динамиках. На нем черная вязаная шапка, теплая камуфлированная куртка, синие штаны с белыми полосками чуть ниже колен. Он вытер свой кривоватый нос. На пальцах виднелись следы чего-то черного, масла или мазута. В кузове противно гремел собранный металлолом. Встречалась с ним больше семи месяцев. Он на два года старше меня. Стройный, среднего роста, худощавый. В зимней одежде он смотрелся старше и толще. Заиграла приятная мелодия.

— Полина, нравится? – он широко улыбнулся и смотрел на меня. – Сейчас до леса доедем и всё пропадёт. Всегда так.

— Запиши на флэшку что-то приятное, — попросила его и двинулась ближе. – К примеру Тину Кароль, Надю Дорофееву, Руслану, Винника, Монатика пусть даже Дзидзьо.

— Ради тебя, — он недовольно скривился, переключил передачу.

— Спасибо, — улыбнулась, наклонилась и поцеловала его в пухлую щеку.

Он взял мою ладонь, поднёс к губам и поцеловал. Ощутила его теплое дыхание. Последние дни оказались весьма морозными. В процессе административно-территориальной реформы пришлось раз в неделю ездить в одно село за четырнадцать километров от нашего провинциального городка. Местного библиотекаря сократили, но само заведение не закрыли. Я хотела отказаться от такого, но перечить Галине Петровне не смогла. Все мои старшие коллеги моментально нашли десятки оправданий и свалили всё на меня. Глубоко вздохнула. Разминулись с машиной непонятного цвета, её почти полностью облепило снегом, она напоминала снежок, который кто-то запустил, и он катилась по дороге, словно по черному желобку.

— Тебя когда забрать? – поинтересовался Антон, поглаживал мою ногу в темно-серых штанах.

— После четырёх, а можно и раньше, если у тебя получится. Там всё равно никого не будет. Разве кто из школьников зайдёт что-то взять, — остановила ладонь парня, которая пыталась двигаться к промежности. – Тебе разве вчерашнего мало?

— Я тебя всегда хочу. Ты у меня самая красивая, — оценивающе посмотрел на меня. – Давай я по селам прошвырнусь, может соберу метал или макулатуру. Наберу тебя, а там решим?

Кивнула в знак согласия. Поправила очки, приятное тепло растеклось по телу. Всё же круто, что он считает меня привлекательной. Взглянула на зеркало заднего вида. Сколько раз меня обзывали в школе и универе. Ботанкой, зубрилкой, другими словами. Дыхание участилось, потянула серую шапку чуть вверх. Смотрела на себя большими серыми глазами. Я не высокая, стройная, худощавая. Сдвинула узкие брови, облизала тонкие губы. Вытерла рукавицей под небольшим пухлым носиком. Сравнивала себя с Антоном. У нас похожая округлая форма головы. Волосы разного цвета, у меня каштановые, у него светлые. Интересно, а какие у нас могут родится дети? Прижалась еще плотнее к нему.

— Тебе что холодно? – парень обнял меня, потирал плечо через серую куртку. – Печка плохо греет. Машине лет тридцать уже. Хозяин обещает после этой эпидемии новую пригнать, а эту, — он засмеялся, кивнул в сторону кузова, подергал какой-то рычажок. – Так лучше дует?

Пожала плечами, никаких изменений не ощутила. Въехали в лесной массив. Ветки сосен прогибались под весом снега, белые березы как бы пытались спрятаться среди зимнего леса. Деревья шумели и покачивались под порывами холодного северо-западного ветра. С них летели мелкие снежинки, казалось, что падает снег. Они красиво кружились, танцевали и вертелись, словно приветствовали нас. Мелодия шипела и иногда пропадала. Дрожь пробежала по телу.

— Давай куртку дам, — предложил Антон, сбавил скорость.

— Не надо, ты же замёрзнешь, — отклонилась чуть в сторону.

— У меня свитер теплый, — он расстегнул верхнюю пуговицу, внимательно смотрел на заснеженную дорогу.

— Не надо, — снова поцеловала его в щеку. – Мне тепло. Да и осталось еще пару минут ехать. Спасибо тебе, — нежно коснулась своими губами его не выбритой шеи.

— Точно? – он вопросительно взглянул на меня.

Закивала головой, дыхание участилось. Всё же он меня любит. Тонкие губы растянулись в довольной улыбке. По телу растеклось приятное тепло. Пусть с ним не просто завести разговор на общую тему, но рядом с ним ощущала себя защищённой. У края леса виднелось село. От сельских хат тянулся дым, разноцветные крыши стали одинаково белыми. Выделялась только школьная котельная, с высокой дымящейся трубой, которая словно маяк указывала на центр села. Свернули на сельскую улицу. Машину немного занесло на повороте, металл в кузов огрызнулся звоном. Дорога с черной сменилась на белую. За насыпью из снега, как бы за снежной крепостной стеной прятались дома. Всё кругом выглядело безлюдным. Ветер сдувал снег с крыш и деревьев. Сыпал им в большое лобовое стекло старого Мерседеса. Он неспеша ехал по узким сельским улочкам.

Миновали школу, только возле неё играли в снежки местные ребятишки. Стояло несколько снеговиков. На большой площадке, кто-то красиво протоптал большое сердечко. Поправила очки и шапку. Смотрела на обычную сельскую хату, в которой размещалась местная библиотека. Вообще не знала, для чего меня сюда отправляют. У нас в городке хоть что-то покупают, дарят спонсоры, политические партии. Здесь же время застыло в далеких восьмидесятых. Машина повернула и остановилась. Мотор затих, радио шипело. Парень наклонился и обнял меня, его губы коснулись моих.

— Антон, не надо, — бормотала сквозь поцелуй, пыталась оттолкнуть его. – Нас увидят. Здесь же люди ходят.

— Они все дома сидят, — он запустил руку в промежность и поглаживал её. – Тебе же нравится?

Ничего ему не ответила, мы горячо целовались, покручивали головами. Очки мешали, слегка перекосились. Он тискал мою попу. Забралась к нему на колени, обняла его за шею. Его шапка свалилась с головы. Пропускала между пальчиками короткие светлые волосы. Попой ударилась в руль, и машина издала протяжный звук сигнала. Мы разорвали поцелуй, глубоко дышали. Натянулись ниточки слюны. Легкий снег покрывал стекло, появлялись причудливы ледяные узоры. Природа словно прятала нас в авто.

— Я хочу тебя, — тихо произнёс парень, потянул замок на куртке вниз. – У меня так стоит, — он взял мою руку и положил на свой пах. – Давай по-быстрому.

Через штаны ощущала, как пульсирует орган. Жар возбуждение растекался по телу, дырочка увлажнилась. Небольшие сосочки налились. Встретились взглядами, снова целовались, он запустил язык в мой рот. Водила вдоль ствола. Вчера он побывал во всех моих дырочках. Я много лет мечтала о парне, читала любовные романы. А теперь словно стала их героиней. Трахалась с Антоном, часами болтала с Потапом. Жаль, что нельзя их соединить. Парень расстегнул куртку, возился с ремнем на штанах. Он ловко справился с ним, потянул штаны вниз. Черные трусы красиво обтягивали контуры члена. Водила по нему холодными пальцами. Доносился звук приближающегося трактора. Только не могла понять с какой стороны. Вертела головой.

— Нас сейчас точно застукают, — слезла с парня и села на холодное сиденье. – Я пойду, — потянулась к сумочке, вытерла губы, поправила очки.

— Постой, а как мне ехать? – он указал на вздыбленный орган. – Ты же не хочешь, чтобы попал в аварию? Я всё время о тебе буду думать. О твоём сладком ротике, — он протянул руку и пальцами коснулся моих губ. – О твоём горячем язычке.

Поняла его намёк, осмотрелась по сторонам. Снег и иней почти полностью покрыли стекла, как бы пряча нас от посторонних глаз. Он сам спустил трусы, откинулся на сиденье. Любовалась тонким 16-ти сантиметровым членом, с небольшой головкой. Нервно сглотнула. Неужели я настолько похотливая? Я готова сосать ему днём в машине почти в центре села. Антон приподнял свой орган. На головке образовалась большая капля смазки. Облизала губы. Дырочка увлажнилась. Прислушивалась к звукам. Шум ветра, лай собак. Казалось, что сейчас кто-то подойдёт к машине и накричит на нас. Не могла понять, от чего я дрожала.

Наклонилась и губы коснулись нежной кожи. Парень издал какой-то звук наслаждения. Положил руку мне на спину. Куртка противно шелестела. В ротике ощутила слегка горьковатый вкус. Задвигалась по стволу, орган пульсировал сильнее. Мой возлюбленный дышал всё быстрее, инстинктивно покачивал тазом. На моих румяных щеках образовались характерные ямочки. Пускала его за щеку. Раздавались характерные звуки минета. Вошла во вкус и быстрее двигала головой. Поправила очки, рот заполнился слюной, и она стекала по твердому стержню. Пыталась активнее ласкать головку язычком, сжимала её губками. Моя киска текла всё больше. Сколько лет я мечтала о сексе. Завидовала одногруппницам, когда они собирались на свидания, когда они возвращались довольным и со следами спермы в волосах.

— Ох, как хорошо, — трудно дыша произнес Антон, тискал мою попу, надавливал на промежность. – Ты сосешь с каждым разом всё лучше.

— Правда? – подняла глаза и смотрела на парня, не выпускала его ствол с ротика.

— Ага, — он закрыл глаза, запрокинул голову.

Сглотнула несколько раз. Задвигала головой быстрее, придерживала очки, другой рукой гладила его живот и торс. Дыхание сбивалось, немного подташнивало. Очень хотелось запустить пальчики к клитору, поласкать его, проникнуть в свою ноющую дырочку. Парень довольно сопел и дрожал. Всё сильнее сжимал мою попу. Он дёрнулся, и обильная порция спермы заполнила мой рот. За ней сразу последовала вторая. Антон расслабился. Гладил мою спину. Отклонилась и мелкие капли полетели мне на губы, попали на очки. Натянулись ниточки слюны и спермы. Сглотнула всё содержимое. Почувствовала солоновато-терпкий вкус. Вытерла подбородок, взглянула на довольное лицо парня. Она наслаждался полученным оргазмом.

Сама глубоко и часто дышала. Спина немного вспотела, в ушах звенело. Член уменьшался в размерах. На головке образовалась большая капля семени. Наклонилась и высасывала остатки жидкости. Жадно выдавливала её губками. За это время привыкла к вкусу его спермы. Подняла голову, сглотнула несколько раз. Встретилась взглядом с Антоном.

— Хорошая девочка, — похвалил он меня, наклонился и поцеловал в лоб. – Люблю тебя детка. Ты сейчас такая красивая и возбуждающая, — сделал он мне комплимент, заправил прядь моих волос за ухо. – Ушки у тебя очень красивые, — он мял мочку. – Давай продолжим, — кивнул головой вниз. – Он сейчас встанет, а если ты немного постараешься…

— Антон, — отклонилась и скривилась. – Мне на работу нужно. И холодно, — демонстративно вздрогнула.

— Ладно, — он выпустил большое облако пара, подтянул трусы и штаны, возился с ремнём. – Я наберу как приеду. Будешь скучать без меня?

— А как же, — улыбнулась, достала из сумочки влажную салфетку.

— Здесь на носике еще капелька, — указал он пальцем. – И на очках еще.

— Спасибо, — ощущала легкую дрожь на мокрой коже, повернулась и разглядывала себя в зеркале.

По дороге проехал трактор. Антон запустил мотор. Машина завибрировала, из вентиляции ударил приятный теплый воздух. Большие щетки со скрипом поползли по лобовому стеклу. Из серых облаков, кружился и летел снег. Захотелось сейчас оказаться вместе с парнем в теплой постели, наслаждаться нашими телами. Вздрогнула, смотрела на своё отражение. Поправила шапку и очки.

— До вечера, — попрощалась с парнем, наклонилась и поцеловала его в губы. – Осторожнее, на дороге скользко.

— Не переживай, я много лет за рулём, — успокоил он меня, игриво пальцем коснулся моего холодного носа.

Хихикнула, открыла дверь и выпрыгнула на белоснежный ковер. Снег заскрипел под ногами. Задние колёса закрутились и старый Мерседес медленно пополз назад. Антон помахал мне на прощание. Сделала тоже, улыбалась ему. Авто вывернуло на дорогу, дёрнулось и поехало. С накрытого кузова полетел снег. Глубоко вздохнула, холодный втер неприятно дул в лицо. Вздрогнула, пыталась делать большие шаги. Не хотелось нарушать созданную природой идиллию. Подошла к окну, подняла подоконник и достала вязку ключей. Осмотрелась по сторонам, рядом никого. Направилась к двери. Снег только усилился, попадал на линзы.

Открыла дверь, вошла в небольшой коридорчик. Постучала ботинками по деревянному полу. Из рифленой подошвы выпадали забавные снежные фигурки. Проследовала в другое помещение. Очки сразу запотели и всё казалось словно в тумане. Ощущала, какой-то странный запах. Улыбнулась, значит короны нету. Подошла к небольшому шкафчику. Хорошо, что староста сдержал слово и натопил. Повесила куртку, накинула бежевую жилетку. По скрипучему полу направилась к столу. Повесила сумочку на стул. Осмотрела помещение. Стеллажи с книгами, несколько столов для читателей. На стене висела большая карта Украины, календарь с лысым, улыбающимся кандидатом и призывом голосовать «За будущее», хотя здесь всё застряло в прошлом.

Глубоко вздохнула и села на стул. Поправила очки, подтянула резинку на хвостике. Снова проведу здесь весь день в одиночестве. В такой снегопад вряд ли кто-то сюда придёт. Сунула ладони под жилетку и пыталась их согреть. Посижу несколько минут и возьмусь за чтение. Несколько дней читала «Страсть в раю». Перенесусь на тропический остров, где после аварии самолета оказалась парочка, которая пытается наладить свой быт. Слышала вой ветра, за окном крутились снежинки. Включила настольную лампу. Холодный свет залил потёртый стол. Книги на полках покрылись толстым шаром пыли. Пожелтевшие страницы, потёртые обложки. Захотелось взять волшебную палочку, махнуть и всё обновить.

Недовольно скривилась, достала из сумочки книгу, лоток с едой спрятала в стол. Листала страницы, они приятно шелестели. По дороге проехала машина. Взглянула в небольшое окно, мороз нарисовал на нём причудливые узоры. Снег, с другой стороны, лежал на подоконнике. Переношусь в тропический рай. Пальмы, коксы, бананы. Теплый бриз, шум океана. Красивое, загорелое мускулистое тело главного героя. Он пытается на острог наколоть рыбу. Волны ударяются в него, капли солёной воды стекают по коже. Мой телефон напомнил о себе. Потянулась к сумочке.

— Привет, — весело поздоровался со мной Потап. – Как работа? Не замерзла?

— Привет, — ответила ему и отложила книжку. – Я сегодня в селе, здесь маленькая библиотека. Староста натопил её. Сижу скучаю, о тебе думаю, — поднялась и прохаживалась по комнате. – Ты сегодня чем занимаешься?

— Хочу сделать блог об очистке улиц от снега, — слышала в трубке шум ветра. – Обещают к вечеру большую метель и похолодание. – Смотри чтоб тебя не замело в этой глуши.

— За мной заедут, — улыбнулась и вспомнила об Антоне. – Давно я такого снега не помню.

— Я б тебя согрел, приласкал, поцеловал, — голос парня звучал совсем по-другому. – Мне тебя очень не хватает. Всё время о тебе думаю. Не встречал еще девушек, которые так много читают.

Приятное тепло растеклось по телу, словно ощутила прикосновение его теплых рук, горячее дыхание на шее, прикосновение губ. Подошла к окну, разглядывала метель за окном. Видела только дома через дорогу, даже трубу котельной спрятала белая пелена. Теперь я как бы на острове, только холодном и ледяном.

— Потап, — выдохнула на холодное стекло, прикоснулась к нему пальцем, но быстро убрала его. – Мне тоже с тобой приятно общаться, ты меня понимаешь.

— Если б телепортироваться к тебе. Обнять, прижать к себе, ласкать твою маленькую грудь, покрутить сосочек, а затем спустится к твое пещерке, найти кнопочку наслаждение, — тихо шептал он мне в трубку. – Хочу услышать твои сладки стоны, войти в тебя, ощутить тепло твоего тела.

— Не надо, — вздрогнула, киска текла от его слов, сосочки упирались в лиф.

— Тебе не нравится? Извини, скажи, как ты хочешь. Я всё для тебя сделаю любимая.

— Нравится, но я же на работе. А если зайдут читатели, — пыталась разглядывать себя в отражении, поправила очки. – У меня щеки красные, ну и… — не решилась сказать, что потекла.

— Ласкал бы тебя весь день. Сколько смог. Полина, хочу тебя. Любоваться тобой после оргазма, целовать каждый сантиметр твоего тела. Твоя пещерка уже увлажнилась?

— Потап, — нахмурилась, сдвинула брови, не хотелось показаться в его глазах настолько распутной.

— Хочу крепко, крепко тебя обнять. Прижать к себе, целовать твои сладки уста, соски. Ввести в тебя своё копьё любви. Ты сейчас одна?

— Да, — глубоко дышала, прислонилась спиной к теплой печке.

— Поласкай себя и думай обо мне.

— Что? – у меня аж челюсть отвисла, не ожидала от него такого.

— Потрогай свой клитор, представь на нём мои губы, — он продолжал говорить тем же спокойным голосом. – Введи в себя свой прекрасный и нежный пальчик. Ты даже не представляешь, как я хочу тебя. Всё время о тебе думаю.

Мурашки пробежали по телу. Хорошо, что он не знает, что меня трахает Антон. Какая же я плохая. Я обманываю своих парней. Постукивала ногой по грязному, коричневому деревянному полу. Много раз читала о любовных треугольниках в романах, а теперь сама попала в него.

— Как только потеплеет и снег уберут приеду к тебе. Снимем на выходные домик или квартиру и сожжём её нашей любовью, — мои уста растянулись в улыбке. – Никуда тебя не отпущу, а потом заберу к себе. Мне один знакомый обещала найти для тебя место в библиотеке нашего универа. Сможем каждый день отдаваться пламенной страсти. Как мне тебя не хватает, — Потап глубоко вздохнул. – Ты даже не представляешь, как я тебя хочу.

— Я тебя тоже, — тихо ответила ему, переложила телефон из руки в руку. – Часто о тебе вспоминаю.

— Не бойся, поласкай сейчас себя. Хочу услышать твои стоны. Знать, что ты кончила хотя бы от моих слов, а то дома ты всегда ссылаешься на родителей…

— Потап, — перебила его, осмотрелась по сторонам. – Давай не будем.

— Лина, ты осторожно всё сделай. В чем ты сегодня?

— На мне теплые серые штаны, колготки, маечка, тёмно-синяя кофта, ботинки, — поправила очки и смотрела, как за окном ветер разгонял снежные волны, сдувал снег с крыш соседних домов, теперь я точно на маленьком острове посреди бушующего снежного шторма.

— Ты в любой одежде сексуальная. Расстегни молнию на штанах, спусти немного колготки. Какие трусики на тебе?

— Белые слипы в черный горошек, — ответила на его вопрос, ощутила, как еще влажные трусики коснулись тела.

— Ох, — Потап вздохнул, слышала шум транспорта, как сигналили машины. – Хочу снять их с тебя, вылизать твою киску. Ты у меня такая вкусная. Расстегнула штаны?

— Нет, — пальчики дрожали от возбуждения, вспомнилось, как во время последней нашей встречи он вылизывал меня, от его языка я кончила два раза.

— Не бойся, я ж не прошу тебя раздеваться, сделаешь себе приятно. И мне тоже. Я счастлив, когда тебе хорошо. Давай поиграем.

Раскраснелась, стало жарко, дырочка выделила порцию смазки. Казалось, что колготки сжимались и надавливали на набухшие губки. Облизала губы, ощутила легкий привкус спермы Антона. Ветер еще усилился, очень хотелось сейчас оказаться вместе с Потапом на безлюдном острове. Мы голыми лежали б на берегу, обсуждали б книги и писателей, а затем страстно занимались любовью. Луна б освещала наши загорелые тела, океан тихо омывал ноги. Коснулась пальцами пуговки. Водила по ней пальчиком.

— Полина, — напомнил о себе парень и вывел меня из размышлений. – Ты начала себя ласкать? Не молчи, рассказывай, что ты делаешь.

— Я, я, — растерялась и не решалась действовать дальше. – Расстегиваю пуговицу.

— Молодец, теперь давай молнию. Представляй, что я тебя целую, глажу твою попу. Ты очень горячая и влажная. Как я хочу к тебе. Расстегнула?

— Да, — словно под гипнозом потянула замочек в низ, дыхание участилось, ноги дрожали.

— Хорошо, а теперь потрогай себя пальчиками. У тебя между ножек мокро?

— Да, — двумя пальчиками водила по влажным колготкам.

— Ты можешь их спустить до колен?

— Ты чего! – нахмурилась, надула губки.

— Не волнуйся, давай тогда спусти их немножко или запусти руку под колготки, сдвинь трусики в сторону. Так сможешь сделать?

Повисла небольшая пазу. Мы оба глубоко дышали. На улице слышала лай собак и свист ветра. Они словно импровизированный дуэт исполняли какую-то песенку. Смотрела на кружащиеся снежинки, они как бы танцевали под песню, исполняли разные поддержки и па. Ноготком водила по колготкам, киска пульсировала, текла ещё сильнее. Прислонила голову к стене, хотелось лечь, полностью избавится от мешающей одежды. Всецело отдаться ласкам парня.

— Лина, — напомнил о себе мой друг. – Представь, как я сладко целую тебя, проникаю в твою дырочку. Любуюсь твоими большими глазами. Ты ласкаешь себя?

— Да, — запустила руку под колготки, не думала, что трусики так промокли. – Киска такая мокрая и хочет тебя.

— Ох, дорогая. Смелее, проникни в свою пещерку. Представь, что я осторожно вхожу в тебя. Ласкаю твоё горячее тело.

— Потап, — мой голос дрожал от волнения и возбуждения. – Что ты со мной делаешь? Я ж на работе.

— Моего воина крепко сжимает твоя гостеприимная дырочка. Двигаюсь в тебе всё быстрее.

Закрыла глаза, нащупала набухший маленький клитор, надавливала на него пальчиком, проникала в пульсирующую киску. Тихо постанывала. Представляла рядом Потапа, как бы смотрела в его карие глаза, ощущала, как во мне движется его твердый поршень. Мои руки дрожали, импульсы наслаждения растекались по телу.

— Не бойся, ласкай себя, хочу услышать твои сладкие стоны. Не сдерживай себя, сделай мне приятно.

Слышала, как чавкала моя дырочка. Колготки, трусики и штаны мешали двигаться, хотелось потянуть их в низ. Сосочки набухли, спина покрылась мелкими капельками пота. Стонала всё громче. Казалось, что сейчас герои многочисленных книг услышали меня, покинули страницы романов и наблюдают за мной. Наверняка, они осуждали б меня. Узнала б Галина Петровна, что я себе позволяю на работе, что я трахалась в хранилище, в кладовке и даже в её кабинете. Она б точно сразу меня б уволила. Мысли путались, два пальчика всё глубже входили в текущую дырочку, терлись об клитор.

— Молодец, не останавливайся, слышу, как ты сладко стонешь, как я хочу к тебе. Ты даже не представляешь. У меня сейчас член лопнет от напряжения. Я был бы самым счастливым в мире, если б ты оказалась рядом. Не бойся, кончи для меня.

Ничего ему не отвечала. Рука дрожала, поправила очки, поставила ножки чуть шире. Боялась, что я упаду на грязный, давно не мытый пол. Потап вошёл во вкус и всё больше сыпал горячими комплиментами в мою сторону. Плохо, что Антон не многословен, изредка он пытается завести меня по телефону. Двигалась еще быстрее, стонала и глубоко дышала. Казалось, что колготки сейчас порвутся. Пыталась надавливать на стеночки влагалища и клитор.

— Прекрасно любимая, как приятно тебя слушать. Твои стоны самая лучшая в мире музыка для меня. Ни одна муза не сравнится с тобой. Подари мне свой оргазм. Осчастливь меня крошка.

Он слышал только мои сладкие стоны. Вся вздрагивала, приятное тепло растекалось по телу. Вскрикнула несколько раз, выгнулась и меня охватил оргазм. Показалось, что стена за спиной куда-то пропала и я падаю. Качнулась в сторону, но устояла на ногах. Мои дырочки пульсировали. Опустила руку с телефоном. Завывания ветра успокаивали. Не могла понять мне теперь холодно или жарко. Постепенно приходила в себя. Стало очень стыдно. Неужели я настолько доступная, развратная и похотливая? За время учёбы в школе и универе парни не обращали на меня внимания. Сторонились, насмехались, обзывали. Я читала любовные романы и завидовала их героиням. Мечтала встретить свою неземную любовь на всю жизнь.

Из динамика слышались слова Потапа. Приходила в себя, глубоко дышала. Рука так и осталась под колготками. Ощущала, как мои соки растеклись по промежности. Очень хотелось сейчас оказаться в постели вместе с парнем. Лежать на его плече, гладить его крепкое, загорелое, мускулистое тело. Вздрогнула, облизала губы. Услышала, как скрипнула входная дверь. Повернулась к стене, потянула замок вверх, но влажные пальцы проскальзывали и застегнуть молнию у меня не получалось. Слышала, как кто-то сильно стучит ногами. Аж побледнела, смотрела на комнату и думала, куда можно спрятаться. Побежала в дальний угол за стеллажи. Отключила телефон, сунула его в карман штанов. Двумя руками удалось справится с замком.

— Добрый день, — раздался я знакомый голос старосты. – Полина ты здесь? – слышала, как мужчина неуверенно шел по полу.

— Добрый день, — отозвалась я пыталась побыстрее справится с пуговицей. – Проходите, — мой голос звучал по-другому.

— Я думал тебя не будет. Решилась в такую погоду ехать, — он стряхивал с черной куртки снег. – Хорошо натопил? – он приложил красные ладони к печке.

Поправила очки, ноги дрожали, сердце колотилось. Если б он пришёл на минуту раньше, точно застукал бы меня. Подошла к столу, вытащила торчащий смартфон и положила его на стол. Мужчина, улыбнулся и оценивающе смотрел на меня. Ему за пятьдесят, полноватый, с седыми усами и волосами, просматривалась небритая щетина на красных от мороза и ветра щеках.

— Спасибо вам Иван Степанович, — смотрела на вьюгу за окном, старалась не встретиться с ним взглядом. – Теплее даже чем у нас в городке. У нас через большие окна очень дует, а сегодня такой ветер.

— Ты здесь не сиди до вечера, в такую метель автобуса, скорее всего, не будет. Иди на остановку, может, кто еще возьмет до города, а если никого не будет. Можешь у меня заночевать, — он кивнул в сторону, поправил торчащую в кармане темно-синею вязанную шапку. – Я здесь возле школы живу. Не бойся приходи. У меня дочка приблизительно твоего возраста. Заночуешь вместе с ней в комнате.

— Спасибо, за мной заедет в конце дня парень, — села на край стола, покачивала ногой.

— Ну смотри, — он потянул замок на куртке. – Приходи, у меня места хватит. Ты какая-то вся красная, не заболела?

— Иван Степанович, у меня всё нормально, — пыталась ответить как можно спокойнее, но не знаю на сколько у меня это получилось. – Тепло здесь, вот и разогрелась.

Мужчина довольно улыбнулся. Поглядывал на мою промежность. Мурашки пробежали по коже. Неужели, там остались какие-то следы? А вдруг я испачкала штаны мокрыми пальцами? Руки дрожали.

— С тобой точно всё нормально? – уточнил мужчина, прищурил свои серые глаза, хорошо просматривались морщины на его широком лбу. – Смотри не болей. Без тебя всё здесь пропадёт.

Тихо хихикнула, потирала холодные ладошки. Староста достал из кармана шапку, натянул её на седую голову. Видела его грубые, большие руки.

— Не сиди здесь, езжай домой. Ключ положи там же, а я тебе через неделю натоплю снова. А может… — он шагнул к двери, но остановился. – Идём сразу ко мне. Давай я сам всё закрою. Дорогу замело, еще застрянет твой парень.

Задумалась, видела, как кружилась метель, создавала свой снежный ландшафт. Вдруг и правда Антон не приедет? Поправила очки, ощущала влажные трусики, потянула кофту вниз.

— Спасибо, я подожду парня. Позвоню чтоб он уже за мной ехал, — улыбнулась мужчине, взяла гаджет и вертела его в руке.

— У тебя есть мой телефон? Если что звони. Встретимся за неделю, — он махнул мне на прощание. – До свидания Полина.

— До свидания. Хорошего вам дня.

Дверь хлопнула. Подошла снова к окну. Видела, как мой гость наклонился и боролся с ветром. Оставлял в снегу глубокие следы своих ног. Повернулся взглянул в сторону сельской библиотеки, остановился на миг. Махнул рукой и зашагал дальше. Я поправила хвостик. Мороз всё больше разрисовывал узорами стекло, они скрывали от меня село, дома. Рассматривала созданную картину. Сделала несколько фото. Набрала номер Антона, слушала гудки. Зарождалось какое-то чувство сомнения. Вдруг он не сможет приехать, автобуса не будет. Придётся идти к старосте. Пыталась вспомнить к кому я еще могла обратится за помощью. Время вызова закончилось. Ощутила, как холод прошёлся по телу. Недовольно скривилась, еще раз нажала на кнопку вызова.

Поднесла смартфон к уху. Глубоко дышала, нервничала всё больше. Наверное, он не слышит звонка, или сейчас едет и не может ответить. А вдруг застрял где-то в поле или в лесу. Постукивала пальчиками по холодному подоконнику. По дороге проехал старый грузовик, его полностью облепило снегом. Слышала, как гремел кузов. Телефон зазвонил сразу у моего уха. Дернулась от неожиданности, но сразу ответила на звонок Антона.

— Ты что-то хотела? – спросил меня парень, слышала шум двигателя.

— Можешь за мной заехать, я на сегодня свободна. Родители вернуться с работы только через три часа. Сможем… — не решилась сказать ему больше, только улыбнулась.

— Ох, — Антон вздохнул, казалось, бормотал что-то. – Я смогу только через часа два не раньше. Я сейчас заберу метал у одного и сразу к тебе. Идёт?

— Хорошо, жду тебя любимый.

Он отключился. Глубоко вздохнула, сердито сдвинула брови. Понимала его, но хотелось домой. Заметила, что следы, который оставил в снегу староста полностью замело. Направилась на свое место. Скушала рис с отбивной и села за любимое занятие. Снова из холодного украинского села перенеслась в жаркие индонезийские тропики. Листала странички, глаза бегали по строкам. Сопереживала героям, которые прятались от пиратов в пещере и со страхом ожидали прилива. За чтением время проходило быстрее. На улице спускались первые сумерки. Взглянула на время. Прошло больше двух часов. Снова набрала парня. В этот раз он сравнительно быстро ответил на звонок. Слышала его трудное дыхание.

— Ты скоро приедешь? – тихо спросила его, прислушивалась к шуму ветра за окном и другим звукам.

— Машину снесло с трасы, и я застрял в сугробе. Откопаюсь за час, может полтора. – повисла пауза, только бушующая стихия напоминала о себе.

— Что мне тогда делать? – растерялась и ждала решения парня.

— Не знаю, сможешь выйти на центральную дорогу. Это километра полтора два. Я как раз откопаюсь и заберу тебя на остановке. Знаешь, где мы поворачиваем? Она там метров в ста от поворота. На ней девушка в вышитом платье и красивом венке нарисована.

— Да, да, — закивала головой, почесала подбородок.

— Дойдешь туда? Если меня там не будет позвонишь, а если я приеду наберу тебя.

— Хорошо, — вздохнула и надула свои тонкие губки. – До встречи тогда.

Собирала свои вещи. В комнате становилось всё темнее. Может пойти к Степану Ивановичу? Хотя я ж его совсем не знаю. Ночевать у незнакомого человека, как-то не хотелось. Вдруг у него жена ревнивая. Подошла к шкафу, надела свою куртку. Взглянула на библиотеку. Один плюс поездок сюда, что здесь нету Галины Петровны и хоть один рабочий день не приходится слушать её замечания, упреки, придирки. Потянула замок на куртке, накинула на голову капюшон. В такую метель никуда идти не хотелось. Может, лучше остаться здесь? Затоплю печку, как-то вздремну на столе. До утра вьюга стихнет, дорогу почистят. Позвоню родителям, чтоб не волновались. Остановилась и не знала, как поступить.

Вышла на улицу, холодный ветер дул в лицо. Снег сыпал в щеки. Как-то закрыла все замки. Снегу намело почти до колен. Осторожно ступала, спрятала ключи. Повесила сумку на плечо. Начинало темнеть. Светились окна домов, ветер задувал под капюшон, словно пытался что-то шепнуть мне на ушко. Наклонила голову и двинулась в путь. Ветки деревьев качались со стороны в сторону. Вышла на дорогу, осмотрелась по сторонам. Всё кругом белое, напоминало море, на котором покачивались снежные волны. Прикрывала лицо от снега, повернула голову в сторону. Порывы ветра, как бы пытались повалить меня в сугробы или подхватить и унести. В книге хижину моих героев развалил тайфун, а сейчас меня унесет метелица.

Становилось всё холоднее. Не смотря на теплые штаны и колготки, ноги всё равно мерзли. Казалось, что мороз ощущает каждый сантиметр моей кожи. Постаралась ускорить шаг. Иногда снег попадал в ботинки. В дали виднелась темная полоска леса. Вышла на край села. Может вернуться? Поправила очки на ледяном носу. Вздрогнула, пожалела, что сняла жилетку. Она сейчас не оказалась бы лишней. Наклонилась и шагала дальше. На свежем снегу оставляла глубоки следы. Стала вспоминать произведения классиков, которые описывали суровую зиму и замёрзших людей. Идти становилось всё труднее. Надеюсь, что в лесу ветер не такой сильный. А вдруг там волки? Нет, махнула рукой, никогда не слышала о них в нашей местности. Да и в такой холод они спрятались и сидят.

Глубоко вздохнула, выпустила облако пара. Приподняла голову всматривалась в даль. Из-за снега не видела села. Оставленные мной следы быстро исчезали. Дорога слилась с полем. Растерялась, не знала куда сейчас идти. Ноги дрожали, казалось, что постукивали мои зубы. Не могла понять мне так холодно или я испугалась. Достала телефон, хотела набрать Антона, но гаджет не мог поймать сеть. Занервничала еще больше. Сейчас замёрзну и меня никто не найдёт несколько дней. Вытерла под носом, из глаз текло. Ветер швырял в меня мелкие снежинки, словно хотел поиграть со мной в снежки. Местами снег почти по колено. Паниковала всё сильнее. Ориентировалась на лес, ноги в ботинках промокли.

Пыталась вспомнить, как правильно вести себя в подобных ситуациях. Но в голову ничего толком не шло. Мысли путались, мёрзла всё больше. Смотрела на экран смартфона, но сеть не появлялась. Сумерки спускались на землю. Каждый шаг давался всё труднее. Силы оставляли меня. Вспомнила родителей, бабушек и дедушку, Антона и Потапа. Не забыла и о Галине Петровне, она хоть на похоронах не станет меня ругать. Хотелось сесть и отдохнуть. Сняла очки, протёрла глаза. Теперь не видела даже лес. Крутила головой по сторонам, вообще не знала куда мне идти. Слёзы потекли из глаз. Всматривалась в светящийся экран смартфона. Хотелось записать что-то на память о себе. Поблагодарить родителей, больше ничего в голову не шло. Сняла рукавичку, палец дрожал, и я не могла найти диктофон. Коленями свалилась в снег.

В снежной пелене блеснули какие-то огни. Всматривалась в даль. Может вышла на дорогу. Где-то рядом шумел лес. Слышала, как ветер ломал сухие ветки. Поднялась из последних сил. Хищные глаза моргали, свет фар, то появлялся, то исчезал. Может, у меня галлюцинации? Люди в пустыне видят оазис и воду, а я и вижу спасительный для меня автомобиль. Наверное, Антон не смог дозвонится до меня и решил ехать в село. Он спасёт меня. Включила фонарик на телефоне, подняла руки и маха. Крикнула несколько раз, понимала, что меня вряд ли слышно.

Машина приближалась. Пыталась подпрыгнуть всё выше. Само авто я не видела, только в свете фар могла разглядеть разгулявшуюся стихию. Ураганный ветре гнал снежные волны, они накрывали меня с головой. Ноги и часть штанов промокли. Гул двигателя всё ближе.

— Помогите! Антон, я здесь! – кричала из последних сил, активнее махала телефоном. – Сюда!

Сердце колотилось в груди. Пробовала побежать в сторону машины, но свалилась в сугроб. Испугалась, ледяной снег обжигал лицо и руку. Пыталась нащупать телефон. Снова вскочила на ноги, поправила очки. Активно махала. Хотела крикнуть, но вырывался какой-то хрип. Машина повернула в мою сторону. Она словно корабль разбивала снежные замёты, снег разлетался по сторонам. Это не грузовичок Антона, теперь видела ряд огней на крыше. Закрепленные большие фары на бампере. Джип замер в нескольких метрах от меня. Обессиленно опустилась на коленки. Глубоко дышала, кровь пульсировала в висках. Ртом хватала холодный воздух, не могла дышать носом. Хлопнула дверь. Показалась крепкая мужская фигура.

Ощутила, как сильные мужские руки подхватили меня. Он что-то меня спрашивал. Я только вцепилась в его шею. Ощущала запах табака и спиртного. Мой спаситель ступал по глубокому снегу. Открыл дверь внедорожника и посадил меня на сиденье. Меня всю трясло, начало тошнить.

— Пусти, — он потянул мои руки от своей шеи. – Пусти говорю, не бойся я тебя не брошу. Успокойся, — он освободился от моей хватки. – Отклонись.

Вжалась в сиденье. Дверь хлопнула. Очки обмерзли и всё выглядело, как в тумане. Штаны и ноги намокли. Я больше походила на снежный ком. Двигатель тихо урчал. Вздохнула с облегчением. Мужчина, ловко запрыгнул в салон. Взглянул на меня, потирал замерзшие руки.

— Ты что здесь делаешь? – сердито смотрел на меня. – Куда тебя дуру понесло в такую погоду? Жить надоело?

Смотрела на него и моргала ресничками. Глубоко дышала, провела холодной рукой под носом. Где-то там в снегу осталась моя рукавичка.

— Ты нормальная? – тряхнул он меня за плечо. – Понимаешь, о чём я тебя спрашиваю?

— Да, — ответила ему хриплым голосом и кивнула головой. – Я к дороге шла, — осмотрелась по сторонам. – Меня там парень ждёт на машине.

Мужчина недовольно покрутил головой. На виде ему лет сорок. Полноватый, круглолицый, с темными волосами. Широкий нос с большими ноздрями, красные пухлые щёки. На нём потертый камуфляж, с какими-то нашивками на рукаве. Он большой рукой включил передачу. Двигатель заревел, джип двинулся с места.

— Куда вы меня везёте? – поинтересовалась у него и дальше дрожала, на коврике образовалась большая лужа.

— К себе домой. Ты вообще счастливица, если б не задержался на ферме замёрзла б в поле, — он оценивающе взглянул на меня, но быстро переключился на дорогу. – А там разберемся, что с тобой делать. Не сиделось тебе дома? Куда тебя потянуло в такую погоду?

— Я возвращалась с работы, — мой голос дрожал, из глаз ручьем потекли слёзы.

— Ну успокойся, — он протянул свою крепкую руку, похлопал меня по коленку. – Не плачь, теперь всё нормально.

Внедорожник подбрасывало на неровностях дороги. Снежный волны накрывали авто. Аж не верилось, что я смогла пробраться через такие сугробы. Вообще не понимала, куда он меня везут. Протерла очки. Разглядывала своего спасителя. У него карие глаза, легкая седина у висков, морщины на лбу, мешки под глазами. Меня покачивало на сиденье, почему-то клонило в сон. Я потеряла ход времени. Стало немного теплее, трясло меньше. Облизала холодные губы.

— Тебя как зовут? – поинтересовался он, крепко держался за руль, авто поскрипывало и ревело.

— Полина, я – библиотекарша, приезжаю раз в неделю в село после реформы, — почему-то зубы постукивали.

— «Буйвол», ой, — он смешно закрутил головой и улыбнулся. – Богдан, — назвал своё имя, косился глазами в мою сторону. – Я с женой на хуторе живу. За пару минут доедем. Машина хоть и старая, но еще не подводила. Смотри как метёт, ни черта не видно. Сильно замёрзла? Ты ботинки снимай если ноги мокрые. Еще пальцы отморозишь.

Наклонилась, дрожащими пальцами пыталась развязать шнурки. Наш корабль раскачивало в снежном шторме. Снег закручивало и вертело, казалось, что ветер сейчас подхватит и джип и унесёт нас в небо. Откинула капюшон, сняла ботинки, растирала руками мокрые носки. А как же Антон? Он сейчас где-то на дороге, ждёт меня, а может вернулся в город или приехал в село. Путалась в догадках. Авто сбавило скорость. Через белый шторм виднелся огонёк дома. Вздохнула с облегчением. Жизнь с новой силой возрождалась во мне. Виднелись какие-то строения, фары скользнули по окнам дома. Внедорожник замер, мотор стих, огни погасли. Слышала, как снег сыпет в стекло. Богдан зашевелился, собирала что-то и пихал в карманы.

— Не обувайся, я тебя донесу, — он открыл дверь и в салон сразу ворвался холод и снег.

— Спасибо, — тихо поблагодарила своего спасителя.

Он обошёл машину, открыл дверцу с моей стороны. Снова обняла его за толстую шею. Разглядывала очертания двухэтажного дома. Спутниковая антенна вибрировала от порывов ветра. Зашли под большой навес. Снег поскрипывал под его ногами. Мои ботинки остались в машине. Богдан открыл дверь, мы вошли во внутрь. Пахло чем-то вкусным. В животе заурчало. Мужчина поставил меня на пол. Ноги дрожали, не знала, что делать дальше. Мужчина спокойно раздевался. Открылась дверь из комнаты. В проёме стояла плотная женщина среднего роста в розовом, длинном, махровом халате. Он взглянула на меня затем на мужа. Смотрела на меня узкими голубыми глазами, словно пыталась угадать, кто я такая и откуда взялась. Она поправила распущенные светлые волосы.

— Леся, принимай гостью, — мужчина повесил куртку, потирал руки. – Подобрал в поле у кривой вербы. Не знаю, как она туда попала. Замёрзла б дурёха, — он подошёл, обнял жену, поцеловал её в щеку. – Она вся промокла, дай ей что там, — он смерил меня взглядом. – На ужин что у нас сегодня?

— Гречка с подливой, запеченная картошка, а также шарлотку испекла, — женщина пристально смотрела на меня. – Ты уже несколько дней просил.

Богдан довольно улыбнулся, почесал голову. Расстегнул замок на свитере. Игриво погладил жену по попе и направился в комнату. Я босяком стояла на плитке и дрожала. Встретилась взглядом с женщиной. У неё вытянутое лицо, нос слегка загнут к верху, на шее виднелась цепочка, кожа слегка блестела в свете люстры. С улицы слышались звуки вьюги. Казалось, что она сейчас распахнёт дверь и ворвется в коридор.

— Пошли, — она махнула мне рукой. – Не знаю, что тебе и дать. Ты такая щупленькая. На тебе всё моё висеть будет, — хозяйка дома изучала мои параметры. – Сильно замерзла?

Закивала головой, вошла за ней в просторную большую комнату. В камине потрескивали дрова. По телевизору показывали турецкий сериал. Вдоль дальней стены темно-коричневая стенка. Овальный светло-коричневый ковёр, светлый ламинат. Большой угловой диван, два кресла, у окна стол и стулья. Резная деревянная лестница вела на второй этаж. Пламя красиво отсвечивалось в зеркалах в стенке.

— Не стой, раздевайся, — Леся скривилась и почесала подбородок. – Погреешься у камина, а потом покормлю тебя. Тебя как зовут?

— Полина, — представилась я, потянула замок на куртке. – Большое спасибо, если б не ваш супруг я б замёрзла. Не думала, что у нас такая метель бывает.

Женщина подошла и забрала у меня куртку. Протянула руку и потрогала мои мокрые штаны. На ламинате остались мокрые следы от моих ног. Поправила очки, крепче затянула хвостик.

— Снимай и кофту, и штаны, они у тебя мокрые. За ночь всё высохнет, — она положила куртку на спинку кресла. – Давай, не стесняйся, — она поймала на себе мой взгляд. – У огня быстро согреешься, а хочешь ванную наберу. Пальцы себе не отморозила? – она разглядывала мои руки.

— Кажется нет, — расстегнула штаны и потянула их низ, не думала, что они такие мокрые. – Не надо ванной. Я у камина погреюсь.

— Сейчас я дров подброшу. Ты не местная? – она внимательно разглядывала моё лицо, кинула в огонь несколько больших поленьев, поправила их кочергой.

— Я из города, работаю в библиотеке, приезжаю в село раз в неделю, — сняла штаны и мокрые носки, стянула через голову кофту.

— Ложи на кресла у батареи и иди сюда, — хозяйка дома села на коврик у камина.

— Спасибо вам, — раскинула свои мокрые вещи, заметила на стене большую икону, тихо поблагодарила за своё спасение.

— Колготки тоже снимай, — Леся разглядывала мою фигуру, довольно улыбалась, огонь освещал её лицо. – И майку.

Вздохнула, осмотрелась по сторонам. Запустила пальцы под резинку, потянула их вниз. Мурашки пробежали по коже. Стащила маечку. Женщина поманила меня к себе. Подошла и села рядом. Дрова стреляли красными углями. Языки пламени вырывались вверх. Огонь менялся с красного, на оранжевый и багряный. Леся обняла меня и прижала к себе, растирала мои холодные ноги.

— Не бойся, — она тёрла мои пальцы на руках. – Как ты и додумалась идти?

— Меня парень должен забрать у центральной дороги, — расслабилась, ощущала приятное прикосновение её горячих рук. – Из-за снега я сбилась с дороги. Наверное, заблудилась. Ой мне нужно родителям и Антону позвонить. Они же волнуются.

Резко вскочила, огонь приятно грел в ноги. Лапочка заморгала и погасла. Телевизор моментально стих. Комнату освещал только огонь. Донесся звон посуды и крепкие слова Богдана. Глаза привыкали к темноте. Подошла к сумочке, достала телефон. Пробовала его включить, но у меня не получалось. Растерлась и смотрела на черный экран. Судорожно нажимала на кнопку. Гаджет не реагировал. Пыталась вспомнить номера, но у меня ничего не получалось. Холод волной прошёлся по телу. Они же волнуются, что теперь? С улицы слышались звуки бушующей снежной стихии.

— Полина, что-то не так? – поинтересовалась Леся, повернулась в мою сторону, поправила ворот халата.

— Телефон разрядился, — глубоко вздохнула, по щекам покатились слёзы.

— Девочка, не плачь, — она поднялась, прижала меня к себе. – Главное, что ты жива. Успокойся, — она заглядывала в мои глаза, поправила прядь моих волос. – Не нужно плакать. Появится электричество и позвонишь. Хочешь я тебе свой телефон дам? Ты номера помнишь?

Отрицательно покрутила головой. Я точно помнила номер мамы, сейчас сомневалась в цифрах. Большие слезы катились по щекам, капали на пол. Хозяйка дома, успокаивала меня, гладила по голове. Камин тихо постреливал, комната теперь выглядела совсем по-другому.

— Не дрожи, пошли к огню, — она повела меня под руку. – Всё у тебя хорошо.

Мы уселись на коврик. Тихо всхлипывала. Где сейчас Антон? Что думают мои родители? А если он никуда не доедет и замерзнет. Плакала и дрожала. Комнату осветили огни свечей. В дверях стоял Богдан. Смерил нас взглядом. Он успел переодеться. На нём темно-сине спортивные штаны с белыми лампасами, голубая футболка. Хорошо виднелись мышцы на крепких руках, просматривался широкий торс.

— Что у вас? – спросил он, подошёл к столу и поставил на него подсвечник. – Ничего себе не отморозила?

— К счастью, нет. Замерзла только. А ещё домой позвонить не может, — спокойно рассказывала Леся, гладила меня по голове, как могла укрыла меня халатом. – Не дрожи, успокойся.

— Сейчас, — мужчина поднял руку, направился к стенке. – Сейчас дам настойки. Сразу всё пройдёт и согреешься.

Скрипнула дверь шкафчика. Богдан взял стакан, перебирал бутылки. Женщина, сильнее прижала меня к себе. Ощущала приятное прикосновение её голого тела. Она оказалась без лифа и её твердый сосочки упирались мне в спину. Тепло приятно растекалось по коже. Вытерла под носом, всхлипывала меньше. Мужчина подошёл и сел рядом с нами. Протянул мне стакан с зеленоватым напитком.

— Пей, — разглядывал моё заплаканное лицо.

— Я не хочу, — через плач пробормотала ему в ответ.

— Пей я тебе сказал. Сразу легче станет. Это на травах. Не бойся. Давай сразу залпом.

Отрицательно крутила головой. Ртом хватала воздух. Смотрела на колеблющееся пламя свечей. Они красиво отражались в зеркалах. Казалось, словно образовывали загадочный туннель.

— Давай, — он поднес стакан к моим губам. – Тебе легче станет. Уснешь сразу, заодно и профилактика инфекций. Знаешь сколько сейчас с вирусом в больницах.

Глубоко вздохнула, вытерла слезы со щёк. Поправила очки, смотрела на лицо своего спасителя. Казалось, видела своё отражение в его добрых глазах. Сделала несколько глотков. Скривилась и чуть не закашлялась.

— Давай, давай, — подгонял он меня. – Нужно всё выпить, — опрокинул стакан больше.

Огненная жидкость обжигала желудок. Дыхание сбилось. Меня словно подожгли изнутри. Не могла нормально дышать. Щеки залил румянец. Теперь не могла понять мне жарко или холодно. В ротике ощущала горьковатый привкус. Недовольно кривилась.

— Молодец, — похвалил он меня, похлопал по голому бедру. – Теперь другое дело, — широко улыбнулся, поставил рюмку на камин. – Я когда ощущаю простуду, сразу выпиваю настойку, и никакая зараза меня не берёт, — он сел обратно и взялся растирать мои ноги. – Пошевели пальчиками. Не болят?

— Всё нормально, — мой голос показался мне совсем другим. – Спасибо вам большое.

Большие и крепкие руки мужчины растирали мои ступни, икры, бёдра. Дыхание участилось, закрыла глаза. Пробовала расслабится. Я в теплом доме у камина. Пусть на мне только одно белье, но я больше не стеснялась. Приятное тепло растекалось по телу. Леся гадила мои волосы. Её теплое дыхание нежно ласкало ушко и шею. Богдан осмелел и подымался всё выше. Шершавые пальцы касались промежности. Проводили по внутренней стороне бедра. Теперь всё, как в тумане. Чья-то рука сжимала сою грудь. Хотела сопротивляться, но и дальше спокойно сидела. Перестала плакать и наблюдала за действиями мужчины.

— У тебя совсем трусы промокли. Нужно их снять, — он запустил пальцы под резинку и потянул. – Вот так лучше, — положил их ближе к камину, разглядывал мою промежность. – Ты хорошенькая, такая юная.

Улыбнулась, пробовала прикрыть свою киску рукой. Это ж я намокла от разговора с Потапом, от минета Антону, а может когда падала в снег. Мужчина нежно прикасался моих губок. Вздрагивала, импульсы наслаждения растекались по телу. Сама не поняла, как Леся умудрилась расстегнуть мой черный лиф. Он скользнул по рукам. Женщина отбросила его в сторону. Она нежно покручивала мои набухшие сосочки.

— Не бойся. Знаешь, что самый лучший метод согреться оказаться между двумя горячими телами, — шептала она мне на ушко, прижала меня к своей голой груди. – Ты такая хорошенькая.

Взглянула на неё. Она на наклонилась и целовала в шею. Горячие губы приятно касались кожи. В дырочку проскользнул крепкий мужской палец. Надавливал на стеночку влагалища. Издала тихий стон наслаждения. Киска потекла и тихо чавкала. Раскраснелась еще больше. Пламя освещало моё голое тело. По нему блуждали их руки. Леся сбросила халат. Её пышная грудь третьего размера покачивалась. Большие розовые ореолы, соски набухли. На белых трусиках виднелось большое мокрое пятно, выглядывали волосы. Становилось всё теплее. Огонь в камине, словно специально старался разогреть страсть.

Богдан стащил футболку и швырнул её в сторону. Его волосатая грудь, выступающий животик. На спортивных штанах виднелся внушительный бугор. Мурашки пробежали по коже. Киска увлажнилась. Страсть и похоть боролась со скромностью. Леся наклонилась и посасывала мой сосок. Я вцепилась руками в ковёр. Мужчина шире развел мои ноги. Любовался аккуратными лепестками моей бритой киски, небольшим клитором. Мои стоны становились всё громче, смешивались с треском дров в камине и воем ветра за окном.

— Какая ты узенькая, — тихо произнес мужчина, продолжал изучать моё влагалище. – Видно у тебя не часто с твоим мальчиком?

— Бодя, не смущай девочку, — отозвалась на его замечание супруга, подняла голову, перекинула волосы на одну сторону. – Она и так вся дрожит.

— Ладно, — мужчина улыбнулся, и они поцеловались, его палец так и остался во мне.

Всё лицо пылало, коснулась кожи пальцами. Оно не показалось мне таким горячим. Чувства путались, голова приятно шумела. Слышала, как чавкала моя дырочка. Сама не понимала, почему я так текла. Они перестали целоваться. Снова переключились на меня. Леся положила меня на ковер. Избавилась от трусов. Видела её массивные губы, большой клитор. На бёдрах небольшой целлюлит. Широкая попа, крепкие руки. Вспоминались пышные женщины с картин эпохи возрождения. Я на её фоне казалась щуплой школьницей. Она легла рядом со мной, гладила меня и целовала. Богдан снял штаны вместе с трусами. Его эрегированный 18-ти сантиметровый член получил свободу. Большая толстая головка сразу бросалась в глаза, ствол обвивали бугорки вен. Висели большие, волосатые яйца. Вся вздрогнула.

Не верилось, что в меня сейчас войдёт такой большой орган. Леся коснулась моих губ. Ответила на её поцелуй. Я ж целовалась только с Ярославой. Она сейчас на Занзибаре, там тепло, море. Вчера присылала мне фото в купальнике. У неё какие-то съемки. Инстинктивно покачивала тазом. Снова вспомнила об Антоне. Может он замерзает, ищет меня, а я здесь трахаюсь. Богдан наклонился, наблюдал, как я целуюсь с его женой. Наши губы скользили, слышались звуки поцелуя. Жар от камина приятно ласкал кожу. Как бы невидимый любовник изучал меня. Тихо постанывала и наслаждалась нашей развратной игрой.

— Не бойся, я тебя осторожно, — мужчина наклонился, головка коснулась моих губок.

Закрыла глаза. Леся отклонилась, глубоко дышала, гладила мою грудь. Мужчина плавно надавил и вошёл в меня. Вскрикнула и прогнулась. Сильно сжала кулачки. Богдан шире развел мои стройные ножки. Его крепкий и толстый стержень всё глубже входил в меня. Дырочка пульсировала.

— Ох, хорошо, — вырвалось у него. – Ты такая узенькая и тесная.

— А я? – немного обиженно звучал голос Леси.

— У тебя попа тоже узкая.

Она недовольно скривилась, сдвинула брови, сердито смотрела на мужа. Наши тела соприкоснулись. Он шершавыми руками гладил мои бёдра, живот. Встретилась с ним взглядом. Мужчина осторожно покачивал тазом. Тела шлёпали. С моих уст срывались стоны. В свете огня оказался еще больше. Теперь он точно похож на бизона или как он там назвался. Хотела вспомнить его прозвище, но у меня не получалось. Прокручивала варианты. Головка ударялась в матку. Стеночки влагалища обхватывали большой член. Стонала еще больше. Богдан пыхтел, набрал темп и старался его удерживать. Леся ласкала нас обеих. Гладила меня, целовала мужа, тискала мою грудь, покручивала соски.

Меня выгибало, все мысли путались. Хотелось просто кончить у уснуть. Выгнулась и оргазм овладел мною. Всю затрясло, по телу растекался жар наслаждения. Ощутила легкость и блаженство. Мой спаситель ещё ускорился. Он быстрее двигал твёрдым инструментом. Вынимал его и входил обратно. Дырочка издавала какой-то странный звук. И новая волна блаженства уносила меня в рай. Всё смешалось и вертелось. Богдан вышел из меня, и мощная струя спермы полетела на живот и грудь. Попала на лицо и очки. За ней последовала вторая. Леся выставила язык и пыталась поймать семя супруга.

— Как хорошо, черт. Давно так не кончал, — он выдавливал остатки спермы и разглядывал меня. – Красиво, — он сел рядом и гладил меня. – Слушай, а не хочешь у нас навсегда остаться?

Улыбнулась, но ничего ему не ответила. Облизала губы, ощутила горьковатый вкус спермы. Чем-то вспомнился случай летом с Игорем Ивановичем. Капли белой жидкости покрыли меня словно снежинки. Леся странно поглядывала на мужа. Она наклонись, пальцем собирала сперму с меня и давала мне в ротик. Я не противилась, всё слизывала и глотала. Постепенно приходила в себя. Разглядывала хрустальную люстру, натяжной потолок, в котором отсвечивались огни свечей и камина.

Богдан наклонился и целовал свою жену. Я так и посасывала её палец. Другой рукой она дергала его обмякший член. Он игрался её большой грудью, словно подбрасывал мячики. Меня клонило в сон, голова шумела. Ощущала легкость и успокоение. Орган снова набирал свою силу. Казалось, что они наигрались мною и теперь ублажали друг друга. Леся наклонилась и сладко сосала. В такой позе её холмы, превратились в настоящие горы с острыми вершинами возбужденных сосков. Богдан собрал её волосы с силой надавливал на затылок. Она немного довилась, но продолжала сосать. Только раз украдкой видела, как на кухне сосала соседка по квартире, но она заметила меня и посла в известное место. Потом я несколько дней вспоминала увиденное, текла и ласкала себя.

Он отпустил голову. Натянулись ниточки слюны. Леся смахнула их рукой, глубоко дышала. Богдан ловко развернул её, поставил раком. Несколько раз плюнув на её попу. Прислонился и вогнал свой кол в её анус. Она вскрикнула, видела, как маска боли застыла на её лице. Мужчина резко двигал тазом. Их тела громко шлепали. Я нерешительно протянула руку, нащупала её большой клиторе и легонько теребила его. Её грудь моталась со стороны в сторону. Женщина громко стонала. Богдан держал её за талию и тянул на себя. Хорошо, что меня не трахнул в попу. Я б не выдержала такого размера. Вздохнула с облегчением. Ощущала, как пульсирует её киска. По моим пальцам стекала смазка.

— Кончаю, кончаю! – трудно дыша вскрикнула Леся, опустила голову на пол.

— Я тоже, — Богдан закряхтел, сделал несколько сильных толчков и изливал сперму в попу супруги. – С тобой тоже хорошо. С вами обеими хорошо, — он взглянул на меня, широко улыбнулся.

Ответила ему тем же. Любовалась парочкой, гладила горячее тело Леси. Ствол обмяк и выскользнул из её дырочки, за ним потянулась белая жидкость. Богдан лег, между нами. Опустила голову на его вспотевшее плечо. Он прижал меня к себе. Гладил мою спину и попу. Огонь освещал наши голые, разгоряченные сексом тела. Слышалось наше дыхание, вьюга напевала тихую колыбельную. Не заметила, как уснула в его крепких объятиях.