шлюхи Екатеринбурга

Аленький цветочек. Сказка (18 часть)

Долго ль в коме оставалась?

Но очнулась, оклемалась,

Претерпев и боль и страх,

Среди зала на коврах…

Повернулась вбок немножко:

Видит, прямо у окошка

Уж не «зверь», чей страшен вид,

А «крутой» мужик стоит…

Голышом стоит, в натуре,

С обалденною фигурой:

Ноги, руки, плечи, грудь,

Любо-дорого взглянуть!

Разве только что, быть может,

Подкачала малость рожа –

Лысый череп, уши вверх,

В остальном – как человек!

Но что важно и приятно –

Член меж ног торчит поднятый

На «одиннадцать часов»,

К «упражнениям» готов!

От такого, скажем, счастья,

Распахнулась писька Насти,

И прозрачная «смола»

Вдоль по ляжкам потекла!

«Кто ты, рыцарь мой прекрасный?

И где Господин несчастный?

И зачем я вся уже

Без одежды, в неглиже?»

«Милая, да то ж опять я!

Ведь разрушились заклятья,

И теперь я здесь стою

Натуральный, мать твою!

Наконец-то вид мой точный

Ты увидела воочью!

Вот таким я был, когда

Упекли меня сюда!

Вот стою и наблюдаю,

Всё сильней тебя желаю,

И, смотрю, твоя пизда

Тоже как не против, да?»

«Ну ещё бы… Да! О, Боже!

До чего ж ты непохожий

На того, кто столько дней

С писькой баловал моей!

А такого я вкрутую

Залюблю и зацелую!

У такого молодца

Не слезала б я с «конца»!

Видишь, писька откровенно

Подалась навстречу члену,

Да и задний мой «проход»

С нетерпеньем его ждёт!

Я за три дня, те, что дома,

Вся измучилась в истоме,

Дай-ка, я ждать не хочу,

На тебе я поскачу!

Уже мочи не осталось…»

И, как с привязи сорвалась,

Еле сдерживая страсть,

На «героя» взобралась.

Член схватив двумя руками,

Сжав покрепче кулаками,

Между свесившихся «губ»

Всунула «головкой» вглубь…

Ловко задом повертела,

И всей массою осела,

Насадилась без границ,

Аж до самых до яиц!

Ощущая, как он с хрустом

Заполняет всё, где пусто,

Еле сдерживая крик,

Заскакала в тот же миг!

И «герой» под нею тоже,

С перекошенною рожей,

Зарычал, заголосил,

Задолбил что было сил!

Кто б увидел – понял сразу,

Как соскучились, заразы,

По пизде, и по хую,

За разлуку-то свою!

Целый час скакали вместе,

Настя «кончила» раз десять,

А мужик стерпел, не слил,

Сразу видно: не с Земли!

Настя наконец устала,

На груди его упала,

Мочку уха теребя,

Пискнула: «Люблю тебя…

Только непонятно всё же…

Говорил, что ты всё можешь…

В смысле… если пожелать,

Вид любой земной принять…

Чтобы изменить конкретно

Образ свой инопланетный…

Тело – ладно, но лицо б

Как у наших молодцов…»

«Так ведь всё, что тут случилось,

До конца не завершилось,

Чтоб мне вид земной принять,

Ты должна… ну… отсосать!»

«Да? И только-то? Всего-то?

Вот уж велика забота!

Ты ж теперь не «зверь» в лесу,

Я с восторгом отсосу!

Только как бы аккуратней,

Рот бы членом не порвать мне,

Мне ж потом, едрёна мать,

По Парижу-то гулять!

Ладно уж, пизду всю в клочьях

Я под платьем спрячу точно,

А разорванный мой рот

Каждый дурень засмеёт!

Так что мы насколь возможно

Будем очень осторожны,

Встань-ка, придержи свой хуй,

И меня чуть подстрахуй!»

И уже не сидя, стоя,

Вместе выдали такое,

Что, хоть обойди весь свет,

Не увидишь это, нет!

Настя, ротик свой разинув,

Изогнулась вполовину

Так, чтоб член и два яйца

Были у её лица.

И, закрыв глаза от страха,

Попыталась сразу, махом,

Это дело провернуть,

«Кол» огромный заглотнуть.

Но, как ни вертелась, только

Засосать смогла «головку»,

Да и то с трудом во рту

Разместила «красоту»!

И «герой», как ни старался,

Ни пихал, ни напрягался,

Член его огромный в рот

Ни в какую не идёт!

Так её тянул за уши,

Чуть ей зубы не порушил,

И крутил им, и толкал,

Дальше горла не достал!

Но зато от упражненья

Вспыхнуло в нём наслажденье,

И в каких-то пять минут,

«Кончил» в рот ей и на грудь!

«Кончил» раз, и «кончил» снова,

А потом опять, по-новой,

И ещё, ещё, ещё…

Как поток напор пошёл!

Столько жаркой, жгучей спермы

Рота б слить смогла наверно,

Или даже полк вполне,

Настя утонула в ней!

И откуда столько взялось?

Ей внезапно показалось,

Что сливается по ней

Сперма со Вселенной всей!

Уж и рот залит, и ляжки,

Уж и грудь всю у бедняжки

Позалило, и живот…

А «герой» всё льёт и льёт!

Наконец и он, подлюка,

Потрясая своей «штукой»,

Дёрнулся наискосяк,

Брызнул каплей и иссяк…

В тот же миг всё засверкало,

Завоняло из подвала,

И по сперме, как жучки,

Побежали огоньки…

Сквозь пизду в мозги разрядом

Настю трахнуло, а рядом

Весь затрясся и «герой»,

Изменяя облик свой!

Весь расплылся, закачался,

В ком слепился и распался…

А потом из огоньков

Начал собираться вновь…

Настя, глядя мутным оком,

Дергая пиздой под током,

Маткой чувствуя экстаз,

«Кончила» сто раз за раз!

Мозг взорвался вытекая,

«Божечки-и-и, кто я такая?. .

Это же уже не я-а-а! А-а-а!!!»

И дальше – ни хуя!

Ни души, ни тела нету…

Хоровод из тьмы и света…

А потом водоворот…

И несёт, несёт, несёт…

Вдруг всё схлопнулось, свернулось,

Настя словно бы очнулась…

Видит: снова тот же зал,

Только будто ярче стал…

И вокруг полно народа,

И одеты все по моде,

Весь придворный персонал,

Как на праздник иль на бал…

В чёрных фрачных парах длинных

И при «бабочках» – мужчины,

Ну а дамы – все в шелках

Разодеты в пух и прах!

Улыбаются все Насте

В реверансах: «Здрасьте», «Здрасьте –

Руки на сердце держа, –

Добрый вечер Госпожа!»

И отходят без ответа,

В пояс кланяясь при этом,

Только каждый, как итог,

Взгляд бросает ей меж ног!

Настя медленно, с опаской

К низу опустила глазки,

И застыла от стыда –

Всем видна её пизда!

Ноги в стоны раскрыты,

Под лобком – торчащий клитор,

А меж «губ», о, что за вид!

Член в пизде её стоит!

А она, притом, степенно

Восседает на коленях

У красавца-мужика,

Чуть откинувшись слегка…

На виду у посторонних

В мягком кресле, как на троне,

В центре зала так, чтоб всем

Было видно без проблем!

И сама она, похоже,

Стала краше и моложе –

Кожа бархатом горит,

Волос искрами блестит!

«Что же это? Как же это?

Я же словно вся из света!

Как вино играет кровь,

Будто родилась я вновь!

Ой, и писька, посмотри ты,

Словно не была разбита,

Съёжилась, подобралась…

Что затея удалась?»

«Да любовь моя, да птичка!

Да, как видишь, всё отлично!

Мы теперь с тобой вдвоём

Жизнь всю заново начнём!

Опыт удался, конечно,

И теперь жить будем вечно!

Не состарят нас года,

Будешь вечно молода!

На родной моей планете

Всем давно доступно это,

А теперь и ты к тому ж

Не совсем земная уж!»

«Здорово, но как не стыдно?

Ведь всем наши письки видно!

Как же можно сотням глаз

Выставлять всё напоказ?»

«Слугам? Это даже надо!

Слуги – это просто стадо!

Ты ж теперь хозяйка здесь,

Пусть поклонятся пизде!

На Земле ведь есть обычай,

Ручку чмокать для приличья,

А вельможам, так сказать,

Даже ножки целовать!

А у нас не всё так строго:

Мы не лижем руки, ноги,

Наша искренность проста –

Мы вельмож целуем «там»…

Хочешь, мы ведь не в Париже,

Клитор все тебе оближут?

Так господ у нас давно

Целовать заведено!

«Ну и чудеса не свете!

А откуда люди эти?

Раньше, помнится, вокруг

И не наблюдалось слуг…»

«Что до слуг, так то ж – «цветочки»!

Помнишь с ними заморочки?

Это ж им твоя тогда

Так понравилась пизда!

Знаешь, как им было сладко?..

Так что привыкай к порядкам!

Только ты их не балуй,

Лишь в награду – поцелуй!»

«Боже мой! Я словно в сказке!

Значит можно без опаски

«Развлекаться» прямо тут?

И они все всё поймут?

«Ну конечно, как иначе?

Им всё в радость, и тем паче

Им бы, коли б не мы,

Никогда б не стать людьми!

Так что вместе всей толпою

Щас мы оргию устроим,

Каждый из моих «цветков»

«Отодрать» весь мир готов!»

«Ах, как здорово, как славно!

Перед всеми и подавно

Испытаю я экстаз,

Не один, а сотню раз!

Пусть тогда твои холопы

Поглядят, как ты мне попу

«Распечатаешь» легко,

Ты ж давно хотел в «очко»?

Да и я уж, право слово,

В попу, наконец, готова,

Да к тому же так, при всех,

Слаще будет этот грех!

Раз сегодня я невеста,

Дай тогда мне в кресле место,

Я тогда здесь лягу так,

Чтоб все видели просак!

Так вот. Ножки чуть повыше…

Ну же, подходите ближе!

Все смотрите! Мне сейчас

Попу «вскроют» в первый раз!»

И придворные все сразу

Встали в круг, как по приказу,

И в её раскрытый «зад»

Страстно вперили глаза…

«Настенька, ты просто чудо!

Как красиво, зверем буду!

Так бы и смотрел всю жизнь,

Ну, малыш, теперь держись!..»

И не мудрствуя лукаво,

Член одним толчком заправил

Сколь возможно глубоко

Насте в ждущее «очко»!

Взвыла Настя, как на плахе,

То ль от кайфа, то ль от страха,

Когда мощный, крепкий «ствол»

До желудка ей дошёл!

Тормознул нутро вжимая,

И по «стеночкам» играя,

Заходил там взад-вперёд,

Раздувая ей живот!

И в торжественность момента

Грянули аплодисменты!

Прокатились словно вал,

Через весь огромный зал…

Настенька сквозь боль и счастье,

Попой двигая от страсти,

Член проталкивая вглубь,

Взмокла между алых «губ»…

«Потекла», как в течку сука,

Наслаждаясь сладкой мукой,

В криках, в воплях, и в слезах,

У придворных на глазах!

Ну и тех, такая сцена

«Раздраконила» мгновенно,

Под натужный Настин крик,

Платья послетали с них!

Словно бешеное стадо,

Оголившись, тут же рядом,

Разложили дружку друг

В зале на полу вокруг!

И пошла вовсю забава!

Перед «троном», слева, справа,

Голых потных тел комок

Вытворял, что только мог!

Вскрики, хрипы, «охи», «ахи»,

Задниц голых, белых взмахи,

Члены крепкие в руках,

В пёздах, в попах, и во ртах!

Брызги, чавканье и струи,

Без стесненья поцелуи,

Сиськи сжаты в кулаки,

В жарких письках языки…

Настенька от оргий этих

Позабыла всё на свете,

Да она такой бедлам

И представить не могла!

И ничуть не уставая,

Ловко «дырочки» меняя,

Среди этих диких сцен

Внутрь впускала крепкий член!

От такого, раз за разом,

Попа дергалась в экстазе,

А пизда, так та, вообще,

Билась как на шабаше!

Выделеньями по-полной

Всё влагалище заполнив,

Вспучив клитор, как сосок,

Брызгала на ляжки «сок»…

Сколько раз, взбивая пену,

Настя «кончила» под членом?

Ни она, ни кто ещё,

Не вели напрасный счёт!

Ну и слуги распаляясь,

Не стыдясь, и не смущаясь,

Перед ней, как на заказ,

Тоже «кончили» не раз!

Уж давали, так давали,

Все вокруг позаливали,

Древний Рим такой финал

В дни заката не видал!

В общем, что хулить напрасно!

Оргия была прекрасна!

Были все «пришельцы» те,

Как всегда «на высоте»…

И для Насти, знаю точно,

Все мечты сбылись той ночью,

Хоть признаюсь, на пиру,

Не был я, ей-ей, не вру…

КОНЕЦ.

Пескоструйная обработка в Тюмени Пескоструйная обработка в Тюмени Квартирные переезды Уфа Натяжные потолки